Сонет
Шрифт:
– Знаешь, – немножко подумав, продолжила она. – Я в Москву! А тебе похоже придется лететь в командировку.
Всю дорогу что Убер вез девушку в аэропорт, она залипала в телефоне. За окном пролетали давно знакомые, заснеженные пейзажи. Не вызывающие интереса.
Густой хвойный лес. Высоченные ели застыли, накрытые белыми шубами. Покров искрился на развесистых лапах – жемчужная мантия. Окси искала Соне билет до Эдинбурга, но рейс был только завтра. Потому забронировала один "Санкт-Петербург – Лондон".
– В Хитроу тебя встретить тетя Мэри, – предупредила Окси сестренку. – Домчит до дедушки.
– А, да! – усердно закивала Сонет. – Как в прошлый новый год? Нетушки! Я лучше на поезде!
– Да ладно тебе, Соня! – сказала Оксана. – Это просто была случайность! Один из миллиона! С тетушкой ведь гораздо быстрее!
– Я вот соглашусь, а ты потом скажешь – "ну два из миллиона", – Сонет изобразила сестру, разведя руки с невинным лицом.
Она ворчала больше по привычке, но сама прекрасно понимала что сестра права. Весть срочная и добраться до дедушки надо было как можно быстрее.
– Хорошо-хорошо, – согласилась она. – Будь по твоему!
– Вот и славно! – просияла Оксана. Даже стекла очков заискрили. – Тогда я вызову такси, напишу тетушке, а ты собирай вещи!
Спустя полчаса Сонет уже сидела на заднем в белой Джетте. Маленький рюкзачок с самым необходимым лежал рядом.
Окси крепко обняла ее на прощанье. Пригладила длинную белую прядь сестренки, выбившуюся из-под шапки.
– Можно было запрячь твоих любимых буланых, – старшая кивнула на конюшню. – Но в Питере бы тебя неправильно поняли!
Оксана засмеялась.
– Особенно, ГИБДД! Почему без ремня? Да и в санях ветренно и музыки нет, кроме бубенцов. И ехать долго.
– Да, Окси, спишемся! – Сонет улыбнулась и нырнула в теплый салон. – А можно печку убавить?
Заскрипели колеса по снегу и Джетта рванула от белой резиденции.
Сонет скроллила вконтакте. Нейросеть подбирала ей картинки по интересам – кошки, сорта мороженого, сорта елей, ажурное белье.
Надоело и укачивало. Потянуло в сон. Соня зевнула. Ехать до Пулково еще часа три.
Ну правда, лишь бы не получилось как в прошлый новый год.
Тогда тетя Мэри, любительница попутешествовать, уговорила дедушку отпустить Сонет с собой в Штаты. На недельку.
А вышло что на две.
Тетушке захотелось тряхнуть стариной и добраться от Нью-Йорка до Вашингтона бесплатно. На зонтике, как в молодости.
Сказано – сделано. Купила в супермаркете гамак, прицепила к зонтику, накидала подушек и одеял из гостиницы. Усадила туда Сонет.
И прямо с гостиничного балкона отбыли.
Все бы ничего, но над Готэмом напоролись на стаю безумных воронов. Те потрепали зонтик. Потрепали тетушку.
Аварийная посадка на крышу небоскреба. Время подходит к полуночи. Канонада выстрелов над городом разгорается вспышками фейерверков.
Все же бандитам тоже не чужд дух Рождества. Полицейские сирены не смолкают. По облакам плывет огромный знак Бэтмена.
– Хорошо, что мой Дони цел! – радовалась тетушка, когда извлекла из горы подушек и перьев непочатую бутылку Дона Периньона.
"А то что шляпку потеряла и щеку оцарапал ворон – ей пофигу," – сокрушенно подумала Сонет. Сама она тоже ободрала колено при падении.
– Ну давай, крестница! – тетя Мэри быстро сняла фольгу с бутылки. – Проводим старый год! Встретим новый!
Пробка освободилась из стального плена. Бухнула. Улетела в черные небеса.
Среди треска автоматных очередей и грохота дробовиков выстрел Дони показался мышиным писком.
Пена фонтаном полилась на бетонный парапет. И дальше в черную невесомость.
Драгоценная жидкость сверкнула на фоне стеклянных небоскребов, огней машин, сине-красных сирен, вспышек выстрелов, клубящихся облаков, неясного тумана и пара из канализации, огромной луны и прожектора Летучей мыши.
– За наступающую Мышку! – выкрикнула тетушка и приложила горлышко к губам.
Пила с удовольствием.
Сонет запомнилась эта картина. И теперь, устав от глупой ленты, раскачиваясь в полудреме на заднем, она с улыбкой вспоминала любимую крестную Мэри Поппинс.
***
– Внимание, код два! Повторяю, код два! – сбивчиво сказал сильный мужчина в дорогом костюме.
Ствол пистолета в его руке подрагивал. Замер, нацеленный на пожилую женщину в черной одежде.
Казалось она появилась ниоткуда. Худая, высокая. В шерстяном жакете, длинной юбке макси до щиколоток, полуботинках на среднем устойчивом каблуке и аккуратной шляпке с вуалью. В руках большой черный зонт с острым наконечником.
Конец ознакомительного фрагмента.