Синтез
Шрифт:
— Засунуть что-то под пучки? — Линкен провёл пальцем по шраму. — Если оно вакуум взрывает… А откуда констий? Ты понял?
Гедимин пожал плечами.
— Нет. Ни про констий, ни про комки частиц. Кажется, там, в пучках, не только кванты. Жаль, сканер их не распознаёт…
Линкен взял его за плечо, посмотрел в глаза и покачал головой.
— У тебя зрачков не видно. Жёлтое свечение от века до века. Мозги не сожжёшь?
Сармат мигнул, провёл ладонью по глазам и решительно поднялся на ноги.
— На сегодня хватит. Забираем излучатели, — он посмотрел на небо. — Взвесь должна была осесть. Бери сканер. Поищи пыль на земле, пока я собираю установку.
— Десяток атомов я там не найду, — предупредил Линкен, забирая сканер. — Что, там больше не фонит? От радия и прочего?
— Не та концентрация, — качнул головой Гедимин. — Но по возвращении пойдём мыться.
— Боишься дозиметра на входе? — хмыкнул взрывник.
— Он не заметит, — ответил сармат. — Но мы все надышимся.
Взрыв такой силы над расчищенным участком леса трудно было не заметить, и всю дорогу до «Полярной Звезды» Гедимин косился на небо, высматривая дроны. Их почему-то не было; на станции тоже никто не встречал сарматов, кроме облегчённо вздыхающего Иджеса и угрюмого Константина. Хольгер посмотрел на распечатку со сканера, мигнул десять раз подряд и унёс её в свой угол, — и сколько Гедимин на него ни оглядывался, никаких комментариев не услышал.
— Звучит как полный бред, — заключил Константин, выслушав отчёт об эксперименте. — Материя из вакуума? Термоядерный синтез? Я за внезапную поломку сканера.
Гедимин хмуро посмотрел на него, оставил при себе всё, что просилось на язык, и сказал только:
— Проверим. Следующий опыт — схождение в вакууме. Линкен, на тебя можно рассчитывать?
Взрывник широко ухмыльнулся, но ответить ничего не успел, — под потолком задребезжал звуковой сигнал.
— Хорошего дня, месье инженеры, — донеслось по громкой связи. — У месье Гедимина и Линкена найдётся время для короткого разговора?
Сарматы переглянулись.
— Расстреляют тебя когда-нибудь, — пробормотал Константин, тяжело опускаясь в своё кресло. — Идите уже…
Экзоскелет Фюльбера вместе с пилотом-охранником остался за дверью; «менеджер по кадрам» аккуратно закрыл за собой ворота и посмотрел на Линкена.
— Сегодня пятница, мсьё Лиск. Обычный будний день.
Сармат растерянно мигнул.
— Полигон был выделен вам с условием, что вы используете его по воскресеньям и официальным праздникам, — продолжил Фюльбер. — Очевидно, вы не посмотрели на календарь. О том, что именно там взорвалось, я спрашивать не буду, — если с вами был мсьё Гедимин, вопросы неуместны. Но впредь на календарь смотрите. Панические сообщения о ядерном взрыве под городом отвлекают от работы… и не только меня.
Линкен ошалело посмотрел на Гедимина.
— Он будет, — пообещал ремонтник. — Извини. Мы увлеклись.
Фюльбер едва заметно улыбнулся.
— Ничего нового, мсьё главный инженер, не так ли?.. Вы освоили извинения. Большой шаг. Однако я пришёл не за ними. Намечается работа для вас. Константину я пришлю официальный пакет, но к вам будет ещё одна просьба — за исключением того, что лежит в пакете.
Гедимин озадаченно мигнул.
— На первое мая намечается перезагрузка обоих реакторов, — продолжал Фюльбер. — Конечно, вас обоих вызовут в главный корпус. Вся документация будет прислана Константину в ближайшие дни. Рутинная операция… Но ко мне — точнее, к вам, я здесь посредник — обратились представители дежурных смен. Они хотят, чтобы вы перед перезагрузкой — цитирую — «обняли первые сборки, чтобы лучше работало». Я не специалист по марсианскому менталитету, но просьба повторялась неоднократно, и я счёл её важной. Что скажете, мсьё инженер?
— Это шутка? — настороженно спросил Гедимин.
— Я только передал вам просьбу дежурной смены, — отозвался человек. — Вы всегда можете поговорить с этими сарматами сами. Хорошего дня, месье…
Ворота закрылись. Гедимин хмыкнул.
— Надо будет найти Айзека…
— Айзеку надо меньше крутиться среди мартышек! — Линкен брезгливо скривился. — Понабрался дури… Выходит, по воскресеньям мой полигон открыт для твоих опытов. Вылетаем послезавтра?
Гедимин покачал головой.
— Надо выждать. Минимум до девятнадцатого.
«Интересно, где у Фюльбера наблюдательные посты,» — думал он. «Ни камер, ни дронов вокруг не было. Что-то летает в стратосфере?»
На заснеженном полигоне было тихо. Уже восемь дней никто ничего на нём не взрывал, и снеговой покров засыпал место последнего эксперимента — даже сигма-сканер не помог его найти.
— Бабахнет или не бабахнет? — думал вслух Линкен, глядя в небо — в пустую точку, предназначенную для схождения двух лучевых пучков. Их источники уже были установлены и настроены, сканер, отслеживающий состав атмосферы в точке схождения, — поставлен на самодельный штатив (сегодня Гедимин решил не рисковать рукой), защитные поля построены и уплотнены. Оставалось откачать воздух, и сармат терпеливо ждал, когда отработает одолженный у Иджеса насос, и смотрел на экран сканера.
— Бабахнет, — угрюмо сказал он. — Лезь под поле. Сам видел, как такой взрыв сносит защиту…
— Вот и жалею, что такая волна пропадает, — отозвался Линкен, нехотя забираясь под купол защитного поля. — Хотя в вакууме так, наверное, не встряхнёт…
«Проследить за лучевыми вспышками,» — отметил про себя Гедимин, настраивая второй прибор, прикреплённый к сканеру. Дозиметр Конара не показывал ничего необычного, и его стрелка покачивалась из стороны в сторону, реагируя то ли на излучение горных пород под ногами, то ли на космическую радиацию. «Сканер не распознаёт частицы и волны. Может, радиометр что-то отловит.»
Насос отключился. Последняя строка на экране анализатора медленно поползла вниз, сменившись чёрной полосой.
— Кому жать на кнопку? — спросил Линкен, вынимая из кармана пульт управления. Свисающие с него провода уходили в снег и терялись под несколькими слоями защитных экранов.
— Жми ты, — отозвался Гедимин, отходя от сканера и выставляя между ним и собой ещё один экран. Ещё раз увидеть, как защитные поля испаряются, и волна вибрации прокатывается прямо над головой, ему не хотелось.