Чтение онлайн

Взвесив меч в руке, Крикс сделал пару пробных выпадов. Качание палубы под ногами совершенно не сбивало с ритма - он давно успел привыкнуть к нему так же, как когда-то приноравливался к ходу лошади, и даже начал находить в этом особенное удовольствие. Казалось, что корабль дышит, как живое существо. Раньше "дан-Энрикс" постеснялся бы размахивать на палубе затупленной железкой, опасаясь ядовитых реплик Нойе, но в последние несколько дней островитянин почему-то прекратил к нему цепляться и вообще выглядел слегка пришибленным. Сперва "дан-Энрикс" хотел выяснить, в чем дело, но потом решил, что от добра добра не ищут, и что самым лучшем будет сделать вид, что он в упор не видит перемен в манерах Альбатроса.

Неуклюжее спросонья тело понемногу оживало, выбившиеся из-под повязки волосы липли ко лбу, и даже мысль о том, что день опять придется провести возле постели Айи, не могла испортить ему настроение.

Подшаг, удар, обманный финт, еще удар… Места на палубе было немного, но "дан-Энрикс" досконально изучил его во время прошлых тренировок и, пожалуй, мог бы фехтовать даже с закрытыми глазами. Например, сейчас он знал, что за его спиной, на расстоянии меньше протянутой руки - стена каюты, где лежала Айя. Здесь любой нападающий решил бы, что южанин загнан в угол, и атаковал… "дан-Энрикс" уклонился от удара и скользнул "противнику" за спину. Ненастоящий поединок, в отличие от сражения с живым врагом, нисколько не мешал думать о чем-то постороннем, и южанин размышлял о том, что надо еще раз побеседовать с мессером Иремом о буре, погубившей "Беатрикс". Или не стоит?.. Риксу показалось, что известие о том, что их каким-то непонятным образом вышвырнуло из мая прямиком в июль, не произвело на его сюзерена никакого впечатления. Возможно, дело было в том, что лекарь как раз делал Айе перевязку, а они с сэром Иремом стояли у дверей каюты, и монсеньор слушал "дан-Энрикса" вполуха. Сдавленные стоны за перегородкой явно занимали его куда больше, чем все то, что говорил его оруженосец, и лицо у каларийца было таким напряженным и застывшим, словно мучения мерзавки за перегородкой каким-то образом касались его самого. Столь явное неравнодушие мужчины к Королеве злило энонийца больше, чем он был готов признаться даже самому себе, и в последние дни он избегал общества коадъютора - настолько, насколько это вообще возможно на сравнительно маленьком корабле. Как ни парадоксально, проще всего было прятаться от сэра Ирема в каюте Айи - лорд туда практически не заходил, а если даже и заглядывал, то ненадолго и обыкновенно в обществе врача или кого-то из команды. Получалось, что делиться своими догадками и опасениями энонийцу абсолютно не с кем. Ну не с Королевой же!.. А поводов для беспокойства у "дан-Энрикса" хватало. Прежде всего, он не пожалел бы ничего за то, чтобы узнать, не потопило ли во время шторма баржи с лошадьми. Конечно, глупо было думать о коне, когда на "Беатрикс" погибла половина всей команды, но южанин ничего не мог с собой поделать. Он сам завел Фэйро на баржу по широким деревянным сходням, и жеребец, уже имевший опыт путешествия по морю и пребывающий в понятном раздражении, даже прицапнул его за руку - конечно, далеко не так, как мог бы, но все же весьма чувствительно. "Ну сам подумай, что я могу сделать?..
– мрачно спросил Рикс.
– Ты ведь не человек, чтобы брать тебя на "Зимородок". И с тобой поплыть я тоже не могу. Представь себе, что бы сказал сэр Ирем, если бы я заявил, что собираюсь путешествовать на барже?..". В ответ Фэйро раздул ноздри, скребя палубу копытом. Ему явно было наплевать на мнение мессера Ирема. Привязав жеребца в узком и тесном стойле под палубой, "дан-Энрикс" ощутил себя предателем. Если окажется, что баржа в самом деле затонула…

Рикс с такой силой ударил с полуразворота, что ненастоящий меч со свистом рассек воздух.

Нет. Все грузовые баржи шли вдоль берега, к тому же они должны были прибыть в столицу значительно позже остальной эскадры, так что шторм их наверняка не зацепил.

А вот что стало с остальными кораблями? Они потонули? Или, может быть, пришли в Адель еще в июне - в том июне, которого для людей с "Бесстрашной Беатрикс" и "Зимородка" просто не существовало?.. Если это так, то Альверин Фин-Флаэнн должен быть в столице уже месяц. И никто, конечно, не мешает ему бывать в доме у Гефэйров или видеться с невестой во дворце.

"Дан-Энрикс" заскрипел зубами.

