Сокрушая врага
Шрифт:
– Спасибо, - устало выдавил из себя вепс, немного отдышавшись.
– Не за что, - ответил глава рода, разжимая кулак и освобождая руку от приличного клока волос, выдранного из головы Юски, - не за что…
Павел быстро восстановил дыхание.
– Да уж, - пробурчал он себе под нос по-москальски, - весело погуляли.
– Что?
– не понял вепс.
Павел не ответил. Азарт боя прошел, и холодное купание дало о себе знать. Глава медвежьего рода забарабанил зубами, а тут еще как назло налетел ветер. Мокрая рубаха и штаны, прилипнув к телу, холодили, и Павел невольно задрожал от кончиков волос до ногтей на ногах.
– Ч-ч-е-р-р-т-т, о-о-г-г-го-го, ч-ч-е-е-р-р-т-т.
– зубы плясали, выбивая ознобную чечетку.
Юски замерз не меньше, и его зубы выдавали столь же музыкальные ритмы. Вепс перевернулся на спину, а затем резко вскочил на ноги. Он обхватил себя руками, стал растираться и подпрыгивать, стараясь согреться.
– Кажется, все… - внезапно проронил вепс, перестав скакать.
– Что все? Что там? Что?
– спросил глава рода, переворачиваясь на спину и садясь.
Юски указал на реку. От места боя в их сторону течение несло несколько пустых драккаров. Дрожь мгновенно пропала, и Павел замер, вглядываясь в очертания кораблей. Нет. Никакого движения на них не было, во всяком случае, он не заметил. Павел видел, что первым несет черный драккар, на котором сражался Вадим. Судно вертелось на волнах, медленно поворачиваясь поперек течения то одним, то другим бортом. Наконец река плотно сжала черный драккар, и он, встав носом по течению, ускорил свой бег.
Когда драккар поравнялся с тем местом, где находились Павел и Юски, первый из них встал и начал громко звать друга:
– Вадим! Вадим!
А второй стал подпрыгивать, стараясь с высоты берега разглядеть, что там на борту.
– Вадим! Вадя!
– не унимался Павел.
Он сложил руки рупором и усердствовал:
– Вадим!!! Вадим!!!
Черный драккар качнулся, его медленно накренило, сильная волна ударила в правый борт, и судно развернуло. Теперь оно шло кормой вперед. Рулевое весло безжизненно болталось из стороны в сторону, задавая бесцельный курс.
– Вадим! Вадя!!!
Юски, перестав скакать, протяжно втянул воздух ноздрями и, сделав шаг к Павлу, положил ему руку на плечо:
– Пустое, - негромко сказал вепс, - там все лежат… мертвые они… все.
Павел порывисто обернулся и скинул руку вепса со своего плеча:
– Вадим?… - протянул он, и его серые глаза увлажнились.
– Мертвые они… - повторил вепс, - твой друг лежит рядом с Валуем… я видел.
Павел крепко зажмурился, разгоняя слезы. Он мотнул головой, руками оттер глаза.
– С такого расстояния, и ты увидел?
– пытаясь быть твердым, спросил Павел.
– Да, - ответил Юски, - лежат, я видел, я же охотник…
Глава рода бросил на реку прощальный взгляд. Черный драккар уходил к повороту. Вот сейчас он обогнет берег и все! Все! И нет у него больше друга. Умер! Погиб! Все, конец! Черт!
– Ва-адя-я-я…
С тихим всхлипом глава медвежьего рода тяжело опустился на землю. Он поджал ноги, положил на колени руки и, уткнувшись в них, предался скорби. Да - скорби, ведь мужчины не плачут…
– Ты поплачь, - по-отцовски произнес Юски, - поплачь, о друге можно поплакать, когда никто не видит… - Вепс легонько похлопал Павла по плечу.
«Эх, Вадя… - Павел глубоко вздохнул и задержал дыхание. Слез больше не было, их прервала память: - Вадя. Как же это давно все было. В другой жизни, которую не вернешь… Только память… Школа, городская библиотека и книжки с картинками, на которых воины в кольчугах и латах совершали безумно-отважные подвиги. Клялись в верности и обещали вернуться…
Походы в лес… и случайно найденный блиндаж с пятью погибшими красноармейцами. Жутко и страшно. А потом рванувший в костре снаряд - глупость, игра со смертью, но, черт возьми, а ведь хотелось под танки! Нам, пацанам, которым не досталось ничего, кроме дедушкиных рассказов о войне. Нам хотелось под танки! И непременно герои - это мы!»
Павел, погрузившись в воспоминания, не сразу услышал, как Юски что-то тревожно говорит. Он с трудом приподнял голову, хотелось спать, и чтобы никто не трогал, не беспокоил…
Вепс грубо обхватил Павла за плечи, толкнул и повалил на землю.
– Что еще?
– непонимающе пискнул глава рода из-под плотно прижавшего его тела.
– Тихо, - почти в самое ухо прошептал ему Юски, - они возвращаются…
Вепс немного ослабил хватку, и теперь, высвободив голову, Павел и сам увидел, что один из драккаров викингов идет по течению, туда, где за поворотом скрылись унесенные течением пустые корабли.
– Не иначе пошли добычу собирать, - высказал предположение Юски, - ладьи очень ценная добыча.
Они лежали на земле, пока судно викингов не скрылось за поворотом.
– Изловят сейчас ладьи и к боргу поволокут, - продолжил свои догадки вепс, поднимаясь.
– А там же Вадя!
– встрепенулся Павел.
– Юски, ты не знаешь, что они делают с трупами врагов?
Вепс пожал плечами:
– Не знаю, может, сожгут, а может, за борт покидают.
– Не скажет ни камень, ни крест, где легли… - невольно вырвалось у Павла по-москальски.
– Что ты сказал?
– спросил Юски.
– Не будет у наших воинов могил, - вновь перейдя на понятный вепсу язык, ответил глава рода.
– Да-а-а, - протянул Юски, - мне жаль твоего друга, он был славным воином.
Павел опять чуть было не пустил слезу, но совладал с собой. Он сел и посмотрел на реку. У борга еще кипел бой.
– Интересно, а что там?
– спросил он.
– Чья берет?
Юски оценил обстановку зорким охотничьим взглядом.
– Кажется, и там все!
– с горечью в голосе изрек вепс.
– Что? Ну что там?