Создатель меча
Шрифт:
Он должен поверить, что Дел без колебаний вонзит в него клинок.
Дел танцевала безупречно, но Аббу не уступал ей.
— Ну же, баска, следи за ним… не позволяй ему приближаться…
Дел провела его через круг. Люди, стоявшие за моей спиной, отступили, опасаясь попасть под удар, но я не испугался. Я знал, что ни один из танцоров не разорвет линию.
— Вот так, баска, хорошо… — танец снова расплылся, я моргнул. — Аиды, не сейчас…
Пора Аббу Бенсиру ответить. Я уже готов был вместе с ним шагнуть вперед.
Рука Алрика легла на мое правое плечо.
— Это не твой танец, — напомнил Северянин.
Кто-то толкнул меня под левый локоть — человек подошел ко мне, двигаясь по краю внешнего круга, и вышел на клочок пространства, выделенного зрителями Алрику и мне. Я пошатнулся и чуть не упал, а кое-как устояв, провел рукой по глазам.
— Все двоится…
— Это акиви, — сказал Алрик. — Лучше бы я дал тебе воды.
Я был пьян. Перед глазами все расплывалось, шум становился то громче, то тише, от него болела голова. Мир растекался. Растекался даже Алрик.
— Стой на одном месте, — попросил я Северянина, когда он подошел ко мне слева. — Давай, баска… танцуй…
Над кругом сгустился туман. От песни стали болеть уши.
— Что происходит? — вдруг спросил Алрик.
Я посмотрел направо, подождал, пока картинка застынет.
— Может ты перестанешь подходить ко мне то слева, то справа, — попросил я.
— Что это за звук? — не слушая меня, спросил Алрик.
Я слышал только песню стали. От нее раскалывалась голова.
Дел пробила защиту Аббу и задела его локоть. Аббу отпрянул, но было уже поздно: первую кровь пролила женщина.
— Уже лучше, баска… лучше…
— Что это за звук? — упрямо повторил Алрик.
Я слышал звон стали, скрип и скрежет клинков. Что его удивляло?
— Давай, баска… расправься с ним…
— Тигр… ты только посмотри.
Я видел только танец. Двое двигались в круге: мужчина и женщина. Оба отличные танцоры, подчинившиеся ритму, известному только им, со страстью, которую никто больше не мог с ними разделить.
Давай, баска…
— Тигр!
Кричал Алрик. Я отвлекся от танца, от Дел, и осмотрелся.
Через круг от нас, за спиной Дел толпа вдруг расступилась.
К кругу шли Вашни.
Вашни. Вашни?
— Тигр, — повторил Алрик.
Танец продолжался. Звон стали наполнял воздух.
Вашни запели.
Сначала тихо, потом громче. Их завывание завораживало, оно поглотило песню мечей, гул толпы, оно заполнило весь мир.
Я потер глаза и пожаловался:
— Слишком громко…
Алрик снова стоял слева от меня. Он опустил голову и улыбнулся мне странной торжествующей улыбкой. Он улыбался мне, глядя на меня сверху вниз, хотя я всегда считал, что мы были одного роста.
— Подожди, — начал я, но мир снова стал серым.
— Тигр, Тигр…
Голос Алрика прозвучал справа.
— Вас двое, — простонал я. — Вы все время меняетесь местами…
Дел танцевала, но в круг никто уже не смотрел.
— Оракула! — закричал кто-то. — Покажите нам Оракула!
Завывание оборвалось. Вашни разделились и разошлись, образовав широкий проход.
— Оракул, — услышал я. Слово понеслось по толпе и превратилось в низкое гудение.
Я прищурился, разглядел волосы, глаза, кожу, и устало выдавил:
— Снова Алрик. Как ты ТАМ оказался?
— Что? — изумленно переспросил Алрик.
— Там, — пытался объяснить я. — Ты то там, то справа, то слева. Тебя же не трое, или я чего-то не понимаю?
Но Алрик меня не слушал.
— Северянин, — выпалил он.
Северянин? Кто Северянин?
О чем он говорит?
Дел и Аббу танцевали. Грозная песня стали пробивалась сквозь гул и крики.
Но людей не интересовал танец. Они ждали джихади.
Так много людей. Там много Алриков.
Я посмотрел направо: Алрик.
Посмотрел налево: Алрик.
Через круг: Алрик.
Аиды, должно быть у меня была песчаная болезнь.
— Акиви, — пробормотал я. — Из-за него у меня в голове все перепуталось.
Голова кружилась.
Я снова посмотрел через круг.
— Алрик, это ты? — я повернулся и посмотрел на стоявшего слева. — Или это ты? Нет, ни тот, ни другой… Тогда кто же это?
Алрик, стоявший слева, взглянул на меня пронзительными яркими голубыми глазами. Нет, это был не Алрик. Алрик улыбался по-другому, у Алрика были другие глаза, он не умел пронзать взглядом.
Эти глаза были холодными, почти ледяными. Они ждали чего-то.
— Оракул, — повторил Алрик — Алрик справа от меня — подражая остальным.
Я уставился через круг. Там стоял светловолосый, голубоглазый Северянин: Алрик не ошибся. Он был похож и на Алрика, и на Дел. Может для меня все жители Севера на одно лицо…
И я открыл рот.
— Аиды, это же Джамайл.
— Кто? — спросил откуда-то Алрик.
— Брат Дел. Но Вашни сказали, что он мертв!
— На мертвого он, по-моему, не похож. Скорее он напоминает Оракула.
Оракула? Это Оракул?
В круге, в танце, мечи визжали, звенели и скрипели.
— Подожди, — сказал я, — подожди… Я не… этого не может… Он не может быть Оракулом… У Джамайла нет языка!
Джамайл открыл рот и заговорил.
Тогда рот открылся у меня.
— Я не сплю? — тупо спросил я. — Или жеребец меня все же убил?
Алрик не ответил.
— Дел! — закричал я. — Дел!
Но Дел танцевала, а ее брат стоял у нее за спиной.
— Аиды, баска, разве ты не слышишь? Это твой брат говорит!