Чтение онлайн

— Рад вас видеть, миссис Тибодо.

— Рейхсмаршал, — сказала Тибодо, — вы понимаете, где в настоящий момент находитесь?

— Да, — кивнул Геринг и наклонился над львенком, крикнул строго: — Sei ruhig [18] , Марси!

Все это наблюдал Бертольд Гольц. Он ушел чуть в будущее при помощи собственного аппарата фон Лессингера. Ожидая, когда же Николь организует перенос Геринга, он едва не потерял всякое терпение. И вот наконец немец здесь, вернее, здесь он будет через семь часов.

Имея в своем распоряжении аппарат фон Лессингера, проникнуть в Белый дом, несмотря на многочисленную охрану из сотрудников НП, оказалось очень несложно. Гольц просто отправился в далекое прошлое, когда Белый дом еще никем не охранялся, а затем вернулся в ближайшее будущее. Он проделывал подобную штуку уже не раз. И еще не раз проделает. И сейчас, благополучно заглянув в собственное будущее, попал прямо на место преступления. Сцена эта изрядно развлекала его — не только потому, что он спокойно мог наблюдать за Николь, но и потому, что мог смотреть на самого себя (и в прошлом, и будущем, с точки зрения вероятности). Это была скорее потенциальная возможность, чем действительность. Но такое наблюдение расширяло границы возможности в общем смысле.

«Они заключат соглашение, Николь и Геринг, — решил Гольц. — Рейхсмаршалу, изъятому сначала из тысяча девятьсот сорок первого, а потом из тысяча девятьсот сорок четвертого года, покажут разрушенную Германию сорок пятого. Он увидит, что ожидает нацизм, увидит самого себя на процессе в Нюрнберге и наконец станет свидетелем своего собственного самоубийства с помощью яда, переданного в противогеморройной свече. Это, разумеется, окажет влияние на него. И сделка совершится. Нацисты даже в обычных условиях были большими спецами по различным сделкам».

А дальше все просто… Несколько видов чудо-оружия из будущего, появившихся в конце второй мировой войны, — и эра Варварства продлится не тринадцать лет, а, как поклялся Гитлер, тысячу. Лучи смерти, лазеры, стомегатонные водородные бомбы… Трудно переоценить такую помощь вооруженным силам Третьего рейха. Плюс, конечно, «А-1» и «А-2» или, как их называли союзники, «Фау-1» и «Фау-2». А теперь у нацистов появятся и «А-3», и «А-4», и так далее, до бесконечности, если потребуется.

Гольц нахмурился. Поскольку в дополнение к этим, уже имеющимся, в тайной тьме возможного будущего возникали и другие варианты, мрачные и совершенно неясные. Какими они будут, эти менее вероятные варианты? Опасными, но все же более предпочтительными, чем ясный вариант, связанный с чудо-оружием?..

— Эй, вы!.. Там! — крикнул один из сотрудников НП, внезапно обнаруживший Гольца, стоявшего в углу гостиной с болотными орхидеями. Охранник выхватил пистолет и прицелился.

Совещание между Николь Тибодо, Герингом и четырьмя военными советниками тут же прервалось. Все повернулись в сторону Гольца и охранника.

— Фрау! — Гольц вышел из угла: он предвидел случившееся с помощью своего аппарата фон Лессингера. — Вы знаете, кто я. Призрак на пиршестве.

Он рассмеялся.

Однако Белый дом, разумеется, тоже имел в своем распоряжении аппарат фон Лессингера. Они предвидели ситуацию не менее ясно, чем Гольц. И в этом был элемент фатализма. И ничего нельзя было избежать. И не было никаких запасных путей… таких, во всяком случае, которые были бы желательны Гольцу. Он давно уже знал, что анонимность для него, в конечном счете, будущего не оставляла.

— В другой раз, Гольц, — с отвращением сказала Николь.

— Сейчас, — отозвался Гольц, направляясь прямо к ней.

Охранник повернулся к Первой Леди, ожидая распоряжений. Казалось, он был очень сильно смущен.

Николь раздраженно махнула ему.

— Кто это? — спросил рейхсмаршал, изучающе глядя на Гольца.

— Всего-навсего бедный еврей, — усмехнулся Гольц. — Не то что Эмиль Старк, которого я тут не нахожу, несмотря на все ваши обещания, Николь. Здесь много бедных евреев, рейхсмаршал. Не меньше, чем в вашем времени. Правда, у меня нет никаких ценностей или собственности, которую вы могли бы конфисковать, нет произведений искусства, нет золота. Уж извините! — Он присел к столу переговоров и налил себе стакан ледяной воды из стоявшего под рукой графина. — Этот ваш зверек, Марси, он злой? Ja oder nein? [19]

— Нет, — ответил Геринг, ласково поглаживая львенка.

Он сидел, угнездив животное на стол перед собой. Львенок послушно свернулся калачиком, полузакрыв глаза.

— Мое присутствие, — продолжал Гольц, — мое еврейское присутствие здесь нежелательно. И Эмиля Старка нет. Почему его нет, Николь? — он взглянул на Первую Леди в упор. — Вы боитесь оскорбить рейхсмаршала? Странно… В конце концов, Гиммлер имел дело с евреями в Венгрии, при посредничестве Эйхмана. Есть даже генерал-еврей в опекаемом рейхсмаршалом люфтваффе, некто генерал Мильх. Не правда ли, рейхсмаршал? — он повернулся к Герингу.

— Ничего такого о Мильхе я не знаю, — раздраженно сказал Геринг. — Это прекрасный человек, я утверждаю это со всей ответственностью.

— Вот видите, — повернулся Гольц к Николь. — Герру Герингу не впервой иметь дело с жидами. Верно, герр Геринг? Вам совсем не обязательно отвечать на мой вопрос, я уже сделал все выводы.

Геринг впился в него злобным взглядом.

— А теперь поговорим о сделке… — начал Гольц.

— Бертольд! — грубо прервала его Николь. — Убирайтесь отсюда! Я позволяю вашим уличным бойцам шататься, где им вздумается. Но если вы мне станете мешать, я прикажу их всех пересажать. Вы знаете цель, которой я добиваюсь этим совещанием. Уж вам-то следовало бы одобрить мои действия.

— А я их не одобряю, — твердо заявил Гольц.

— И почему же? — влез один из военных советников.

— Да потому что стоит нацистам победить с вашей помощью во второй мировой войне, они все равно вырежут всех евреев. И не только тех, что живут в Европе или в России, но и тех, что живут в Соединенных Штатах и в Латинской Америке.

Он говорил совершенно спокойно. В конце концов, он уже видел это, исследовав с помощью аппарата фон Лессингера несколько самых жутких вариантов альтернативного будущего.