Чтение онлайн

— Здесь просто можно выпить с любым, все мы одинаковы, не как дома, где живем по поговорке: «всяк сверчок знай свой шесток», — сказал другой.

Чиновник, оказывающий на первых порах помощь иммигрантам, назвал мне следующие три заповеди, которые подсказал ему опыт двадцатилетней работы: уезжать молодым; помнить, что в Австралии придется много работать и мужу и жене; иметь при себе сбережения. Те, у кого есть деньги, редко терпят неудачу, в основном потому, что могут снять или построить жилье, а возможно, их делают хорошими поселенцами расчетливость и умение благоразумно расходовать средства. Впрочем, есть, конечно, исключения из всех этих правил.

Зоопарк в Сиднее — это зоопарк, а не заповедник, и мне было интересно сопоставить два подхода к проблеме содержания животных в неволе. Задача заповедника— воссоздать природные условия, в которых животные живут на воле; железных решеток и бетонных оград здесь никто не возводит. В зоопарке сэра Эдварда Халлстрома, президента зоологического общества, есть и бетон и решетки. Животные у него в неволе, да это и понятно, если учесть, что зоопарк расположен лишь, на семидесяти акрах в пригороде Сиднея.

— В неволе можно разводить кого угодно, если вы знаете как, — заявил Эдвард Халлстром.

Его формула проста — чистота + хорошее питание = отличному здоровью. И эти правила тщательно соблюдаются: бетонные полы моют каждый день и весьма тщательно, а пища животных всегда доброкачественная и свежая. На ферме сэра Эдварда неподалеку от Сиднея люцерну скашивают ежедневно в семь утра и уже в десять подают в клетки.

Честно говоря, этот зоопарк (так называемый Таронга-Парк) [22]не принадлежит сэру Эдварду, а является собственностью города Сиднея. Но его спланировал, создал и с любовью руководит им Халлстром — энергичный человек в полном расцвете сил, хотя ему и больше семидесяти. Когда я встретила его, он только что вернулся из Новой Гвинеи и отправлял в Честер самолет с райскими птицами, которых закупил во время поездки. Состояние свое он нажил на холодильниках и большую часть его вложил в зоопарк.

Все здесь в идеальном порядке. Сквозь деревья, цветущие кустарники и ползучие растения видна безбрежная гладь океана. В клетках и на игровых площадках животные жуют свежую люцерну и морковь. Я никогда не видела таких упитанных зверей в неволе; многие из них дают приплод. Вот, например, только что родившийся толстенький малыш носорог, а вот детеныши кенгуру, выпрыгивающие из сумки матери и прячущиеся в нее обратно. Большинство сумчатых хорошо размножаются в неволе, да и не только в Австралии. Мне кажется, что они есть даже в Англии.

Многие животные, как и люди, имеют свои любимые блюда, и зачастую вкусы у них довольно необычные. Создается впечатление, что у горилл, например, слабость к сладкому картофелю, а у носорогов — к финикам, произрастающим близ залива Мортон. Другое дело коала [23], которые настолько консервативны, что едят листья только двенадцати из нескольких сотен существующих разновидностей эвкалиптов и скорее погибнут, чем откажутся от своей диеты. Более того, они поедают только верхушки листьев и потому должны получать их в огромных количествах, так как каждый коала съедает от двух до трех фунтов листвы в день. Коала не больше среднего пуделя и весит около тридцати фунтов, желудок у него небольшой. Он переваривает грубый корм благодаря длинному — от шести до восьми футов — аппендиксу и защечным карманам.

Я думала, что коала живут теперь только в зоопарках и заповедниках и была весьма удивлена, когда в саду моего хозяина в Клэравилл Бич на окраине Сиднея мне показали следы когтей, оставленные этими очаровательными маленькими животными на стволе высокого голубого эвкалипта. Хозяин сказал, что писк коала можно часто услышать вблизи облюбованного дерева. Ночью мы осветили листву, но никого из зверьков дома, не застали.

Дикие коала, кажется, стали довольно быстро размножаться, после того как были почти начисто истреблены. Это скверная история. В свое время миллионы коала спокойно поедали листья эвкалиптов в восточной и южной частях континента. Аборигены их не трогали. Затем явился жадный белый человек с ружьем. Дело в том, что шкурки коала стали подниматься в цене. И вот в первой четверти нашего столетия из Австралии ушло десять миллионов шкур. Последний коала на юге страны погиб вскоре после первой мировой войны.

В Квинсленде, где животных в какой-то мере охраняли, после того как в начале 1900 г. эпидемия значительно сократила их число, торговцы и охотники уже к 1927 г. добились получения лицензий для десяти тысяч охотников. И шестьсот тысяч коала за один год были истреблены.

В течение нескольких лет коала находились на грани вымирания. Сейчас им не угрожает физическое уничтожение — коала защищают и, как мне кажется, весьма эффективно. Сокращаются запасы пищи — вот где основная опасность. Да, люди прекратили ставить капканы на коала и отстреливать этих животных, но в то же время они лишают их листьев эвкалипта, с каждым годом вырубая все больше и больше деревьев для постройки своих домов.

Интересно то, что у коала в процессе эволюции исчезли хвосты, а вместо них развились мозолистые подушечки, на которых животные часами сидят в расщелинах деревьев. Их смышленые мордашки совершенно не отвечают действительности — они, я думаю, глупые зверюшки. Во всяком случае, коала не способны защитить себя и усвоить основное правило, необходимое для того, чтобы выжить: человека следует бояться. Они очень нежные существа с черными пуговками-носиками, простодушными глазками, пушистым мехом и похожими на детские ручки лапками, которыми зверьки цепляются за ветки деревьев. Они не кусаются и могут обнять вас за шею. Двигаются коала степенно и очень редко пьют. Посмотреть на коала приходит всегда много туристов. Хорошо хоть бесчисленные куклы на чайники с мордочками коала делаются из шкурок кенгуру, а не этих безвредных животных.

Коала не единственные дикие животные, которые проживали в Клэравилл Бич. Прямо у входа в дом, рядом с террасой росло дерево с сильно растрепанным гнездом, в котором жил фалангер, или поссум [24]. Я не знаю, к какому виду многочисленного семейства Phalangeridaeон принадлежал. Во всяком случае, он был похож на белку-летягу, в такой же степени не имеющую отношения к обычным белкам, как коала — к медведям. У этих животных передние и задние конечности соединены перепонкой, с помощью которой они перелетают, как циркачи, с ветки на ветку на расстояние до двадцати пяти — тридцати футов. Как и большинство сумчатых, они спят днем. Ночью поссумы ищут насекомых, собирают нектар, поедают цветы с деревьев. Они могут быть довольно большими, величиной с лисицу, но и совсем маленькими, когда, по словам натуралиста Джона Гулда, «обычная коробочка из-под лекарства может послужить им хорошим убежищем». При этом в своей сумке крохотный поссум может спрятать одновременно четырех детенышей. Новорожденные поссумы, наверное, самые маленькие млекопитающие на земле, и чтобы рассмотреть их, необходимо воспользоваться лупой.

Я все время называю этот приют коала и поссумов садом, хотя и не совсем правильно. Это часть крутого склона холма, покрытая деревьями и кустарниками, омываемая у подножия водами небольшой бухты, где стоит множество яхт и резиновых надувных лодок с яркими красочными парусами. На другом берегу раскинулся заповедный лес. В глубине бухты — обрыв с пещерами, в которых когда-то обитали племена аборигенов. От террасы вьется дорожка к лодочной станции и небольшому бассейну, который хозяева сделали сами. Папайя и бананы растут между эвкалиптами.