Чтение онлайн

И все же Ялта — это прощание союзников.

Они обсудили все, что считали нужным. Так, было заявлено, что их цель — «уничтожение германского милитаризма и нацизма и создание гарантий в том, что Германия никогда больше не будет в состоянии нарушать мир всего мира». Было решено разоружить и распустить все германские вооруженные силы, уничтожить Германский генеральный штаб, ликвидировать или взять под контроль военную промышленность. Военные преступники должны были предстать перед судом. Германию ждала длительная оккупация, Берлин разделялся на оккупационные зоны.

Правда, что касается разделения Германии, то у Сталина были иные соображения: он не хотел этого. Вскоре вождь решил, что советским интересам больше отвечает существование немецкого государства, подобного Веймарской республике. «В марте 1945 года Ф. Гусев получил указания де-факто снять вопрос о расчленении Германии с повестки дня, Сталин пришел к решению, что советским интересам, не без учета известных Москве планов США на послевоенный период, больше отвечало бы существование единого, демократического немецкого государства с социально-экономическим строем типа Веймарской республики. В архиве МИДа СССР хранились материалы о встрече Сталина с членами комиссии Литвинова, где это было соответственно отражено» 505.

Сталин предложил общую сумму репараций в 20 миллиардов долларов, половину ее должен был получить Советский Союз. Он назвал ущерб от немецкого нашествия, причиненный СССР, в 679 миллиардов рублей, или 128 миллиардов долларов. Американцы согласились с суммой репараций, но англичане возразили.

У Сталина в Ялте было значительное преимущество: примирительная позиция Рузвельта и отсутствие у американского руководства ясного плана действий в Восточной Европе.

Дискуссия о будущем Польши показала это. В конце концов, союзники после консультаций с польскими политическими деятелями согласились на «линию Керзона», приращение польских территорий за счет германских, а также на то, чтобы действующее в Польше Временное правительство («люблинцы») было «реорганизовано на более широкой демократической базе с включением демократических деятелей из самой Польши и поляков из-за границы».

Здесь уместно сказать, что вскоре разногласия из-за Польши обострились. На освобожденной польской территории происходили столкновения, стало действовать подполье Армии Крайовой (АК), начался террор. Допустить разворачивание в Польше гражданской войны Сталин не мог. Это перечеркнуло бы его планы и позволило англичанам активно вмешаться в организацию новой польской власти. Поэтому в конце марта в Москву на переговоры были приглашены руководители АК во главе с бригадным генералом Леопольдом Окулицким и там арестованы.

Конечно, спецоперацию советской разведки с обещанными Окулицкому гарантиями безопасности и последующим арестом не назовешь джентльменской. Но и убийства из-за угла советских солдат и офицеров в Польше тоже не отнесешь к честным методам ведения войны. В общем, как говорили американские политики, Окулицкий «убыл в Канаду».

И только во второй половине июня 1945 года, уже после смерти Рузвельта и накануне Потсдамской конференции, был согласован состав коалиционного правительства Польши. От «лондонцев» в него вошли трое во главе с С. Миколайчиком, который получил пост первого вице-премьера, от «внутренней оппозиции» — двое. После этого правительство Польши признали в Вашингтоне и Лондоне.

Но вернемся в Ялту, где три пожилых человека, младшему из которых, Рузвельту, было 63 года, пытались выстроить фундамент послевоенного мироустройства.

Сталину не удалось изменить договор Монтре об условиях прохода судов через проливы, но в целом он мог быть доволен. Советский Союз сохранял довоенные границы, становился мощным европейским игроком, добился вхождения в ООН двух своих республик, Украины и Белоруссии, а еще — права вето в Совете Безопасности ООН, что позволяло блокировать любое неугодное решение.

И еще одно согласование с Рузвельтом обеспечивало Сталину возвращение СССР тех позиций на Дальнем Востоке, какие имела Россия в 1904 году. Это — передача в аренду военно-морской базы в Порт-Артуре, восстановление прав на КВЖД и ЮМЖД, возвращение Южного Сахалина и Курильских островов.

Сталин подтвердил обязательство через два-три месяца после победы над Германией начать войну с Японией.

Атмосфера конференции оставалась дружественной. В заключенных секретных протоколах спецслужбам союзников поручалось оказывать содействие зарубежным партнерам в поиске и выдаче нацистских преступников. СССР согласовал выдачу всего командного состава армии Власова.

Кроме того, Черчилль и Сталин дали друг другу очень высокие оценки, хотя не прекращали борьбу на политическом поле.

Но вот закончилась конференция, и пожилые джентльмены разъехались для продолжения нелегкой службы своим государствам.

Их ждали триумф, бессмертная слава и неразрешимые противоречия мирного времени. В Ялте остались только дух XIX века и память о его выразителе, писателе Антоне Чехове, который когда-то здесь жил.

После Ялты историческое время убыстряется. События нахлестываются одно на другое. Немецкие войска отступают, Красная армия несется неудержимо. Она овладела Померанией и Будапештом. В Румынии, Югославии, Чехословакии теперь новые правительства. 5 апреля СССР денонсировал советско-японский договор о нейтралитете.

В это время Г. Гиммлер инициировал ряд контактов с представителями США и возможными посредниками. О некоторых контактах Москве стало известно, о других — нет. Но это мало что меняет.

Сепаратные переговоры достигли своего пика 25 апреля, через две недели после кончины Рузвельта (12 апреля).

Двадцать третьего апреля Гиммлер заявил руководителю шведского Красного Креста графу Бернадоту: «Мы, немцы, должны объявить, что считаем себя побежденными западными державами, и я прошу Вас сообщить это при посредстве шведского правительства генералу Эйзенхауэру, чтобы прекратить дальнейшее кровопролитие. Капитулировать, однако, перед русскими для нас, немцев, невозможно, в особенности для меня. Против них мы будем бороться дальше, пока фронт западных держав не заменит немецкий фронт» 506.