Чтение онлайн

– Хотелось бы верить, – хмыкнул я, – но предупреждаю, гранаты у меня всегда с собой. Если вдруг, что-то пойдет не так, помрем все вместе.

Кивнув, Максим жестом предложил следовать за ним и начал цепляться к тросу.

Добирались мы недолго, всего через четыре перехода мы влетели через разбитое окно в одиноко стоящее здание бизнес центра.

– Это он? – поверх ствола автомата на меня смотрели подозрительные глаза часового.

Кивнув, Макс прошел в мимо сторожа. Охранник, удовлетворившись ответом, отошел в сторону и перестал проявлять ко мне интерес. После короткого путешествия по темным коридорам среди, мы начали долгий спуск по служебной лестнице.

– Вы что, в подвале живете? – подозрительно осматривая захламленные ступени, спросил я.

– Скоро все узнаешь, – загадочно улыбнулся Витек.

Спустившись вниз, Макс достал из рюкзака фонарь, и мы двинулись по узким коридорам подземных коммуникаций. Судя по времени, проведенному под землей, мы давно покинули территорию бизнес-центра. Вдоль стен тянулись толстые связки разнообразных кабелей и толстых труб. Вскоре наша группа оказалась у похожей лестницы, ведущей наверх.

– Нас до сих пор не нашли, только потому, что мы очень хорошо маскируемся, – с гордостью рассказывал Макс, – “черепа” уже пытались нас выследить. Но на поверхности мы даже близко не появляемся около убежища. Вход только через подземку – это закон.

Поднявшись на пару этажей, мы наконец увидели дневной свет. Вокруг была просторное поле Краснодарской футбольной арены.

– Вы серьезно? – с удивлением спросил я, разглядывая разноцветные ряды пластиковых сидений, – Живете на стадионе?

– Ага, – довольный произведенным впечатлением, подтвердил Витя, – в технических помещениях полно места, а “черепа” избегают открытых пространств. Так больше шансов нарваться на случайно забредшего Альфу. Вокруг футбольной арены парковки, нас там никогда не видно. Отсюда они уже давно вывезли все ценное, теперь это для них пустырь под наблюдением камер. Вот мы тут и поселились. И самое главное, они не отключили, а может просто не заметили, что стадион запитан от ТЭЦ. Есть электричество, а значит тепло и вода.

– Недурно, – улыбнулся я, – можно значит принять ванну?

– Только душ, – поправил меня Макс, – все-таки, это стадион – условия спартанские.

Пройдя по пустынным трибунам, мы спустились в технические помещения у входа в которые нас встретил второй часовой. Молча кивнув, он пропустил нас внутрь отступив в темное укрытие под трибуной. В помещении было тепло, с удовольствием расстегнув куртку, я шагал по коридорам за моими новыми знакомыми.

– Вы только посмотрите, кто пришел! – с набитым ртом меня поприветствовал Толян. Сидя в импровизированной столовой, он стремительно поглощал запасы провианта своих захватчиков. Рядом с ним сидел знакомый уже мне Иван и двое его товарищей.

– Ну садись, чемпион, – улыбнувшись, лидер живущих здесь выживших достал из кухонного шкафчика тарелки, – голодные?

Кивнув, я примостился за столом разглядывая неунывающего Толяна.

– Вы только посмотрите не него, – хмуро протянул я, разглядывая довольную морду друга, – я из-за него людей убиваю направо и налево, а он тут жрет.

– И чо? – не опуская ложки, меланхолично спросил друг, – много убил?

– Пятерых… – вздохнув, я взял протянутую тарелку с супом и вдохнул пряный аромат.

– Да ладно, – округлив глаза, он удивленно уставился на меня, – на тебя не похоже…

– Сам удивляюсь, – огрызнулся я и зачерпнул ароматно пахнущую, но как оказалось практически пустую жижу, – сказали бы мне полгода назад, что я буду как спецназовец скакать по крышам и косить людей и мутантов… Вот бы я поржал тогда.

– Каких мутантов?

– Очень, очень странных… – я задумчиво мешал ложкой суп, – один из “черепов” оказался Альфой. Он не был их пленником, скорее наоборот. У меня создалось мнение, что он является их командиром. Слишком уж вольно он вел себя… Мне кажется, нам не все рассказали.

Мы с Толяном вопросительно уставились на Ивана. Съежившись под нашими взглядами, он начал угрюмо оправдываться.

– Мы мало что знаем про этих уродов. Мы знаем, что им нужны мутанты для производства лекарства. Знаем, что они практически не высовываются из своей закрытой зоны и не выпускают никого из города живым. Если кто-то попадается им вне зоны переговоров, то он или умирает, или попадает к ним в плен и больше не возвращается. Мы не понимаем их мотивов, мы просто хотим выжить.

– А откуда у вас планшеты для связи с ними? И что это за зона переговоров?

Заварив в чай в больших, металлических кружках, дядя Ваня начал свой рассказ.

Когда войска с последней колонной покинули город, множество зараженных было брошено на произвол судьбы. Оказавшись одни, в большом и как сначала казалось брошенном городе, они разделились на несколько групп. Некоторые хотели уйти из города вслед за правительственными войсками, другие хотели остаться и прожить то что им осталось здесь.

– Примерно через неделю мы в первый раз столкнулись с “черепами”, они расстреляли одну из групп которая была отправлена за провизией. – лицо Ивана исказила боль воспоминаний, – выжило только двое. Раненные и избитые, они были отправлены к нам с посланием и планшетами. Никто не должен приближаться к любым складам с провизией и вооружением. Под запретом также оказались крупные магазины и торговые центры. Какое-то время мы выживали, находили остатки провизии в небольших магазинчиках и вскрывая пустые квартиры. Но потом мы попытались покинуть город. Когда колонна автобусов была уже на окраине города, нас просто начали подрывать на фугасах. Это был настоящий ад, – вздохнув он достал фляжку из-за пазухи. Сделав большой глоток, он продолжил, – в пламени сгорело несколько сотен человек. А потом прилетели вертолеты. Они охотились на нас как на животных, загоняя назад под прикрытие зданий.

Вытерев глаза от слез, в конец размякший Ваня зарыдал, закрыв лицо руками.

– Это я всех подбил на то, чтобы уехать, – сквозь слезы проговорил он, – я во всем виноват! Теперь вы понимаете, почему я забочусь об остальных. Они все что осталось у меня…

Наступило томительное молчание. Не зная, что сказать, я молча наблюдал за исповедью этого человека. Воспоминания сломали крепкую броню лидера, обнажив горечь и боль совершенной ошибки.

– Шеф! – в столовую влетел радостный боец, – Группа Артема, они вернулись!