Чтение онлайн

– Почему? – спросила Мириэл, прижимая пальцы к губам. Она тоже была охвачена ужасом.

Николас обратил на нее темный, непроницаемый взгляд.

– Когда мы отплывали, из подвала вышли де Броз с де Вьёпуаном. Они что-то сбросили в воду. При свете фонаря на носу корабля нам показалось, что это было тело, но наверняка мы не знали. А спустя несколько дней до нас дошли слухи о том, что из Сены выловили труп принца Артура. Его закололи в горло и утопили, привязав к телу камень. Он был племянником Иоанна и претендовал на трон. Все знали, что любви друг к другу они не испытывают.

– Значит, это Иоанн убил его? Николас пожал плечами:

– Подозревали, что он, но доказательств не было. Всех, кто мог бы пролить свет на это убийство, либо подкупили, либо уничтожили, в том числе де Броза и де Вьёпуана. Наши земли у нас отняли и даровали кому-то другому. А нас объявили изменниками и вынудили бежать. – Его голос зазвучал резче, в интонациях появилась ожесточенность. – Мы скитались от гавани к гавани, перебивались с хлеба на воду. Однажды зимой в Булони мать и сестра простудились и умерли. А едва мне исполнилось шестнадцать, я лишился и отца: он «пропал» на море. С тех пор я воюю на стороне мятежников, и за мою голову назначено вознаграждение. – Он сделал глубокий судорожный вдох и сдавил уголки глаз указательным и большим пальцами. – Я еще никому не рассказывал эту историю. Одному Богу известно, зачем я тебе ее рассказал. – Неожиданно выругавшись, Николас уронил лицо в ладони и затрясся всем телом.

Мириэл искренне жалела, что пожелала узнать причину его вражды с Иоанном. Как будто она сама открыла ящик Пандоры. Рассказ Николаса потряс ее до глубины души. Ее собственные трудности не шли ни в какое сравнение с тем, что довелось пережить ему.

– Я так тебе сочувствую, – прошептала она. Эти банальные слова были ей ненавистны, но ничего лучше придумать она не смогла.

– Не надо. Я в жизни ни у кого не искал ни сочувствия, ни жалости. – Он поднял голову и свирепо глянул на нее сквозь слезы.

– Я тоже. – Она выдержала его взгляд. – Я тоже не из нытиков. Просто хотела утешить тебя, но не знала, что сказать.

– В таких случаях лучше промолчать. – Он повернулся к ней спиной и укутался в плащ по самые уши, таким образом, положив конец разговору.

Печальная и растерянная, Мириэл тоже легла, но сон долго не шел к ней, а когда она, наконец, задремала, ей привиделось, что она бежит по трясине от безликого мужчины, который хочет ее удушить. Ему не удавалось поймать ее, но и она не могла оторваться от него, потому что ее бег затрудняли золотые оковы, украшенные драгоценными камнями.

Утром и Мириэл, и Николас после сна были в подавленном состоянии. Почти не разговаривая, они стали навьючивать мула. И в пути оба продолжали хранить молчание. Продвигаясь по берегу реки Велланд, к середине дня они добрались до Стамфорда.

По величине этот город уступал и Ноттингему, и Линкольну, но здесь процветали суконное и кожевенное производства, было несколько церквей, замок и бенедиктинский монастырь. Мириэл казалось, что нее только и смотрят на нее, когда они с Николасом, миновав заставу, приблизились к мосту, ведущему в город. Она далее не могла спрятать своего монашеского одеяния под импровизированным плащом, которым служила ей накидка, снятая с сундука на спине мула. Холодный ветер пробирал до костей, но еще сильнее терзал ее страх быть пойманной и заточенной в монастыре Святого Михаила до прибытия матери Хиллари, которая вновь увезет ее в обитель святой Екатерины.

– Мне нужна обычная одежда, – шепнула она Николасу, заметив, как подозрительно покосился на нее проходивший мимо священник. Монахини крайне редко встречались в миру, и, как правило, это были высокопоставленные женщины, посланные по важному делу, но никак не послушницы. И, разумеется, они никогда не ходили в сопровождении мужчины, не имеющего отношения к церкви. – Что-нибудь скромное и приличное, не бросающееся в глаза.

Они дошли до городских ворот, где стражник взимал пошлину с входящих. Его копье стояло у каменной стены, шлем лежал рядом на земле. Он не ожидал неприятностей.

– Опусти глаза, сложи руки и держи их перед собой. И молчи, – посоветовал Николас – Тогда в тебе увидят только благочестивую монахиню. А если будешь постоянно озираться и дергаться, в тебе непременно признают беглянку.

– Легко сказать, – отозвалась Мириэл с паникой в голосе. До стражника оставалось уже несколько шагов.

– Положись на меня, – раздраженно бросил Николас. – В городе полно лавок. Что-нибудь подберем тебе из одежды.

Дрожа от страха, Мириэл сложила руки и опустила голову, глядя на свои развевающиеся юбки. Сердце едва не выскочило из груди, когда они встали перед стражником.

– Год на исходе, а какой день замечательный, – приветливо заметил стражнику Николас, подавая ему пенс.

– Да, воистину. – Стражник с любопытством оглядел его и Мириэл. – Издалека идете?

– Из Ньюарка, – ответил Николас всем тем же беспечным тоном и повел мула вперед. – Мы держим путь в Семпрингхэмское аббатство. – Он мельком взглянул на Мириэл.

Этого было достаточно, чтобы у стражника сложилось мнение, будто Николас – служитель монастыря и его собрат по ремеслу. Солдат кивнул, обратив свое внимание на следующего пришельца.

– Вот видишь, – сказал Николас, когда вдвоем с Мириэл они стали подниматься в город по холму Святой Марии, – все можно устроить, если подойти к делу с умом.

Ладони Мириэл были мокрыми от пота.

– Может, и так, – дрожащими губами отвечала она, – только мне не будет покоя, пока я в этих одеждах. А вдруг он заподозрил бы что-то? Стал бы нас обыскивать?

– У него не возникло подозрений, потому что мы не дали ему повода, – рассердился Николас, но потом, взглянув на девушку, смягчился и потянул ее на обочину. – Вон кладбище, иди туда и молись у одной из могил. А я схожу на рынок, поищу для тебя одежду.

Мириэл предпочла бы держаться подальше от всего, что связано с церковью, но выбора не было. У нее до сих пор подкашивались ноги от встречи со стражником, а бродить вместе с Николасом по рынку было бы неразумно. Монахиня, проявляющая интерес к одежде светских женщин, сразу же стала бы объектом пересудов.

– Я присмотрю за мулом. – Она схватила потертую просоленную уздечку, некогда принадлежавшую королевскому пони.

– Нет. – Николас накрыл ее ладонь своей.

Они уставились друг на друга. Мириэл жалела, что ей не хватает роста. Еще бы полфута, и ей не пришлось бы смотреть на него снизу вверх.