Чтение онлайн

Через двое корабельных суток он по-прежнему не имел решения. Но, видимо, не судьба была ему подумать об этом спокойно. Едва он сел на койку с магнитофоном Эстевена, чтобы записать события последнего дня, за перегородкой соседнего отсека раздался шум – крик, вопли нарушили тишину корабля.

Он сунул магнитофон в карман и выбежал в средний отсек, увидев, что Гроус прижал к стене Эстевена и пытается сделать так, чтобы тот лишился сознания. Гроус был лет на десять старше Эстевена, ниже ростом и легче. К тому же он, очевидно, не имел представления о тактике драки, кроме общей идеи о том, что нужно молотить противника кулаками почем попало. Но его бешенство компенсировало все недостатки, и Эстевен, зажатый между двумя койками и стеной, не мог вырваться от обезумевшего Гроуса. Было ясно, что если не остановить Гроуса, он может нанести своему противнику серьезный вред.

Джайлс отшвырнул пару коек и сгреб Гроуса за воротник.

– Стой! – рявкнул он, отбрасывая его от жертвы. Эстевен уже сползал по стене на пол.– Остынь, Гроус. Ну, ну, не пытайся ударить меня, веди себя спокойно. Эстевен, сядь на другую койку и расскажи, что случилось.

– Он, он... – всхлипывал Эстевен. На его щеках появился уже знакомый Джайлсу неестественный румянец.– Он берет все, что ему нравится. Он взял компьютер и еще книгу. Я хотел лишь вырвать из нее несколько страниц, чтобы записать туда музыку, которую сочинил...

– Всего лишь!..– завопил Гроус в бешенстве.– Несколько страниц– это всего лишь?! Целую пачку листов из книги моих предков о доказательстве теорем! Я читал ее, чтобы убить время, но это моя книга, и для меня она бесценна! Ей 225 лет! И ты посмел думать, что я позволю тебе вырвать страницы из книги, завещанной мне предками, чтобы нацарапать какую-то доморощенную мелодийку? Это ты-то собираешься сочинять музыку? Да все знают, что всю музыку теперь пишут музыкальные ящики...

– Гроус! – сказал Джайлс.

Тот замолк.

– Он думает...– начал Эстевен.

– И ты тоже,– сказал Джайлс.– Спокойно. Гроус, покажите-ка мне книгу.

Все еще глядя на Эстевена, Гроус полез в карман и вынул оттуда коричневый томик, маленький, умещающийся на ладони. Однако, открыв его, Джайлс увидел, что на страницах было достаточно пустого места вокруг чертежей.

– Это математическая книга по доказательству теорем?

– Так точно, Ваша Честь,– уже менее агрессивно сказал Гроус.– Ее купил мой дед еще до Великой Революции. Это наследство того времени, когда компьютеры занимали целые этажи.

– Ей двести лет? – спросил Джайлс.– Ты прав, что не дал ее уродовать, Гроус.

Он поморщился, взял угол одной страницы двумя пальцами и попытался оторвать бумагу.

– Она довольно прочна для такой старой книги,– сказал он.– Как...

– Ее пластифицировали,– гордо ответил Гроус.– Это сделал мой отец, и это стоило ему месячного заработка, но зато она уже сорок пять лет выглядит как новенькая.

– Пласти... что? – спросил Эстевен.

– Все правильно, Эстевен,– сказал Джайлс.– Гроус прав. А что?

– Да нет,– сказал тот, все еще глядя на книгу.– Только... если это пластик, моя ручка не будет на нем писать. Эти листы мне не годятся.

– Черт побери, что же ты не подумал об этом с самого начала, прежде чем хватать мою книгу?! – завопил Гроус.

– Да я сперва попросил тебя...

– А я тебе сказал «нет»! Неужели я должен давать объяснения, почему нельзя рвать книгу, доставшуюся мне по наследству?

– Было бы немного умнее, если бы ты попытался все же объяснить ему это,– сказал Джайлс.– Ладно, спрячь ее, чтобы никто до нее не добрался.

Он ушел в свой отсек и обнаружил, что за ним вслед вошла Мара. Она встала возле него.

– Да? – сказал он, глядя на нее.

– Можно вам кое-что сказать? – спросила она. Ее лицо было серьезным.

– Что именно?

– Если вы пойдете со мной...

В среднем отсеке играла мелодия Боссер, сопровождаемая хриплым Сайнгх, но вдруг она сменилась каким-то плачущим инструментом, а затем снова раздался крик.

Вбежав в отсек, Джайлс увидел Гроуса, который пытался вырвать магнитофон из рук Эстевена.

– Чтоб я больше не слышал ничего подобного! – кричал Гроус.– Верни Боссер и Сайнгх, так будет лучше!

– Минутку, минутку,– умолял Эстевен.– Послушай немного, это Спайни...

– Какого дьявола, Спайни,– ревел Гроус,– это Кайлайн, а я его не выношу!

– Сэр! – воззвал к Джайлсу Эстевен.– Вы разбираетесь в музыке, ведь вы получили образование. Вы ведь можете определить разницу, Ваша Честь? – дрожащими пальцами он нажал кнопку.

– Верно, это Спайни,– сказал Джайлс.– Но я не питаю большого пристрастия к музыке. Боссер и Сайнгх устраивают меня в той же степени, что и все остальное.

Он уже было повернулся, чтобы выйти, как Эстевен умоляюще поднял руку.

– Я был прав, сэр, вы разбираетесь в музыке. Знаете ли вы, кто исполняет здесь соло? Это я. Моя работа состоит в аранжировке и исполнении таких кусков. Конечно, я могу написать инструментальную вещь и извлечь прекрасный звук из синтезатора. Но в наши дни осталось совсем немного людей, которые знают и понимают свои инструменты. Я думаю, вам бы понравилось, если бы вы послушали еще... то есть, когда живой музыкант...

Музыка оборвалась – Гроус дотянулся-таки до кнопки. Полилась мелодия Боссер и Сайнгх. Эстевен пытался протестовать, но потом замолчал.

– Гроус,– сказал Джайлс. Тот обернулся.– Это магнитофон Эстевена.

Гроус молчал.

– Так же, как и книга – твоя. Если тебе не нравится, что за музыку он ставит, приди ко мне и скажи. Я не желаю, чтобы ты сам лазил к магнитофону, это ведь не твоя вещь.

– Есть, сэр,– пробормотал Гроус, глядя в пол.

– А ты,– сказал Джайлс Эстевену,– полчаса играй то, что хотят они, а полчаса – все, что тебе заблагорассудится.