Сосуд
Шрифт:
Вывернув из-за очередной фигурной изгороди, я, наконец, смогла отдышаться. Бог Смерти, как ни в чём не бывало, стоял у входа в беседку. Ну, да, это была та самая тайная беседка, где я когда-то застукала герцога и эту мымру баронессу. Ой, только не говорите мне, что там и сейчас кто-то есть.
Я уже открыла рот, чтобы поприветствовать неожиданного божественного гостя, как Сардос поднял палец к губам, жестом приказывая мне молчать. Повернувшись ко мне спиной, он буквально рассеялся дымкой среди ветвей деревьев.
— Что за чёрт?! Это шутка?! — моему возмущению не было бы ни конца ни края, если бы не одно но… Голоса. Мужские. Разговаривали двое и на весьма повышенных тонах.
Да, я знаю, что подслушивать нехорошо, но стоило мне услышать знакомое имя, как все мои благие намерения как ветром сдуло.
— …Рихард, ты — безумен! — я сразу узнала этот голос — Шейн!
— Дорогой братец, и в чём, по — твоему, моё безумие?! — второй голос принадлежал моему Рихарду. Никаких сомнений. — В том, что я не хочу расставаться с любимой женщиной?!
Я уже хотела войти, но что-то меня удержало, и, подойдя поближе, слегка раздвинув зеленые лепестки растений, увивавших беседку, заглянула внутрь. Не замочная скважина, но тоже ничего так.
Я увидела затылок Ааорна и лицо стоящего напротив него Рихарда.
— В том, что все твои планы попахивают бредом сумасшедшего! — возмущался Шейн. И что он так разволновался, интересно? — Твои эксперименты, жажда власти, легенды о Вечных! Хватит грезить о невозможном! Одно то, что ты хотел вырезать сердце у Кьяры и пересадить его Наоми, своей царственной невесте, уже более чем безумие!
О чем это он? И кто такая эта Наоми, скажите на милость, которая, как оказалось, нуждалась в сердце. И не просто в чьем-либо, а в моем?! Бред какой-то!
— Хорошо! Ты — прав! — воскликнул Рихард и лицо его искривила ухмылка. — Возрадуйся, братец! Я передумал!
— Что?! А как же Наомирель, с которой ты был последние триста лет?! Кстати, Кьяра о ней знает?!
Кто? Я? Не знаю я о ней! Триста лет с другой женщиной?! И ей нужно мое сердце? Конечно, старушка уже!
— Нет! И еще, Кьяра — моя, и ею останется! — прорычал герцог.
— Но… ты же обещал! Ты обещал, что если я достану для тебя артефакт Нгора…
— Ох, Шейн, ты такой забавный, когда злишься! — голос моего любимого мужчины переливался всеми оттенками сарказма, а глаза сузились и стали щелками. — Открою тебе секрет — я тебя обманул! Я и не собирался отдавать тебе Кьяру! Согласись, она ценнее, чем любая магическая безделушка! Мне просто нужно было убрать тебя с дороги, хотя бы на время!
— Потому что, она бы полюбила бы меня, и ты это знал! — рычал потерявший контроль граф Лайнвуд.
— Возможно, я этого не отрицаю! Но всё сложилось иначе, в мою пользу!
— Зачем она тебе?! Сердце её теперь тебе не нужно! Тогда что?! — взволнованно спросил Шейн. — Что тебе надо от неё, Рихард?
Я стояла, прислонившись к бортику беседки, и почти не дышала, стараясь не пропустить ни одного слова в этом странном и страшном диалоге. Я боялась понять то, что становилось таким явным и прозрачным…
— А ты не думал о том, что я её люблю?! Вот так просто! — улыбнувшись, поинтересовался у брата герцог. Человек, которому я верила. Нет, которому доверяла!
— Ты?! Любовь?! Такого слова нет в твоём словаре! Сколько раз герцог Даремский, Рихард Дахрейн, повторял мне, что любовь — это слабость! Нет, не верю!
— Что ж, значит, я слаб! — услышала я тихий голос Рихарда.
— Ты меня не обманешь! Не в этот раз! Здесь что-то другое… — взлохматив свои волосы пятернёй, Аарон Шейн в отчаянии посмотрел на Рихарда.
— Брат, да ты параноик! — рассмеялся герцог.
— Хорошо! Допустим, у тебя есть… — Шейн, повернулся и зашагал по беседке, — некие чувства к девушке, но как же… как же брак?!
— Брак?! Это дело решённое, Кьяра уже дала своё согласие.
— А она знает, о том, как ты её используешь?! О том, что она могла бы быть счастлива с кем-то, кто действительно любит её?!
— Ты на себя намекаешь?! Забудь о ней. Что касается моих тайн, пока они останутся тайнами, но со временем…кто знает.
Мысли мои метались, пытаясь совершенно запутать и без того измученную голову. Он женится на мне, потому что любит, ведь так? А иначе зачем? Я всматривалась в такое родное лицо…
А Шейн все продолжал пытку:
— И ты вот так легко расскажешь ей, что в угоду своего тщеславия и политических амбиций убил более трёхсот наивных девушек?! Или что ты поил её смертельным ядом — своей кровью, не зная, выживет она или нет, и лишь для того чтобы она… смогла когда-то родить тебе дракона?!
— Ну, ты совсем уж меня монстром сделал! Во — первых, не все девушки были наивны, да большинство вообще девушками не были! Все они были посвящены в эксперимент!
— И Кьяра?! — удивился граф, присев на диванчик и налив себе бокал чего-то явно крепкого.
— Нет, в этот раз мы с Сильваном решили держать всё втайне от… испытуемой! — Рихард поправил белоснежный манжет, выглядывающий из рукава сюртука. — А во — вторых что значит когда-то?! Ты опоздал, Шейн.
— Нет, не может быть! — Аарон повернулся и пошел к выходу из беседки, я отпрянула в сторону, боясь, что он меня увидит. Только не сейчас.
— А об этом Кьяра знает?! — услышала я его голос.
— Пока нет, но думаю, скоро…
— И ты отберёшь у неё дитя, чтобы растить его, а затем переселиться в его тело и стать драконом?! Не отрицай, я перерыл всю королевскую библиотеку и знаю, как появлялись драконы, когда мать была человеком! Убить собственного ребенка, кем надо быть?!