Чтение онлайн

Кроме того, они соперничали друг с другом в том, чтобы обратить на себя как можно большее внимание султана, учителей, Абдул Кадира. Его манеры были безупречны, и невежественные или невоспитанные люди не допускались на эти встречи.

Однажды три шейха, первый из Хорасана, второй из Ирака и третий из Египта прибыли в Даргах со своими проводниками, неотесанными погонщиками мулов. Шейхи возвращались после хаджа (паломничество в Мекку). В пути они были до последней степени измучены грубостью и несносными проделками своих проводников; одна мысль о том, что скоро они избавятся от этих мужиков, радовала их не меньше, чем предвкушение предстоящего лицезрения великого Учителя.

Когда шейхи подошли к дому Абдул Кадира, он, против своего обыкновения, вышел к ним навстречу.

Ни единым жестом приветствия не обменялся он с погонщиками мулов, но с наступлением ночи, когда шейхи в темноте пробирались в отведенные для них покои, они вдруг совершенно случайно стали свидетелями того, как Абдул Кадир пожелал спокойной ночи их проводникам, а когда те почтительно прощались с ним, даже поцеловал им руки. Шейхи были изумлены и поняли, что эти трое, в отличие от них самих, скрытые шейхи дервишей. Они последовали за погонщиками и попытались было завязать с ними беседу, но глава погонщиков грубо осадили их:

– Идите прочь с вашими молитвами, бормотаниями, вашим суфизмом и поисками истины. Тридцать шесть дней мы выносили вашу болтовню, а теперь оставьте нас в покое. Мы простые погонщики и ко всему этому не имеем никакого отношения.

Такова разница между скрытыми суфиями и теми, которые только подражают им.

«Еврейская энциклопедия» и такие авторитеты по хасидизму, как Мартин Бубер, отмечали сходство хасидистской школы и испанских суфиев, имея в виду хронологию и близость учений.

Это сказание, в котором фигурирует суфий Абдул Кадир из Гилана, входит также в жизнеописание хасида рабби Элимелеха.

Однажды некий человек с упреком сказал Байазиду, великому мистику IX столетия, что он постился, молился и занимался подобными вещами в течение тридцати лет и все же не нашел в этом утешения, которое обещал Байазид. Байазид ответил ему, что и за триста лет он ничего бы не достиг.

– Почему? – спросил ищущий просветления.

– Потому что этому препятствует твое тщеславие, – сказал мудрец.

– Но как мне от него избавиться?

– Есть одно средство, но оно тебе не подойдет.

– И все же назови его.

Байазид сказал:

– Ты должен пойти к цирюльнику и сбрить свою почтенную бороду, затем снять одежду, опоясаться кушаком и одеть на шею торбу с грецкими орехами. Когда ты все это сделаешь, ступай на базарную площадь и кричи во весь голос: «Даю орехи тому сорванцу, который ударит меня по шее». Потом пройдись перед зданием суда, чтобы старшины города увидели тебя в таком виде.

– Но я не могу этого сделать, – взмолился человек, – прошу тебя, расскажи мне о каком-нибудь другом средстве.

– Это первый и единственно возможный шаг к цели, – сказал Байазид.
– Но ведь я предупредил, что это средство тебе не понравится, поэтому ты неизлечим.

Аль-Газали в своей работе «Алхимия счастья» с помощью этой притчи подчеркивает часто повторяемый аргумент, что некоторые люди, какими бы искренними ищущими истины они не казались сами себе или даже окружающим, побуждаются в своих поступках тщеславием и корыстью, тем самым создавая непреодолимые трудности для своего обучения.

Имам аль-Газали рассказал предание из жизни Исы ибн Марийам.

Однажды Иса увидел людей, понуро сидящих на стене у обочины дороги.

Он спросил их:

– Почему вы печалитесь?

Они ответили ему:

– Нас печалит страх перед адом.

Иса отправился дальше и, пройдя немного, увидел других людей в безутешной печали, сидящих у дороги в различных позах.

– Что вас так озаботило? – спросил он их.

– Желание рая повергло нас в это состояние, – ответили люди.

Оставив их, Иса продолжил свой путь, пока не повстречал третью группу людей. По ним было видно, что они много выстрада-ли, но их лица сияли радостью.

Иса обратился к ним:

– Что вас так обрадовало?

Люди ответили:

– Дух истины. Мы видели реальность и это заставило нас забыть второстепенные цели.

– Вот истинно люди постижения, – сказал Иса. – В день воскресения они предстанут перед лицом Бога.

Те, кто верит, что духовный прогресс основывается на культивировании в людях награды или страха перед наказанием, часто бывают удивлены, услышав это суфийское предание об Иисусе.

Суфии говорят, что только определенным людям полезно сосредотачиваться на идее приобретения или потери, и это, в свою очередь, может составить только часть практики. Изучавшие методы и результаты обучения людей путем тренировки и внушения будут близки к тому, чтобы согласиться с суфиями.

Религиозные формалисты самых разных вероисповеданий не примут, конечно, утверждения, что простые альтернативы добра и зла, напряженности и расслабленности, награды и наказания представляют собой только часть великой системы самореализации.

Встретились три дервиша на пустынной дороге. Первого звали Странствующий, потому что он, почитая старые обычаи, выбирал самые длинные маршруты для путешествий. Второго звали Необычный, потому что ничто не казалось ему необычным, хотя то, что он делал, или даже то, что привлекало его внимание, казалось весьма необычным другим людям. Имя третьего было Торопливый, потому что этот дервиш, думая, что может сберечь свое время, всегда и во всем стремился найти наиболее короткие пути к своей цели, хотя на деле эти пути часто оказывались самыми длинными.