Чтение онлайн

— А все-таки?

— Сборник детективов. Среди них — два американских.

То, что надо. В каждой связке по двадцать книг. Пять связок. С каждой книги чистой прибыли пять (пусть так!) рубликов. Итого 5x20x5. Пятьсот рублей. Из них половину дяденьке Николай Степанычу. Ну что ж, двести пятьдесят рублей для Светика не пустячок. На дороге не валяются. Тем более это только начало.

А вокруг теплый-теплый вечер.

Когда они возвращаются, уже темно. Бабрыка что-то нервничает. Дергает машину. На заднем сиденье бултыхаются связки книг.

После перекрестка они попадают в небольшой затор машин, поворачивающих налево. И черепашьим ходом ползут по направлению к старому четырехэтажному дому. На этот дом Светик сейчас и смотрит. Светик и в прежние дни на него поглядывала. Там живет этот книжник с загипсованной клешней. Каратыгин.

— Прижмись, — говорит Светик Бабрыке.

— А?

— Да не ко мне — очень ты мне нужен!.. К дому прижмись.

— К этому?

— Ага.

Штука в том, что Светик вдруг увидела его в окне — первый этаж, шторки почти раздернуты. Каратыгин шастает взад-вперед и почесывает грудь загипсованной рукой. Ну и видок.

— Долго будем стоять? — спрашивает Бабрыка, как заправский таксист.

— Тсс.

Светик видит, что Каратыгин переместился в соседнее окно, — ага, потопал на кухню. Зажег газ. Поставил чайник. Кухня коммунальная, очень смахивает на кухни родного Челябинска.

— Жди здесь, — говорит Светик Бабрыке. Она берет одну из книг с заднего сиденья. Просто так. Для видимости. К тому же детективы — это детективы, по ним очень даже умные люди, бывает, сохнут.

Квартиру Светик находит мигом. Мать честная — коммунальная дыра, затхлость и десяток кошек. Каратыгин проживает в угловой. Тук-тук-тук.

— Здрасьте, — говорит Светик.

Каратыгин кивнул. Наливает себе чай. Ноль внимания. Светик оглядывает его комнату — ну и сарай. Даже жутковато. Комната вообще-то большая. Но вся середина и угол заняты книгами. В середине просто-напросто гора — почти до потолка.

И конечно, никакой обстановки. Рухлядь. Даже холодильника нет. Ну и ну.

— Чего вам? — спрашивает он. Не очень-то вежливо спрашивает.

Светик сделала наивное лицо — одно из своих любимых, из сильнодействующих. Я, дескать, девочка простая. Меня, дескать, и обидеть нетрудно, и обхамить. Я, дескать, как травка в поле…

— Вот, — говорит Светик. — Книга такая. Не нужна ли вам?

Глядит.

— Не нужна.

— Почему?

— Это не для меня.

Светик тихонечко говорит:

— Но это же детективы.

— Плевать я хотел.

А Светик по-прежнему глядит Аленушкой. Стоит и стоит. Не уходит. Утоли мои печали.

— Я знаю, — говорит она. — Вам «Книга печалей и радостей» нужна. Схимника Езерского. Семнадцатый век.

— Откуда ты знаешь?

— Знаю. Я вас на книжном рынке часто вижу.

— A-а. Теперь я вспомнил эти глазки.

— Ага. На рынке.

— Помню, помню… Спекулянтка, да?

— Что вы!

— Извини.

— Книжница… Я тоже ищу… Можно мне ваши книги посмотреть?

И Светик подходит к горе книг. Это старые книги.

Старинные. И Светик сама не знает, почему, вдруг дрогнули руки — и внутри что-то тихо отозвалось. Правда, первая же, которую Светик открыла, оказалась с совсем неожиданным названием. «Описание и необходимый уход за Владимирскими кладбищами». Бррр. С ума сойти. Каратыгин, конечно же, слегка чокнутый. Это ясно как ясный день. Даже чаю не предложил.

— Да, — говорит Светик, не скрывая восторга, — вот это книги!

И тут в дверь стучат. «Ну, — думает Светик, — Бабрыка. Приперся все-таки. Сейчас он получит».

Но нет — голос женский. Светик еще от Оли знала, что Каратыжка не женат. Но все-таки оробела. Мало ли кто к нему ходит. Бывает, и не жена, а ведет себя за двух жен сразу.

Светик притихает за книжной горой. На всякий случай. Ее от двери не видно, ну а если увидят — стоит и листает книжку, вот и все.

Входят мужчина и женщина. Уже легче.

— Здравствуй, — говорит женщина.

А Каратыгин пьет себе чай.

— Н-да-а… — Вошедший мужчина оглядывает комнату. — Здесь без перемен!

А Каратыгин пьет чай.

— Ну и картинка! — повторяет мужчина. — Как ты дышишь в этой пыли?

Каратыгин наконец «замечает» их.

— Бывшая женушка пожаловала, — говорит он. — В гости, что ли?

— Разве нельзя? — игриво говорит та.

Они — все трое — заводят долгий разговор. О каких-то вещах. Не поделили, что ли?.. Но разговор вполне мирный. Будущий муж (тот, что пришел) улыбается бывшему (Каратыгину). А женщина стоит меж ними. И улыбается обоим.

Наконец неожиданные гости уходят.

— До свидания, Алеша, — говорит бывшая жена.

— До свидания.

Светик вылезает из-за горы книг. Каратыгин смотрит на нее и удивляется. Забыл про Светика.

— Извините, — пискнула Светик. И идет к выходу.

— A-а, это ты.

— Я… я там задержалась.

— По-моему, ты там вздремнула.

Светик молчит. Она бы, конечно, не прочь выпить с ним чаю и поболтать. Но он не догадывается. Не приглашает. А развязно сесть за стол Светику не хочется — хотя она отлично умеет это проделывать. Но сейчас не хочется.

— Извините, — еще раз пискнула она.

И удаляется.

На улице Светик нагоняет эту парочку.

— Неужели не мог показаться чуточку поинтереснее? — выговаривает женщина своему будущему мужу.

— А что?

— Глупости говорил — вот что! Про загипсованную руку зачем-то разговор завел. Неужели больше не о чем? Не понимаю, как это он не постучал гипсом тебе по башке.

Будущий муж вздыхает. И начинает оправдываться:

— Ты мне так его расписывала, будто он дурачок.