Чтение онлайн

— Верно. А теперь принимай все как есть и проваливай.

Рывком распахиваю дверцу машины и выскакиваю под дождь, направляясь к укрытию.

— Спокойной ночи, Гейдж! — смеется она.

Вот сучка! Она думает, что добралась до меня? Что победила?

Я показываю ей средний палец через плечо.

— Иди к черту!

Ее хихиканье — последнее, что я слышу, прежде чем захлопнуть за собой входную дверь.

Лукас

Солнце уже восходит, а я все еще не сплю.

Прошлой ночью, где-то около часа, я осознаю, что стою у себя на кухне. Мои руки лежат на стойке, я смотрю в окно, пока волна за волной дождь обрушивается на землю снаружи.

Понятия не имею, как сюда попал, и понятия не имею, что происходит после того, как я теряю сознание. Единственное, что точно известно, Гейдж возвращается.

Он всплывает на поверхность, когда женщина целует меня в шею. Это случалось и раньше, и началось еще тогда, когда я жил в приюте после освобождения из центра заключения.

Большинство семнадцатилетних парней приветствовали бы женское прикосновение. Сексуальные эксперименты должны были быть на первом месте в моем списке дел. Но не было ни одной женщины, чье прикосновение я мог бы вынести. Не было той, которой я мог бы доверять. Которая не издевалась надо мной и не бросила меня на съедение системе заживо. Никому из них не было до меня дела… до Шайен.

Используя одну из моих стамесок с тонким наконечником, наношу последние штрихи на каминную полку. Я сказал мистеру Дженнингсу, что закончу ее к концу недели; технически, сегодня воскресенье, так что я опаздываю, но появление Гейджа в последнее время отбрасывает меня назад.

Боже, что он делал прошлой ночью?

Возможно, у меня больше нет работы, или он разоблачает нас в баре, и теперь весь город будет преследовать меня с факелами и вилами. Но что-то внутри, какое-то глубоко укоренившееся знание говорит мне, что со мной все в порядке, чего я никогда не чувствовал после потери сознания в прошлом.

Почти в десять утра я, наконец, доволен своим произведением. Быстро принимаю душ, отказываюсь от бритья — хотя щетина делает мой шрам под челюстью более заметным — и надеваю джинсы, белую футболку и рабочие ботинки.

Уверен, что после всей вчерашней суматохи, вызванной вандализмом в доме Маккинстри, мистер Дженнингс уже находится в своем офисе, разбираясь со страховыми компаниями и полицейскими отчетами.

Обычно десятиминутная поездка занимает в два раза больше времени. С большой каминной полкой в кузове моего грузовика я езжу намного медленнее, чтобы не буксовать на неровных грунтовых дорогах. Когда подъезжаю к небольшому офису, не вижу машины мистера Дженнингса, но замечаю машину Шайен.

Мой пульс учащается троекратно. Она, вероятно, знает, что Гейдж делал прошлой ночью, и даже с этим обретенным спокойствием, что мой секрет не раскрыт, я не узнаю наверняка, пока не поговорю с ней. Поэтому выпрыгиваю из грузовика и поднимаюсь по ступенькам.

Делаю глубокий вдох и направляюсь внутрь, собираясь с духом, прежде чем взглянуть на Шайен.

Мой живот трепещет, доказывая, что эта подготовка бессмысленна.

Она прижимает к уху сотовый телефон и показывает мне один палец.

Сопротивляюсь желанию слишком долго смотреть на ее шелковистые волосы и полные губы и вместо этого опускаюсь в кресло напротив нее.

— Я слышала, что ты сказал, но мне не нужна твоя помощь. — Похоже, она расстроена. Раздражена. — Просто потому, что ты не видишь смысла в Орегоне, не значит, что это не разумный карьерный шаг. — Она выдыхает, и ее стул скрипит. — Конечно, я исследовала это. Думаешь, что я просто з-закрыла глаза, ткнула пальцем и подумала: — О, эй, я перееду в Орегон!

Она переезжает? В Орегон?

Это возбужденное трепетание в моем животе превращается в твердую тяжесть, сокрушающую меня разочарованием.

— Тревор, пожалуйста, избавь меня от лекции о… Да, я знаю. Прекрасно. Поговорю с тобой позже. — Она не дожидается, пока тот, кто на другом конце провода, хотя бы попрощается, прежде чем швыряет телефон через стол.

Тревор? Бывший коллега Тревор?

— Привет, Лукас. — Ее глаза сияют, улыбка задорная, и все намеки на раздражение стерты начисто. Я немного расслабляюсь. — Как ты себя чувствуешь сегодня утром?

— О, эм… — я провожу быструю инвентаризацию. — Устал, немного болит голова. В остальном в порядке.

— Хорошо. — Она наклоняется вперед, ее предплечья опираются на стол, отчего каскад волос цвета эбенового дерева спадает ей на грудь. — Помнишь что-нибудь?

— Нет. Но ты все еще разговариваешь со мной, так что предполагаю, что все было в порядке? — я хмурюсь и качаю головой. — Я… я не знаю, вроде как надеялся, что ты сможешь ввести меня в курс дела?

Когда я очнулся, от моей толстовки исходил мускусный аромат духов. Надеюсь, что Гейдж не воспользовался женщиной, когда рядом была Шайен. Надеюсь, он будет уважать мои чувства к ней достаточно, чтобы держать себя под контролем.

— Вы с Коди ходили в «Пистолс Питс».

Это я помню.

— Сэм, девушка, с которой Гейдж пересекался раньше…

Я киваю.

— Она вернулась за добавкой. И становилась довольно напористой. Я сказала ей, чтобы она отвалила. Но она не…

Все звучит знакомо.

— Поэтому Гейдж вмешался, чтобы помочь. — Она неуверенно улыбается.

— Я… кто-нибудь пострадал?

— Нет. Если только ты не имеешь в виду эго. В таком случае — да.

Мой подбородок опускается на грудь.

— Кто…

— Не волнуйся, Лукас. Самое главное сейчас — это то, что ты в безопасности, Гейдж в безопасности, и я по-прежнему единственная, кто знает о твоей тайне.

— А мы?

— Да, у нас все хорошо.

Я выдыхаю долго и тяжело, облегчение успокаивает мое сердцебиение и напряженные мышцы.

— Спасибо. Значит, ты все еще общаешься со своим бывшим коллегой? — я втягиваю воздух от собственного обвиняющего тона.

Она со вздохом откидывается назад.

— Тревор был… — она стонет и трет лоб. — Как я могу объяснить, чтобы это не прозвучало плохо?