Чтение онлайн

Глаза Эсната расширились.

— Обычный человек?

— Обычный Северянин, обладающий даром убеждения.

Ошеломленный Эснат не сводил с меня глаз, раздумывая, к чему могло привести мое заявление.

— Но ведь тогда… — Эснат не закончил. — Это невозможно.

— Разве? Подумай. Один человек нанимает другого и предлагает ему объявить себя «Оракулом». Он отправляет наемника к разным племенам, предварительно объяснив, что говорить, и Оракул сообщает, что джихади превратит песок в траву, чтобы племенам легче было жить. Джихади отдаст племенам весь Юг.

Эснат молчал.

— Проходит время, и уже сами племена разносят слух по Пендже и по всему Югу. Так потихоньку Оракул засеивает землю, семена прорастают и в конце концов дадут плоды.

— Один человек, — прошептал Эснат.

— Его зовут Аджани, — сказал я. — Он борджуни с Севера. Говорят выдающаяся личность.

Помрачневший Эснат потер подбородок.

— Хаджиб не станет слушать, — пробормотал он. — Мы пытались с ним поговорить, но его люди нас не слушают. Они злы и могущественны, и не хотят даже думать о компромиссе, если можно решить дело войной, — Эснат тревожно посмотрел на меня. — Они хотят войны, Тигр. И им нужно, чтобы она началась и закончилась в Искандаре, подальше от их домейнов.

— В опасности будут не только домейны, — добавил я. — По Пендже и сейчас тяжело проводить караваны из-за борджуни и враждебно настроенных племен, а если племена поднимут настоящее восстание, они могут перерезать пути караванов. Этим они уничтожат домейны не врываясь в них с оружием, — я покачал головой. — Некоторые, конечно, выживут, но маленькие города, живущие торговлей, погибнут. А Саскаат? Ты кормишь людей тем, что привозят караваны, правильно?

— Конечно. Саскаат живет торговлей.

— Значит что?

— Значит что… — задумчиво повторил он. — А что делать, если остальные танзиры не захотят слушать? Мы же не можем разогнать их по домам, хотя это было бы лучшим выходом.

— Брось им вызов, — вдруг предложила Дел.

Эснат внимательно посмотрел на нее.

— Что значит «брось вызов»?

— Мы на Юге или нет? — спокойно поинтересовалась Дел. — Танзиры здесь часто решают споры танцем мечей. Для этого нанимают двух танцоров. Все решается оружием и все подчиняются танцу.

— Это Южная традиция, — поддержал я. — Она может помочь.

Эснат уставился на нее.

— Мы уже пытались убить Оракула.

— Если Оракул существует, — добавил я. — Может Аджани уже освободил его от обязанностей и отпустил. А если он уже объявил себя джихади — или собирается сделать это в ближайшее время — его наверное окружает охрана, — я покачал головой. — Сегодня мы видели чем кончил человек, поднявший руку на Оракула. Можно представить чем закончится попытка убить джихади. Вряд ли танзиры найдут еще одного желающего рискнуть.

— Но есть и другие способы. Хаджиб не успокоится.

Я покачал головой.

— Успокоится, если решение вынесет танец мечей. Он обязан будет подчиниться и оставить в покое Оракула и джихади. Если твои сторонники и сторонники Хаджиба согласятся доверить решение танцу, война закончится раньше, чем начнется.

— ЕСЛИ мы выиграем, — напомнил он.

— Риск есть всегда, — согласился я. — Если выиграет Хаджиб, мы уже не сможем повлиять на ход событий, тебе не удастся воспротивиться их планам даже если они захотят залить кровью всю Пенджу.

— Но если они проиграют, мы сможем отослать их по домам, — закончил он.

— И возможно предотвратить тысячи смертей, — добавил я.

Эснат нахмурился.

— Но племена… Кто знает, что они сделают.

— Никто не знает. Но если эта история придумана Аджани и все танзиры разойдутся по домам, Аджани лишится преимущества. Если танзиры уйдут, вряд ли Аджани сможет заставить племена пройти вместе по всему Югу, чтобы захватить все домейны. Племена быстро перессорятся. Как я понял, идея завлечь в Искандар как можно больше танзиров принадлежала Аджани. Когда танзиры вместе, их можно контролировать. Танзиры разойдутся по Пендже — и ищи их. Почти как с племенами.

Эснат напряженно изучал нас.

— Он стравливает нас.

— А мы спутаем ему планы. Мы заставим танзиров уйти. Если твоя сторона выиграет танец и все танзиры разойдутся по домам — половина битвы будет выиграна без оружия, не считая нескольких минут в круге, — я пожал плечами. — А может и вся война.

Эснат задумался.

— Если те, кто поддерживает меня, согласятся, нам придется подобрать подходящие слова, найти обращение, которое заставит других танзиров принять вызов.

— Пусть это будет формальный вызов лично Хаджибу, — предложил я. — Если он считает, что способен командовать армией, его гордость не позволит ему отказаться. Я могу продиктовать тебе принятые в таких случаях фразы. Он не сможет не принять вызов.

Эснат продолжил, легко превращая мое предложение в план.

— …потом нанять танцора меча, достойного такого танца и готового рискнуть, потому что риска не было бы только если бы мы нашли танцора, который не мог бы проиграть… — карие глаза насторожились. — Ты согласен, Песчаный Тигр?

Я ухмыльнулся. Я не из тех, кто поворачивается спиной к удаче. Особенно такой золотой как эта.

— Ты уже нанял меня танцевать, чтобы произвести впечатление на женщину и пообещал очень щедрое вознаграждение…

Эснат не потрудился выслушать меня до конца.

— В качестве платы, — объявил он, — ты получишь домейн.

— Ты можешь найти ему домейн? — изумленно выдохнула Эламайн.

Эснат улыбнулся.

— Я многое могу.

— Но… целый домейн?

Он выгнул брови цвета пыли.

— Я думаю, это достойная плата за спасение Юга.

Эламайн посмотрела на меня. Потом на Эсната.

Сабо просто ухмыльнулся.

Да озарит солнце его голову.

Позже — вернее уже очень поздно — я сидел в нашей комнате, размышляя о своем будущем, и лениво почесывал коленную чашечку. Видимо чесал я ее громко, потому что Дел перевернулась на бок и посмотрела на меня.