Синтез
Шрифт:
— Никаких Иджесов, Линкенов и Хильд, — Константин поморщился. — Один ангар это безобидное вещество уже разнесло. А тебе после запуска нужно проветрить голову. Я поручу Иджесу и Линкену довести тебя до озера и как следует охладить. Завтра нам нужен будет твой здравый смысл и холодный рассудок. Масанг прибудет не один.
Гедимин мигнул.
— Кто ещё? Ассархаддон? Маркус? — он криво усмехнулся. — Я имел дело с Маркусом.
— Ассархаддон… — Константин тяжело вздохнул. — Ты совсем перегрелся, атомщик. Этот маньяк давно мёртв. А завтра тут будет толпа кураторов из Ведомства. Постарайся не брякнуть ничего ни про Ассархаддона, ни про Маркуса!
…Выйдя из ангара, Гедимин едва не налетел на экзоскелетчика. «Броненосец» в чёрно-жёлтом «Маршалле» стоял у ворот, ещё один — на углу. Увидев «научников», «Маршалл» посветил на них считывателем и громко сказал в наручный смарт:
— Шестеро вышли, двое внутри!
— Что ты делаешь? — спросил Гедимин, останавливаясь; лаборанты, переглянувшись, потянули его за рукава.
— Это новая охрана, — сказал Амос. — Защитит нас от диверсантов, если что.
Гедимин с сомнением посмотрел на экзоскелетчиков. Те замахали на него — «проходи!».
— Всего двое? — Линкен огляделся по сторонам. — А, нет. Ещё два поста на крыше. Так себе посты…
Ремонтник завертел головой. Первый пост он обнаружил быстро — по блеску нарукавника; филк в пехотной броне засел на крыше «научного» ангара. На второй ему указал Линкен.
— Этого не хватало, — пробормотал Гедимин. — Кого они собрались отстреливать?
— Только макак, — ответил взрывник. — Правильно сделали, что выставили охрану. Ты об этом не думай, атомщик. Работай, как раньше.
— Они так и будут следить, куда я пошёл и кого с собой взял? — Гедимина передёрнуло. — Даже Фюльбер не ставил своих бабуинов у ангара.
Ему было не по себе, и, заворачивая за угол, он снова обернулся. Охранников у двери было уже двое, на углу стоял третий; филк на крыше устал лежать и сел. С чем он там сидит, Гедимин не видел, — оружие замаскировали лучше, чем стрелка.
— Значит, Арбогаст решил позаботиться о нашей безопасности? — криво ухмыльнулся Хольгер. — Интересная идея. С чего вдруг такое повышение бдительности? Когда Гедимина калечила охрана, или вывешивали на мишень мартышки, патрульные не кидались на помощь…
Линкен, изменившись в лице, провёл пальцем по шраму на затылке.
— Это было в новостях, теск. Там, в Гренландии, нашли следы взрывчатки. Лавина не сама сошла. Ей сильно помогли.
— Что? — развернулся к нему Хольгер, забыв о подъезжающем к воротам глайдере; Гедимин, взяв сармата за плечо, направил к открывающейся двери, — так или иначе, он хотел уехать со станции, а договорить можно было и в транспорте. — Диверсия подтверждена?
Линкен угрюмо кивнул.
— Макаки, кому же ещё. Уже пишут, что федералы вышли на пару сайтов… вроде того, что был у «Вендиго», — помнишь этих…
Гедимин сжал его плечо.
— Все всё помнят. Новая группа «лесных духов»? Ты видел эти сайты?
Линкен ухмыльнулся и снова притронулся к шраму.
— Я же говорю — то же, что у «Вендиго». Пустая мартышечья болтовня и фотографии… Очень плохие фотографии, но места узнать можно. Коцит, Ясархаг, Туле…
— Стой, — Хольгер пристально посмотрел на него. — Ты же не был ни там, ни там. Как узнал места?
— В сети много снимков, — отозвался Линкен. — Там странные ландшафты. Не перепутаешь.
Гедимин мигнул.
— Там такие же снимки? В сети и на сайте — одни и те же? — спросил он. — Дай взглянуть.
Обе ссылки вели на пустые страницы с красными щитами в углу — «блокировка в целях безопасности».
— Hasu… Нет, атомщик, там были другие фотографии, — проворчал Линкен, но его голос звучал неуверенно. — Ладно, приехали. Договорим на озере.
Гедимин закрыл за собой дверь, когда вошёл в комнату, но не стал доставать «домашний» комбинезон, — вместо этого он опустился на матрас и вынул из кармана рацию. Сердце сделало несколько лишних ударов, пока он набирал короткое сообщение: «Реактор готов. Генераторный плутоний и обеднённый уран. Один грамм облучателя на килограмм облучаемого. Ожидаемая выработка — сто пятьдесят один килограмм за три месяца.»
«Цензура всё равно не пропустит,» — подумал он через пять секунд после отправки и досадливо сощурился. «Наболтал лишнего. Ладно, Герберт поймёт и по обрывкам. А когда территории откроются, покажу ему всё на месте.»
— Ну что, ответил? — Иджес заглянул через плечо Гедимина. Сармат покачал головой и вернул выключенную рацию в карман.
— Не так быстро, механики. За день ваш учёный даже не успел получить письмо, — напомнил сердитый Константин. — Гедимин, ты где сейчас должен быть?
— Хольгер ведёт замеры. Незачем там толкаться, — отозвался ремонтник. «К тому же там не работает рация. Стены свинцовые,» — подумал он про себя.
Сигнализация задребезжала и с оглушительным скрежетом, от которого даже Гедимин дёрнулся и перевёл настороженный взгляд на панель светодиодов под потолком, перешла на протяжный вой. Константин взял сармата за плечо и резким жестом приказал ему идти к реактору.
Там, в заблокированном изнутри «зелёном отсеке», Гедимина через пять минут нашли агенты Ведомства. Разрешения на открытие они не запрашивали — блокировка после непродолжительного скрежета и мигания светодиодов была снята снаружи, и массивный люк открылся, пропуская внутрь группу «броненосцев».
— Tza atesqa! — вскинул руку первый из них; по голосу Гедимин узнал Масанга. Лицо сармата было закрыто зеркальным щитком и усиленным респиратором. Один из патрульных по едва заметному жесту агента подошёл к Гедимину и встал слева от него. Сармат хотел подняться, но экзоскелетчик опустил «клешню» на его плечо.
— Оставайтесь на месте, Гедимин, — сказал Масанг. — Когда потребуются ваши пояснения, мы к вам обратимся.
— Гедимин Кет? — агент с точно такими же значками на броне, как у куратора из Порт-Радия, смерил сармата задумчивым взглядом. — Да, описание было точным. Теперь мы видели всех. Действительно выпускник Лос-Аламоса?