Степь
Шрифт:
— Порты, Енотище, и море. Я хотела бы их увидеть. Иди отсюда, уходи.
Он не стал говорить чего-то в ответ. Не успел.
Чем их накрыли, так и осталось непонятным. Грохнуло чуть в стороне, но волна швырнула Енота метра на два в сторону. Кувалда, так и не опустивший Мусорщика на землю, шлепнулся рядом. Мерлин, засыпанный обломками досок, начал шевелиться.
Енот сел. Голова гудела, в глазах вертелось и кружилось пестрой каруселью. Что-то кричала Семерка, которую он не видел. Звуки доходили как через толстую подушку, он не мог разобрать ни слова. Там, позади, высокие черные фигуры неслись к ним, совершенно не осторожничая. Чистильщик попытался встать, хотя бы на одно колено, потянул к себе за ремень автомат. Пальцы не хотели слушаться, еле-еле вцепившись в него.
Толстяк пошевелился, заревев медведем, начал вставать, сбрасывая с себя светлую кучу пыли и битых кирпичей. Пальцы Енота наконец-то решились стать самими собой и взяться за дело. Вместе с чувствительностью пришла боль в левой части лица, и горячие капли крови, стекшей уже за ворот куртки.
Визг турбины вгрызся в уши винтом. Остаток стены разлетелся в стороны, пропуская нос «жнеца». Пилоны башни уже развернулись в сторону биосолдат. После того, как пушки открыли огонь, Енот радостно и довольно провалился в темноту безвременья. Он остался живым.
Эпилог
— Когда стало известно о том, что воздухозаборники были отключены? — Генерал проехался по комнате совещаний.
— Три часа назад. — Профессор кашлянул. На лбу выступил пот, его ощутимо лихорадило. — Случайно.
— Интересная ситуация… — кресло Генерала, мягко жужжа сервоприводами, остановилось в углу, рядом с большим окном. Бронеплита, закрывающая его, с шипением поднялась. — То есть, получается…
Мысль он не закончил, надобности не было. Профессор понял его и так.
— Да, инфицирование произошло. Первый фактический результат получен час назад. Предварительно могу сказать о ста процентах заражения всего личного состава Базы.
— Хреновые дела… — Генерал побарабанил пальцами по металлу подлокотника. — Ты так ужасно выглядишь из-за этого?
— Не совсем. Сыворотку, хотя бы немного сдерживающую составляющую реагента надо испытать.
— Ну да, а испытываем на себе, конечно? Имевшийся в наличии материал, заготовленный Доцентом, уничтожен?
— Полностью. Про датчики слежения «крот» был извещен. А вот про дублирующие — нет. Сейчас пытаемся распознать ДНК.
— Сообщение от Капитана пришло тоже час назад. Этот «крот» смог им дистанционно связь повредить?
— Помехи искусственного характера, глушили все передачи. Он пробился только с ключом Морзе, но было поздно. Сейчас отряды его и Каймана движутся сюда.
— Что нам угрожает, ты можешь сказать? Особенно если я прикажу пропустить все группы, направляющиеся на Базу, внутрь?
— Хуже не будет. Если не сможем воссоздать формулу деактиватора распыленного реагента, погибнем все. Разве что смерть наша будет ужасна и страшна, так как сам понимаешь — сколько высших мутантов есть среди наших бойцов. Не говоря про то, кем является каждый из нас. Не впускать — станет хуже гражданским. Да и всем остальным.
— Совет собирать не стоит, так? — Генерал прокатился взад-вперед. — Координаторов от Альянса заперли поодиночке, по моему приказу час назад.
— Да. — Профессор почесал поблескивающий мелкими капельками пота лоб. — Раньше надо бы… а мы все боялись. Не хочу подозревать никого из Совета, но ведь, сам понимаешь…
Генерал помолчал. Все самое страшное уже произошло, ничего не воротишь назад. Ошибка, сделанная много лет назад, догнала его самого и всех, кого он вырастил на Базе. Время расплачиваться за слабость и безволие пришло само, грубо постучав в дверь.
— Сколько нам осталось?
Проф потер нос, чихнул в платок.
— Полагаю, что первые оформившиеся заболевшие проявятся уже завтра к вечеру. Ориентировочные признаки и симптомы мы можем вычислить заранее, материал имеется.
— И под замок? Или, как ты считаешь, может что хуже?
— Пока есть возможность пытаться что-то сделать никакого разговора об уничтожении живых образцов даже и не ведется.
— Значит, на стол в лаборатории и препарировать?
— Да! — Профессор стукнул кулаком по столу. — На стол, препарировать, резать и брать пункции с анализом крови, биопсией и всем прочим. Надо будет — меня на куски раздербанят, нарежут ровными пластинками и под микроскоп. Надо будет, так я и тебя лично сам буду резать!
— Так я тебе и дался… — Генерал ухмыльнулся. — Готовьте боксы под технику и казармы для ребят Капитана с Кайманом. Они явно устали. И готовь у себя лаборатории и все остальное. Попробуем снова побороться за мир.
— Знаешь, что самое плохое? — Проф кашлянул. — Даже если мы сможем воссоздать формулу и сделать необходимое количество вещества, то потом выжившим придется возвращаться в этот Иркуем, и уничтожать реактор, который тем временем наверняка увезут куда-то.
— На войне как на войне. — Генерал усмехнулся еще раз. — Мы же чистильщики, брат. Сходим в Ад и вернемся, как каждый из нас уже делал, забыл?
Д. Манасыпов.