Чтение онлайн

— Это еще что за… — пробормотал он.

— Они пробуют на прочность решетки, — пояснил Гордеев.

— Ничего себе, — изумленно сказал капитан. — Но решетки-то они не выбьют?

— Решетки — нет, — ответил Гордеев.

— Ну и ладушки, — кивнул капитан. — В таких школах на первых этажах все окна зарешечены. У меня дочка в такой учится.

— Во-первых, в пристройке окна зарешечены только в физкультурном зале и столовой.

Капитан подумал.

— Точно. Но там окна высокие. Да и проникнуть через них можно только в кабинеты, а они наверняка заперты. Так что с этой стороны опасность нам не грозит. Можем спать спокойно.

— Во-вторых, — продолжил терпеливо Гордеев, — как быть с переходом?

Капитан оглянулся. Фактически переход представлял собой одно большое окно. В огромных, от пола до потолка, стальных рамах крепились внушительные стекла. И, разумеется, никаких решеток на них не было. Очевидно, администрация школы полагала, что здание стало бы слишком похоже на спецучреждение для малолетних преступников.

— Думаешь, у них хватит ума?

Загудела от удара вторая решетка. Гордеев указал на окно.

— Это только вопрос времени. Так что лучше отправить детей наверх.

— Нет, — капитан покачал головой. — Если уж они додумались окна выбивать, то, боюсь, придумают и как двери вынести. — Он подошел к окну, осмотрел двор. — Скажи мне, друг, ты в собаках разбираешься?

— Немного, — ответил Гордеев.

— Тогда скажи мне, чего эти твари никогда не умели, не умеют и чему никогда не научатся?

— Читать и сочинять стихи, — мгновенно ответил тот.

Капитан коротко хохотнул.

— Молоток. Но я не это имел в виду. Пошли, поищем медпункт, заодно поглядим, что в этой школе имеется из горючесмазочных материалов. Проинспектируем их склад ГСМ, так сказать.

— Хорошо, — согласился Гордеев. — Только мы потратим гораздо меньше времени на поиски, если спросим об этом Анну Андреевну.

Полевой штаб и лагерь для беженцев разбили на окраине Красногорска. Людей свозили со всей Москвы и размещали в школах, больницах, клубах, кинотеатрах, словом, везде, где можно было разместить койки или раскладушки и где можно было оказать первую медицинскую помощь. И куда пока еще собаки не добрались. Территория патрулировалась БТР. Небо бороздили военные вертолеты. В широкой вместительной палатке собрался весь цвет силовых министерств.

Поляков никогда не думал, что ему доведется увидеть всех этих «тузов» разом, причем не на экране телевизора и не на страницах газет, а живьем. По всем законам логики и субординации его в этой палатке быть не должно. То, что он здесь, — следствие принятых им решений. Решений, которые, Поляков на это наделся, переломили ход событий. Оценить этого сам он уже не мог. Все оперативные сводки шли теперь через начальственные руки.

В этой палатке он был самой мелкой фигурой. Пешкой. Вернее, пешкой, стоящей на предпоследней клетке доски. С ним общались и здоровались за руку. Его называли по имени-отчеству, и он знал почему. Все будет зависеть от последствий. Его либо поднимут, либо бросят в сточную канаву. Либо разделят его славу, либо спишут на него все грехи.

— Потери среди гражданского населения, по предварительным подсчетам, составляют не менее пятнадцати процентов, подавляющая часть которых пришлась на утренние часы, — говорил мордатый генерал-полковник из Генерального штаба, скрестив тяжелые, поросшие курчавыми волосами руки на столе. Раскладной стул скрипел под его кряжистым могучим телом. — Люди ехали на работу и с работы. Никто, конечно, не ожидал ничего подобного. На данный момент в пределах Окружной дороги сосредоточен личный состав двух бригад: спецназа внутренних войск из Обнинска и двадцать седьмой мотострелковой. На подходе туляки и рязанцы. В ближайшие три-четыре часа они выйдут на исходную.

— А что с воинскими частями, дислоцированными в черте города?

— Пока не удалось наладить с ними связь. Мы полагаем, что часть военных городков может быть занята собачьими стаями. Возможно, командование, по не выясненным пока причинам, не может восстановить боеспособность вверенных ему частей.

— Ясно, — помрачнел сидящий во главе стола худощавый светловолосый мужчина, слегка поджимая тусклые, тонкие губы. — Не могу сказать, что обрисованная вами картина слишком уж отрадна. Хорошо. Нужно будет впоследствии прояснить вопрос с нарушением связи. Как продвигается эвакуация?

— На данный момент эвакуировано порядка трех тысяч человек. В поисках задействованы силы малой гражданской и военной авиации. Мы разворачиваем дополнительный аэродром в районе Зеленограда, куда планируется перебросить технику из ближайших вертолетных частей.

Светловолосый мужчина кивнул. Был он одет в пятнистую военную форму, говорил быстро, делая небольшие паузы, чтобы подобрать точные слова.

— Почему Зеленоград? — поинтересовался он.

— Мы не сумеем разместить всех эвакуированных в общественных заведениях одного Красногорска. Уже сейчас больницы переполнены, в кинотеатрах и клубах катастрофически не хватает места. Даже при том условии, что полевые лагеря будут развернуты в ближайшие несколько часов, придется задействовать дополнительные резервы. Доставка людей в противоположный конец города существенно снизит временной ресурс поисковых мероприятий, поскольку аэродромы «подскока», обеспечивающие топливом вертолеты, располагаются в основном в этой стороне. — Светловолосый снова кивнул, и кряжистый, ободренный его реакцией, продолжал: — Мы уже приступили к развертыванию полевых лагерей и госпиталей под Зеленоградом, Солнечногорском и Химками. В срочном порядке подготавливаются места в больницах, доставляются полевые кухни.

— Как быстро продвигается эвакуация?

— Мы задействовали все резервы, — уклончиво ответил кряжистый. — Подтянули пять колонн грузового автотранспорта. Но население не подает сигналы, боясь привлечь собак. О том, чтобы выходить на улицы, речь не идет. Однако в ближайшие два часа мы планируем силами бронетехники и полка спецназа занять гражданский аэродром в Тушине. Это позволит существенно повысить эффективность поисковых мероприятий за счет использования дополнительной воздушной техники и более длительного патрулирования территории. Топливо и необходимое оборудование будет доставлено из аэропортов Шереметьево и Шереметьево-2. Кроме того, на аэродроме можно будет развернуть общевойсковой лагерь.

— Хорошо, — кивнул светловолосый. Видимо, первоочередные мероприятия, разработанные военными, показались ему убедительными. — А что с криминогенной обстановкой в черте города?

— Зафиксированы отдельные случаи мародерства и вооруженного сопротивления военным патрулям и представителям органов внутренних дел. Наши подразделения совместно с силами МВД стараются пресекать подобные инциденты.

— По крайней мере, мы перешли к активным действиям, — сказал наконец светловолосый. — Кстати, кто отдал приказы о первоочередных мерах? Если мне правильно доложили, это был сотрудник Министерства внутренних дел?