Чтение онлайн

– - Ну да, видел… Какие-то пиздюки ошивались. Базарили громко. А потом после криков… утихло всё, -- сказал алкаш и обтёр губы от слюней. – А чё? Они померли шоль? Кто их так? Я-то думал просто так шароёбятся.

– - А кто тут часто бывает? Кроме тебя есть люди? Ничего странного не замечал за всё время?

– - Ну… -- нахмурился алкаш. – Бывало. На «офисе» какой-то хер мутный шароёбился постоянно. Я когда хотел оттудова металла напиздить, он мне припугнул, сказал, ещё раз сунусь – по шарабану даст. Ну, я и не ходил туды больше.

– - Думаешь, он мог убить тех «пиздюков»?

– - Не знаю… По шарабану точно мог дать.

– - А описать этого человека можешь?

Алкаш нахмурился ещё сильней и напряг извилины. Было видно, что он глубоко задумался.

– - Да мутный хер какой-то, -- подытожил он свои размышления.

– - Понятно, -- вздохнул Ярослав выпрямился. У бомжа ничего толкового выяснить не получится. Он вытащил карточку и протянул бомжу. – Ладно, дядя. Ступай с миром. Но если увидишь «мутного хера» ещё раз – срочно звони по этому номеру.

***

На том рабочая смена и закончилась.

Цеха были быстро осмотрены, территорию объехали разок для разведки, но никого не нашли. Олег покружил квадрокоптером в небе, Ярослав доложил Нойманну ситуацию. А потом Сергеич повёз бойцов в Штаб.

Это было уже повеселее, чем патрулировать по городу без дела – Олегу даже понравилось. Хорошая встряска получилась, в меру. Никто не пострадал, никого не убили. Но и некромант оказался упущен.

– - Не бери в голову, -- сказал Ярослав. – Это обычное дело. Тем более цель – жирная. Самое главное – мы ликвидировали мертвецов и эти твари не будут расхаживать по городу.

С виду Штаб представлял собой небольшое здание в одном из районов города, замаскированное под закрытый бизнес-центр, куда гражданских, разумеется, не пускали. Но самое интересное находилось под землёй. Несколько этажей на приличную глубину. Олег не спускался в нижние отсеки, но слышал о тех много загадочного. Продвинутая система блокирования, обороны и защиты превращала подземные сооружения в крепость, в которую было сложно попасть посторонним. И из которой было сложно, практически невозможно сбежать, если сработает экстренный режим «блокирования», защищавший человечество от скрываемых в подземелье угроз.

На самых глубоких уровнях Организация скрывала то, что ввергло бы рассудок обывателя в неизбывный ужас. Опасные твари, опасные вещицы, и даже некий древний астральный божок-демон из глубин Сибири. Как Олег понял, в каждом регионе был свой Отдел, свой Штаб. И что же тогда было схвачено человечеством по всей планете?

Чудовищ изучали, наука извлекала из феноменов очень много того, что, по слухам, перевернуло бы мировоззрение среднестатистического человека. Олега и бойцов, конечно, в курсе дел не держали. Огромные массивы информации Организация держала в строжайшем секрете даже от хищных государственных структур. Ибо знания эти несли гибель, кровавые войны и мировую катастрофу.

Олегу не нужно было являться гением, чтобы понять, к какому хаосу могло привести использование этих знаний в корыстных целях. Такие понятия, как астральный мир и Изнанка надёжно отпечатались в его голове, заставили усомниться в былом миропонимании. Но создавать новую картину мира, на основе новой «истины» было бесполезно. Потому что эта новая истина – неподвластна человеческому разуму. И это выбивает из под ног почву, надёжность, некую опору.

Именно по этим причинам Организация и держала человечество в незнании при помощи самых различных средств пропаганды. Была разработана сложная и продуманная «научная система миропонимания», которую и проповедовали в школах, университетах. Которую и двигали учёные умы, отстоящие от реалий достаточно сильно. Разумеется, всегда были сомневающиеся, которые опытным путём добирались до сокрытого. Но таких – капля в океане. Ведь заниматься эзотериками в приличном обществе считается делом дураков. Да и для такого необходимо независимое мышление, свободное от шаблонов, навязанных одураченным социумом; большой интеллект.

Но Олег сразу осознал – незнание здесь во благо. И пусть лучше человечество спит сладким сном, пребывая в сладких материалистических иллюзиях. Чем углубляет свой взор туда, куда не следует, притягивая свирепствующие взгляды истинных хозяев этого мира.

Ещё в горах Алтая ему показалось, что мир сбрендил. Но на самом деле мир всегда был таким.

В Штабе Олег и все остальные переоделись в гражданскую форму. Кто-то предпочитал обитать в местных казармах, а кто-то жил в городских квартирах. После смены Олег отправился домой.

Работка была гораздо интереснее, чем проектирование домов, которым Олег занимался ранее. Ему никогда не нравилась своя специальность. Занимался он своей работой нехотя, и чувствовал себя, словно каждый раз залезает в тесную бочку с дерьмом. Скука смертная.

А тут весело… спору нет, работка жёсткая. Порой жёстче, чем службы в горячих точках. Гибли там, как мухи, набирали в Организацию только опытных и отчаянных – ведь бороться приходится с чертовщиной. Нужно быть готовым ко всему. Буквально. Поэтому платили очень много. Настолько, что даже деньги было некуда девать.

По крайней мере, у Олега было туго с идеями.

Да и в Организацию он пошёл не за деньгами. А за смыслом жизни.

Домашняя тишь, четыре стены. Пустая квартира угнетала. Но уже не в той степени, как раньше. Олег привык к одиночеству. Иногда на душе выли волки, особенно по тёмным осенним вечерам. В таких случаях раньше он заливал трепыхающийся разум алкоголем, но это усугубляло все проблемы в разы.

Сейчас же Олег брал в руки железо, включал тяжёлую энергичную музыку и выкладывался так, что в конце приходила приятная лёгкость, расслабленность и притуплённость.

Сытный и вкусный ужин, доставленный курьерами из ресторанов – готовить Олег не любил; фильм или что-то умное по телевизору. И спать. Сон.

Спал Олег неважно. Кошмарные сны, полные тревоги и отчаяния донимали его до сих пор.

И пусть терапии замещения сновидений и репетиции образов показали внушительные результаты – теперь травмирующие образы не являлись по его душу – однако липкие эмоции оставались. Олегу снились обычные сны, но эти сны были полны необъяснимого тихого ужаса.