Следы на Воде
Шрифт:
Она села на ближайшую лавку и посмотрев на меня, снова попыталась создать танцующие огоньки. И конечно же у неё ничегошеньки не получилось. Огоньки появились и почти сразу пропали.
– Фигня эти, твои советы! — заключила она, намереваясь встать.
– Конечно, — подтвердил я, — ты же ни одного не выполнила!
– Как это?..
– А так! Ты отвлекаешься на меня, дышишь неровно и дергаешься, пытаясь управлять каждым огоньком по отдельности!
Это её немного отрезвило, она снова села и, посмотрев на меня, спросила:
– И что мне делать?
Я зашел за лавку, встав у неё за спиной и сказал.
– Ну вот, теперь ты не будешь на меня отвлекаться. Теперь сядь поудобнее, твоя поза слишком напряжена. Расслабься! Представь, что ты сидишь в удобном кресле, а не на жесткой лавке! Теперь, начинай дышать! Медленнее, ещё медленнее… спокойнее… вот так! Теперь я замолчу, а ты начинай.
Мила выполнила всё что я сказал, и над её руками заплясали не четыре, а пять огоньков. Они кружились по кругу поднимаясь всё выше и выше, а потом ныряли вниз, начиная всё с начала. Вот теперь всё было совершенно правильно.
– Ух ты! Не может быть! — с придыханием проговорила она. — У меня никогда так легко не получалось раньше!
– Это потому что ты делала всё неправильно! — утвердительно заключил я. — Если внутренне напрягаться, то ничего путного не получится!
Я снова обошел лавку и сел рядом с ней. Мила чуть повернула голову, но потом восстановила концентрацию и снова стала смотреть на огоньки.
Я сидел рядом с ней и любовался тем, что она делает. Её аура сияла торжеством и уверенностью, а лёгкий ветерок донёс до меня мягкий запах её духов. Я вдохнул его, и у меня чуть закружилась голова и быстрее забилось сердце.
– Ну хватит, — сказала она минут через пять. Мила никогда не отличалась большим терпением. — Может пойдём, съедим по мороженному? — предложила она.
– Давай! — поддержал я её идею.
Мы встали и отправились к ближайшей палатке у метро. По дороге мы говорили о всяких пустяках, а потом уселись на лавочку и её, вдруг, прорвало:
– Знаешь, мне так всё надоело! — воскликнула она в сердцах. — Ну почему мой дар пробудился так поздно! Ты знаешь, меня сначала засунули в группу с десяти-двенадцатилетками! Эти дурочки смеялись надо мной, потому что у меня есть грудь! Представляешь! Они дразнили меня дылдой!
– Но теперь, ты ведь уже в другой группе? — спросил я, пытаясь её успокоить.
– Теперь, да! Но ты знаешь, чего мне это стоило? Я занималась как проклятая, с утра до вечера! Да и эта группа… там почти одни дворянки! Они вообще со мной разговаривать не хотят! Всё нос воротят, как будто я чем-то хуже их!
– Что, неужели нет никого попроще?
– Ну есть, есть там пара девчонок с которыми я подружилась, но и они тоже не фонтан…
– А старые подружки? Ты же помнится со многими дружила в классе!
– Ты смеёшься? Они мне так завидуют, что аж противно!
– Даа… понятно… — протянул я.
В этот момент у Милы в кармане зазвонил телефон. Она вытащила его и стала говорить.
– Ну ладно, мне пора! — сказала она, закончив разговор. — Меня уже мама ждёт, я обещала пройтись с ней по магазинам.
– Ну пока! — сказал я, улыбнувшись. — Не забывай моих советов, и у тебя всё получится!
– Обязательно! — прокричала она уже на бегу.
Буквально через три дня Мила снова объявилась в моей жизни. Я как раз собирался пойти потренироваться на своё тайное место, как раздался звонок в дверь.
Я открыл. На пороге стояла Мила, переминающаяся с ноги на ногу. На губах её играла жалостливая улыбка. Она как-то робко посмотрела мне в глаза и спросила: «Можно войти?» Я посторонился и сказал: «Конечно! Заходи!» Мила прошмыгнула в прихожую, я закрыл дверь и стал ждать, что она скажет.
– Серёж, знаешь, ты конечно не обязан, но у тебя так здорово получается… — сумбурно выпалила она. — В общем, ты не мог бы мне помочь ещё разок, а?
Я посмотрел на неё и улыбнулся. Вид у неё был как у потерянного щенка, стоящего на тротуаре и заглядывающего в глаза каждому прохожему.
– Нет проблем! Конечно! Ты проходи, раздевайся. А что случилось?
Мила скинула свои туфельки, переобувшись в поданные гостевые тапочки, и прошла в мою комнату. Там она подошла к журнальному столику, сделала лёгкий жест, как будто доставая что-то, и вывалила, из появившегося в её руке мешочка, на столик кучку небольших кубиков. Кубики запрыгали по столешнице, рассыпаясь в разные стороны, а пара штук умудрилась даже свалиться на пол. На каждой грани кубика был нарисован его порядковый номер. Номера шли от одного до тридцати.