Чтение онлайн

Позади него появилась Молли и Джим Планк. Он взмахом руки позвал их к себе, и они тоже стали изучать фотографию.

— Музыка, — произнес Нат. — Хотел бы я знать, есть ли у них какая-нибудь музыка.

— Они не в состоянии петь, — сказала Молли. — Как они могли бы петь, если не в состоянии даже говорить?

Она отошла от фотографии и, скрестив руки на груди, стала смотреть через окно гостиной на пальмовое дерево снаружи.

— Что за уродливое дерево? — Она повернулась к Нату. — Ты со мной не согласен?

— Я считаю, — ответил он, — что на земле достаточно места для жизни любого рода.

— Я с этим вполне согласен, — тихо заметил Джим Планк.

Вернувшись в гостиную, Бет Конгросян обратилась к Джиму Планку и Молли:

— А что бы вы предпочли? Кофе? Виски? Что-нибудь перекусить?

Они стали совещаться.

В своем кабинете в административном здании детройтского филиала «Карп унд Зоннен Верке» Винс Страйкрок принял телефонный вызов от своей жены или, вернее, бывшей жены, Жюли, — теперь Жюли Эплквист, как и тогда, когда он с нею впервые повстречался.

Выглядевшая прелестно, но обеспокоенная и страшно смущенная, Жюли сказала:

— Винс, этот твой чертов братец — он исчез! Она посмотрела на него с мольбой во взоре и добавила. — Не знаю даже, что предпринять.

— Куда исчез? — намеренно спокойным тоном произнес Винс.

— Я думаю… — она поперхнулась переполнявшими ее словами.

— Винс, он бросил меня, чтобы эмигрировать; мы обсуждали этот вопрос, я была против и теперь уверена в том, что он решил это сделать в одиночку.

Он уже давно готовился к этому — теперь я понимаю. Просто я не относилась к его словам достаточно серьезно.

Ее глаза наполнились слезами.

Позади Винса появился его начальник.

— Герр Антон Карп желает видеть вас. Он ждет вас в кабинете номер четыре. Желательно как можно скорее.

Он глянул на экран, понял, что это личный вызов.

— Жюли, — испытывая неловкость, произнес Винс. — Мне приходится прервать наш разговор.

— Ладно, — кивнула она. — Только сделай что-нибудь для меня. Разыщи Чика. Пожалуйста. Я никогда не буду больше тебя ни о чем просить. Обещаю.

Мне только нужно его обязательно вернуть.

Ничего у вас двоих все равно не получится, отметил про себя Винс. И, несмотря на тяжелое чувство, испытал при этом облегчение. Ты поступила жестоко, дорогая, подумал он. Но ты совершила ошибку. Я хорошо знаю Чика и знаю, что он прямо-таки цепенеет перед такими женщинами, как ты. Ты напугала его до такой степени, что он готов бежать куда угодно, и его уже не остановить. Уж если он решился на это, то теперь даже не оглянется. Это путешествие только в один конец.

Вслух же он пообещал:

— Я сделаю все, что в моих силах.

— Спасибо тебе, Винс, — с трудом выдавила она сквозь душившие ее слезы. — Даже если я и не люблю больше тебя активной любовью, я все равно…

— Прощай, — оборвал он ее излияния и дал отбой.

Мгновением позже он поднимался в кабинет лифта в апартаменты номер четыре.

— Герр Страйкрок, насколько мне известно, ваш брат является служащим одной жалкой фирмы под названием «Фрауэнциммер и компания». Это так?

Массивное, будто высеченное из камня лицо Карпа исказилось от охватившего его напряжения.

— Да, — не сразу, очень осторожно подтвердил Винс. — Но… — он запнулся в нерешительности.

Если Чик эмигрировал, значит он оставил свою работу — ведь не мог же он забрать ее с собой. Что же тогда этому Карпу нужно? Лучше на всякий случай не торопиться, чтобы не сболтнуть лишнее.

— Он может вас устроить туда? — спросил Карп.

Винс часто-часто заморгал.

— Вы… вы имеете в виду — в их фирму? В качестве клиента? Или вы…

Он чувствовал, что какая-то неясная тревога охватывала его по мере того, как все глубже проникал в него сверлящий взгляд холодных глаз этого немецкого эрзац-промышленника.

— Я не совсем понимаю, герр Карп, — промямлил он.

— Сегодня, — резкими, отрывистыми раскатами гремел голос Карпа, правительство отдало контракт на изготовление симулакронов герру Фрауэнциммеру. Мы изучили сложившееся положение, и пришли к решению, продиктованному сложившимися обстоятельствами. Вследствие этого заказа фирма Фрауэнциммера резко расширится, он станет набирать новых служащих. Я хочу, чтобы вы с помощью вашего брата поступили туда на работу как только сможете это устроить. Лучше всего уже сегодня.

Винс удивленно на него воззрился.

— В чем дело? — спросил Карп.

— Я… в недоумении, — едва выдавил Винс.

— Как только Фрауэнциммер примет вас на работу, проинформируйте непосредственно меня; не разговаривайте ни с кем, кроме меня.

Карп зашагал по густо устланной коврами комнате, энергично почесывая нос.

Мы уведомим вас, каким должен быть ваш следующий шаг. Пока это все, герр Страйкрок.

— Имеет ли какое-либо значение, чем я буду там заниматься? — упавшим голосом спросил Винс. — Я имею в виду — насколько важно, в чем именно будет заключаться моя работа?

— Нет, — ответил Карп.

Винс покинул апартаменты. Дверь за ним тотчас захлопнулась. Он стоял в коридоре один, пытаясь собраться с духом и привести в порядок свои мысли. Боже мой, подумал он. Они хотят бросить меня, как кирпич, в конвейер фирмы Фрауэнциммера. Я это точно знаю. Саботаж или шпионаж — не одно, так другое. В любом случае, что-то незаконное, что-то, что привлечет ко мне внимание НП — ко мне, а не к Карпу.

Он ощутил свое полное бессилие. Они могут заставить меня сделать все, что только захотят, стоит только пошевелить пальцем. Я не стану сопротивляться, осознал он.