Чтение онлайн

Главная проблема заключалась в том, что багаж с многочисленными нарядами девушки, до сих пор еще не прибыл в столицу. Это было головной болью для Дениса уже второй день. Остальные трудности - финансовые и конкурентные - казались незначительной мелочью.

В письме, доставленном курьером, было сказано, что ужин неофициальный, мундиры и регалии к ношению не обязательны. Спутницы также вольны в выборе туалета. Молодой человек отличал неофициальный ужин от официального примерно так же, как папуасов северо-западного африканского побережья от их сородичей в бразильских джунглях. Поэтому и не ломал голову. Оказалось - не все так просто...

– Пойми же, наконец, - доказывала ему Юлия.
– Тебе обязательно нужен фрак.

– Почему я не могу пойти в обычном костюме?
– делал вялые попытки отбиться Денис.

– Этим ты выкажешь неуважение к хозяину, - терпеливо, как маленькому ребенку, объясняла девушка.
– Ужин объявляется неофициальным для создания домашней, раскрепощенной атмосферы. Не более того...

Ну и... фрак с ним. Надо, так надо - деваться некуда. Пришлось терпеливо сносить бесконечные обмеры, примерки, подгоны. Но, это было еще полбеды. Значительно сложнее обстояло дело с выбором вечернего наряда для самой Юлии.

Денис привычно, как он часто делал в минуты рассеянности или задумчивости, рисовал карандашом неизвестное что. За неизвестное отвечала кисть живописца - сам он в процессе творения участия не принимал. Было не до того.

Все внимание отвлекала мечущаяся по комнате девушка. Обложившись многочисленными журналами, выкройками и еще какими-то непонятными для молодого человека предметами, она вела бесконечные телефонные переговоры с портными, модельерами и прочими деятелями от кутюр.

Юлия выглядела расстроенной - у нее явно что-то не получалось. Даже недешевый подарок Дениса - элегантные бусы из черного, малазийского жемчуга, редко пересыпанного ярко-алыми рубинами - вызвал у нее оживление на несколько недолгих минут.

С периодичностью в час-полтора в комнату заходили посыльные с нескончаемыми образцами тканей, кружев и различных предметов декора женской одежды, о назначении которых можно было только догадываться.

Из раздумий его вывел расстроенный голос любимой и ласковые руки, обнявшие сзади за шею.

– Дениска, - протяжно, плачуще сказала расстроенная девушка.
– Я ничего не могу подобрать...

Он просто ничего не успел ответить, потому что радостный визг, раздавшийся через мгновение, оглушил его на оба уха. Юлька с жадным интересом лихорадочно перебирала его рисунки.

– Ты прелесть!
– наконец сообщила она ему, глядя влюбленными глазами.
– Как ты только смог такое придумать?!

Денис недоуменно пожал плечами: несколько изображенных им женских силуэтов были одеты в обычные вечерние платья его эпохи. Простые, классически строгие линии, облегающие фасоны с слегка расклешенным низом, либо полностью зауженные. И еще с какими-то волнистыми финтифлюшками вокруг ворота - названия им он просто не знал. Либо без них, но с небольшим вырезом до лопаток. Ни тебе декольте до пупка, ни открытой, до самой не хочу, спины. В общем, ничего особенного...

– Может тебе бросить свои финансы? Тебя любой модный журнал примет с распростертыми объятьями...

Молодой человек вздохнул: ля фам - и через сто лет останется ля фам. Так мало нужно для счастья...

***

По традиции домашнего ужина хозяин появлялся позже остальных гостей, давая им возможность, познакомиться друг с другом. Предполагалось, что это создаст непринужденную атмосферу. Атмосфера создаваться не желала. Виновницей данного казуса была Юлька...

В обширной приемной зале министерской резиденции находилось немалое количество приглашенных - не менее четырех десятков известных людей столицы, включая их спутниц. Только немногие прибыли без сопровождения противоположного пола. Все мужчины - здесь избранница молодого человека оказалась абсолютно права - были одеты в строгие фраки. Их спутницы не радовали разнообразием палитр, и являли собой блекло-серую полуофициозную массу. Лишь несколько молоденьких барышень выделялись на этом серо-черном фоне нежно-голубыми и беззаботно-белыми вечерними платьями.

Женские наряды того времени отличались довольно большим разнообразием: еще не ушли в прошлое корсеты, но уже становились привычными вызывающие платья с оголенной спиной и плечами. Из ветреного Парижа уже добиралась бесстыжая мода на полупрозрачные туники, предполагающие полное отсутствие лифа. Таковых, впрочем, здесь не наблюдалось...

Юлия сбросила накидку и предстала перед светской публикой в черном, обтягивающем платье, подчеркивающем каждый изгиб изящной фигуры. При каждом движении, боковой разрез, поднимающийся до середины бедра, соблазнительно открывал стройную ножку юной красавицы.

Оживленные беседы гостей потихоньку стихали: мужчины исподтишка бросали жадные взгляды, а их спутницы, наоборот, брезгливо сощурившись, отворачивали взор. Две известные столичные модницы пребывали в состоянии сродни обморочному, а редактор одного из женских журналов лихорадочно рисовал что-то в блокноте...

Девушка явно наслаждалась произведенным впечатлением, но Денис чувствовал себя неуютно под перекрестным огнем неравнодушных взглядов. Выручил подошедший хозяин...

– Здравствуйте, молодой человек, - сказал Витте, с дружелюбной улыбкой протягивая руку.
– Давно хотелось с вами познакомиться. И, давайте по-домашнему, без чинов.

– Вечер добрый, - ответил на рукопожатие Денис.
– Благодарю за столь любезное приглашение.

– Вы курите?

Министр достал серебряный портсигар и, не дожидаясь ответа, добавил:

– Предлагаю пройти на террасу, побеседуем на свежем воздухе...

Под звездным, уже ночным небом, дышалось свободней - свежий воздух после душной залы слегка кружил голову.

– Говорят, что вы собрались заработать все деньги в империи, - в шутливом тоне продолжил беседу Витте.