Правда, может быть, Фин-Флаэнн утонул, - сказал он сам себе, и тут же устыдился этой мысли. Альверин не сделал ему ничего плохого. Он не виноват, что отец Лейды Гвенн Гефэйр посчитал Фин-Флаэнна хорошей партией для своей дочери… и уж тем более нельзя винить его за то, что он, в отличии от большинства аристократов, был действительно влюблен в свою невесту.

Помнится, когда Рикс отправлялся на войну, Лейда Гефэйр не испытывала никакого восторга при мысли о браке с Альверином. Но, конечно, за прошедший год она могла и передумать…

Нижняя защита. Финт. Удар, удар, удар!..

– Ты так кого-нибудь убьешь, - укорил коадъютор, который, оказывается, успел подойти поближе и остановиться в нескольких шагах от Рикса.

Энониец тяжело дышал - не от усталости, а от внезапной беспричинной вспышки ярости.

– Могу я узнать, кого ты только что рубил с таким… энтузиазмом?
– спросил рыцарь, иронично улыбаясь.

"Финн-Флаэна" - чуть было не ответил Рикс.

– Я просто… разминался, монсеньор. Хотите присоединиться?
– спросил он мужчину с ноткой вызова.

– Ты предлагаешь мне сразиться?… - хмыкнул рыцарь.

– Нет, конечно, - покривил душой "дан-Энрикс", скромно опустив глаза.
– Я прошу вас об уроке.

– Ну, раз так… - сэр Ирем откровенно забавлялся.
– Я согласен.

Энониец ощутил приятное волнение. Они не фехтовали с коадъютором с тех пор, как началась война. В то время Крикс был еще ребенком… то есть сам он так, конечно, не считал, но сути дела это не меняло. И еще - тогда он ничего не знал о тхаро-рейн… Сегодняшняя схватка обещала стать гораздо интереснее.

– Я принесу вам меч, мессер.

– Значит, об уроке?.. Любопытно, - сказал лорд почти задумчиво, скосив глаза на меч "дан-Энрикса", касающийся его ребер. Энониец первым опустил оружие. Чуть-чуть помедлив, коадъютор тоже убрал меч от шеи Рикса. Юноша потер место удара и почувствовал под пальцами стремительно вспухающий болезненный желвак.

Их схватка была короткой и необычайно яростной. Рикс был полон решимости продемонстрировать, на что он теперь способен, а заодно - как неожиданно почувствовал он сам, идя за тренировочным мечом для своего противника - еще и поквитаться с коадъютором за Тровен и за Айю. Судя по тому, как холодно и весело сверкали серые глаза мессера Ирема, когда он принял у оруженосца меч, мысли "дан-Энрикса" не составляли для него особой тайны. Тем не менее, первая схватка кончилась ничьей - что в случае с мессером Иремом уже можно было считать победой.

Крикс уже в который раз за эти месяцы мысленно поблагодарил Асгейра Аэстерна. Если коадъютор недооценил умения своего бывшего ученика, то главная заслуга в этом, несомненно, принадлежала Астеру.

– Любопытно, - повторил сэр Ирем.
– Еще раз.

На этот раз мужчина был гораздо осторожнее, и энониец первым пропустил удар. А потом, почти сразу же, второй. В прошлом мессер Ирем всегда отступал на шаг, давая своему ученику время собраться, но сейчас он продолжал теснить южанина к корме. Крикс понял, что на передышки можно больше не рассчитывать. В каком-то смысле это было даже лестно - коадъютор наконец-то видел в нем достойного соперника.

Когда, пару минут спустя, Крикс снова смог достать противника коротким рубящим ударом, коадъютор опустил свой меч и коротко кивнул "ученику".

– Ну… в сущности, неплохо.

Крикс едва не заскрипел зубами. Не то чтобы он успел забыть, как калариец отзывался о его успехах раньше - о таком, пожалуй, не забудешь даже при желании - но до сих пор ему казалось, что теперь все будет по-другому. Но не тут-то было. Очевидно, этого ему не изменить, стань он хоть лучшим фехтовальщиком в Империи.

Посмотрев на его вытянувшееся лицо, рыцарь внезапно рассмеялся.

– Рикс, во имя Всеблагих!.. Когда ты уже перестанешь принимать всерьез все то, что тебе скажут?

Энониец вздрогнул.

– Но ведь вы…

– Тебе так важно мое мнение?
– спросил сэр Ирем с ноткой удивления.
– Ты же сам видишь, что сумел достать меня два раза за какую-нибудь четверть часа. Не хочу показаться нескромным, но подобный результат - уже достаточное доказательство того, что ты прекрасный фехтовальщик. Что бы я ни говорил, суть дела это не изменит. А вот позволять противнику выбить тебя из равновесия каким-то замечанием - по крайней мере неразумно.