Чтение онлайн

— Ну, рации нам, может, и не понадобятся, — пробормотал Валера, — а вот фонари в самый раз.

Проникнув в узкий коридорчик, они неспешно двинулись вперед.

— Тут лампы были, теперь пусто, — Валера посветил вверх, где через равные промежутки красовались собачьи намордники светильников. — А вот и еще одна дверь.

— Вижу!

Очередную преграду предшественники Гены с Валерой также взломали с помощью взрывчатки. Металлическая плита толщиной в человеческий палец со скрипом отошла в сторону, открывая черный зев.

— Взгляни-ка сначала на счетчик, — посоветовал Валера, — мало ли что.

Гена послушно достал прибор, пощелкал кнопками.

— Да нет, все то же самое.

— Значит, ныряем вглубь… — Валера первый перешагнул порожек.

Слыша удары собственного сердца, Гена последовал за ним. Он был готов ко всему — к задушенным стонам подземных мертвецов, к шелесту крыльев летучих мышей, к каким-нибудь неожиданным находкам, однако никакие сюрпризы им не встретились. Сначала они миновали небольшое помещение со сломанным столом и обветшалым стеллажом, потом угодили в просторный зал, потолок которого свет фонарей выхватывал лишь метрах в шести-семи от пола. Тут и там валялись обломки деревянных ящиков, клочья стекловаты, куски рубероида. В дальнем углу, судя по следам, явно разводили костерок — вероятно, господа хитники грелись у огня, может, даже ночевали.

— Вот, собственно, и все, — хмыкнул Валера. — Был склад — да весь вышел. Один только запашок и остался, чувствуешь?

Генка чувствовал. Более того, к стылым ароматам затхлости добавлялось и нечто иное — довольно неприятное, с химическим горьковатым привкусом.

— В общем, можно смело уходить, — продолжал Валера. — Если что здесь и оставалось, увезли до нас.

— Не похоже, — помотал головой Генка.

— Почему так думаешь?

— Если бы увезли, осталась бы тропа или дорога.

Валера, нахмурившись, покачал головой.

— Не обязательно. Если это было давно — скажем, два или три года назад, любая тропа могла зарасти.

Гена припомнил буйное разнотравье полигона и нехотя кивнул.

— И все-таки интересно, что же здесь такое хранилось?

— А мне и знать не хочется, — Валера прошелся по гулкому помещению, фонарем осветил темные стены. Крошево хрустело у него под ногами, эхо от голоса толкалось от высокого потолка, вызывало легкое головокружение. — Видишь ли, боец, если люди запирают что-то под замок, значит, всем прочим видеть это «что-то» совсем не обязательно. Хотя, полагаю, хитникам здесь ничего не обломилось, все ценное увезли сами военные…

— Смотри-ка! Они и вниз пытались пробиваться. — Генка посветил на раскуроченный ломами пол. — Видишь, следы? Кругом ровно, а здесь цемент. Слушай, а ведь здесь и пола раньше не было. С чего бы такие следы?

— Следы как следы. Скорее всего, ребятки приехали, рванули одну дверь, вторую, а тут — дуля с маком. Обидно? Конечно, обидно. Вот и давай долбить в стены да в пол.

— Чего ж тогда деревья так странно растут?

— А ты уверен, что нам надо это знать?

— Кому же не знать, как не нам! Всем тем, кто живет здесь! — Генка пяткой притопнул по изрытому полу. Под ногой отчетливо хрустнуло. — Слышал?

— Что там еще?

Гена притопнул сильнее, и ему почудилось, что пол чуть дрогнул.

— Какое-то оно все тут непрочное…

— Я же говорю — сплошной песок. Хорошо, землетрясения нас щадят, а то посыпались бы домики… Эй, прыгать-то зачем?

А Гена и впрямь подпрыгнул. Ноги слаженно ударили в пол, треснуло громче, и, вдруг, на глазах подростка по темному бетонному полу пробежала змеистая трещина.

— Осторожно! — Валера первым почуял неладное, звериным прыжком отпрянул к стене. — Ко мне давай! Мухой!

— Вот это да… — Гена не договорил. Трещина стремительно расширилась, а пространство перед глазами качнулось. Подросток ринулся было к Валере, но пол накренился, больно ударил по коленям. А в следующую секунду Гена полетел вниз — вместе с треснувшей плитой, с ворохом пыли и истлевшими обломками.

Голова гудела, точно ведро после удара шваброй, где-то над ухом набухала приличная шишка. Но главное — пока он лежал без сознания, ему успело даже что-то приснится. Ну да! — он снова летал над Соболевкой. Правда, на этот раз почему-то разбрасывал какие-то листовки и газеты. Еще и кричал всякую несуразицу. Про опасность болота, про живущих в нем гигантских пиявок…

— Гена! Ты живой?

В зажмуренные веки ударил свет, и подросток поднял руку, прикрываясь от фонаря.

— Ну, слава Богу! Я уж перепугался… Как ты там, в порядке?

Генка неловко сел, ощупал ноги.

— Вроде цел… Головой только жахнулся. И колени болят.

— Это ладно. Лишь бы кости были целы. Считай, с третьего этажа слетел…

Валера ничуть не преувеличивал. Гена наконец-то рассмотрел, что он сидит в какой-то ямище. Под ним и вокруг него громоздились обломки бетона, какие-то потемневшие от времени деревянные сваи. Кудлатая голова Валеры маячила где-то вверху, выглядывая из-за кромки пролома. При одном взгляде на этот пролом Генке сразу стало нехорошо. Выходит, он действительно провалился — ухнул в какой-то подвалище вместе с добрым куском пола.

— Фонарь подбери. Вон он, справа от тебя… — Валера посветил чуть в сторону, и Генка, в самом деле, разглядел оброненный фонарь. Дотянувшись до него, он щелкнул кнопкой. Стекло треснуло, но лампочка горела вполне исправно. Водя лучом по сторонам, Гена исследовал свое узилище.

— Как бы снова чего не обвалилось, — обеспокоился наверху Валера. — И запашок вон какой страхолюдный. Ты бы вылезал оттуда побыстрей.

— Легко сказать! А как?

— У тебя же веревка в рюкзаке. Забыл? Доставай и бросай мне, а я уж тут организую какой-нибудь крепеж.

Третий этаж — не пятый, и со второго броска Валера поймал моток. А еще чуть погодя вниз спустилась аккуратная веревочная петля.

— Это что, вешаться? — пошутил Генка.

— Типун тебе на язык! Ставь туда ногу и хватайся руками. А я вытяну.

Гена шагнул было к веревке, но остановился.

— Так не пойдет, — он вяло покачал головой. — Тут что-то есть. Если уж я сверзился вниз, надо хотя бы осмотреться…

— Генка, не дури!

— Я не дурю, — подросток преспокойно достал из рюкзака рацию, привязал одну из лямок к веревке. — Поднимай, там вторая. Будем переговариваться.