Чтение онлайн

— Я человек больной, — промямлил Конгросян.

— Возьмите Ричарда с собою, — велела Николь высокому полицейскому чину, стоявшему с нею рядом. — Мы возвращаемся в Белый Дом.

Элу же она сказала:

— Ваша стоянка может продолжать функционировать. Не исключено, что когда-нибудь в другой раз мы и…

Она поглядела на него без какого-либо гнева во взоре, хотя, и без какого-либо интереса.

— Отойдите в сторону, — приказал Элу высокий, весь в сером, полицейский чин. — Мы уходим.

Он прошел мимо Эла, ведя Конгросяна за руку, решительно и невозмутимо. Николь следовала в нескольких шагах за этими двумя, засунув руки в карманы своего длинного пальто из леопардовой шкуры. Теперь виду нее был какой-то печальный, она плотно сомкнула губы, полностью уйдя в свои мрачные думы.

— Я человек больной, — промямлил еще раз Конгросян.

— Можно взять у вас автограф? — вдруг спросил у Николь Эл, повинуясь неожиданно возникшему импульсу, какому-то бессознательному капризу.

Бессмысленному к тщетному.

— Что? — Она озадаченно посмотрела на него.

А затем обнажила свои ровные белоснежные зубы, расплывшись в улыбке.

— боже мой, — только и произнесла она и вышла из конторы вместе с высоким полицейским чином и Ричардом Конгросяном.

Эл остался в конторе с Чиком Страйкроком, все еще не оставив до конца попытки подыскать слова, чтобы выразить распиравшие его чувства.

— Похоже на то, что не видать мне ее автографа, — сообщил он Страйкроку.

— Ч-что в-вы о ней т-теперь думаете? — заикаясь, спросил у него Страйкрок.

— Она прелестна, — ответил Эл.

— Верно, — согласился Страйкрок. — Как-то даже самому не верится.

Никогда даже не помышлял о том, что когда-нибудь в самом деле доведется ее увидеть, ну сами понимаете, вот так, в реальной жизни. Это как чудо, вы со мною согласны?

Он направился к окну, чтобы еще полюбоваться Николь, пока она вместе с Конгросяном и важной шишкой из НП шла через всю стоянку к своему личному кораблю.

— Это ведь на самом деле так легко, — сказал Эл, — по уши влюбиться в такую женщину.

Он тоже внимательно глядел ей вслед. Как и все остальные, кто здесь находился, включая и целый взвод полицейских. Очень даже легко, отметил он про себя. А ведь он и в самом скором времени увидит ее снова, скоро он и Ян будут играть перед нею на своих кувшинах. Может быть, теперь что-нибудь изменилось? Нет. Николь особо подчеркнула, что никто не арестован, тем самым отменив приказ НП. Он был волен держать и дальше стоянку открытой. А фараонам придется убраться восвояси с пустыми руками.

Эл раскурил трубку.

Подойдя к нему, Ян Дункан отметил:

— Так вот, Эл, ее визит стоил тебе продажи одного марсолета.

Повинуясь распоряжению Николь, НП отпустила его. Ян тоже остался на свободе.

— Мистер Страйкрок все равно его заберет, — сказал Эл. — Я не ошибаюсь, мистер Страйкрок?

Чик Страйкрок ответил не сразу.

— Я остаюсь. Я передумал.

— Вон она, — заметил Эл, — сила обаяния этой женщины…

И он выругался, громко и недвусмысленно.

— Все равно спасибо, — произнес Чик Страйкрок. — Возможно, я еще загляну к вам, когда-нибудь в другой раз. По этому же вопросу.

— Вы просто глупец, — сказал Эл. — Вы позволили этой женщине так себя напугать, что отказались от решения эмигрировать.

— Возможно. Не стану спорить, — согласился Чик.

Теперь, очевидно, совершенно уже не имело смысла урезонивать его. Это было ясно Элу. Как и Яну тоже. Николь завоевала себе еще одного ревностного почитателя, хотя сейчас она здесь уже не присутствовала, чтобы получить удовольствие от еще одного своего, пусть хоть и самого небольшого, но триумфа. Правда, ее, пожалуй, это не слишком-то интересовало.

— Вы вернетесь к себе на работу? — спросил Эл.

— Разумеется, — кивнул Страйкрок. — К своим повседневным рутинным обязанностям.

— Вы уже точно никогда не зайдете сюда, на эту стоянку, — сказал Эл.

— Вы упустили, в этом нет ни малейшего сомнения, последнюю для себя возможность переломить ход своей жизни.

— Может быть, — угрюмо произнес Чик Страйкрок.

С места он пока так и не сдвинулся.

— Удачи вам, — язвительно сказал Эл и пожал ему руку.

— Спасибо, — произнес Чик Страйкрок без тени улыбки на устах.

— И все же скажите мне только одно — почему? — спросил у него Эл. Вы хотя бы в состоянии объяснить мне, чем она вас так приворожила?

— Не могу, — искренне ответил Страйкрок. — Сам не знаю. И даже думать об не хочется. Это не поддается логическому объяснению.

— Ты тоже испытываешь подобные чувства, — сказал Ян Дункан, обращаясь к Элу. — Я наблюдал за тобою. Я видел выражение твоего лица.

— Да ладно! — раздраженно бросил Эл. — Ну и что с того?

Он отошел в сторону и, попыхивая трубкой, стал глядеть из окна конторы на припаркованные снаружи аппараты.

Хотелось бы мне знать, подумал Чик Страйкрок, возьмет ли меня назад Маури. Может быть, уже слишком поздно; наверное, я переусердствовал в сжигании мест за собою. Из будки телефона-автомата он позвонил на завод Маури Фрауэнциммеру. Затаив дыхание, он с трепетом ждал, прижал трубку к уху.

— Чик! — завопил Маури Фрауэнциммер, когда на экране возникло его изображение.

Он весь так и светился, движения и жесты его были настолько экспансивными, будто вернулась к нему прежняя молодая удаль; такой прямо-таки лучившейся из него торжествующий радости еще никогда не доводилось видеть Чику.