Чтение онлайн

Дико и сумрачно конь Его ржет,

С дрожью таинственной клич узнает,

Рвется, трепещет, встает на дыбы,

Ждет не дождется разгула борьбы...

Глухо ответствуя, льется в простор

Пение труб, повторяющих сбор...

Искрится, зыблется лунная мгла,

Дрогнула полночь, вся ночь ожила...

В снежной пустыне, средь лунных огней,

Белые всадники гонят коней...

Слышится с запада посвист лихой...

Близится с севера топот глухой...

Мчатся-сдвигаются с пеньем рогов,

В скорбном побоище вихри врагов...

Снежным туманом дымятся поля...

Белым пожаром объята земля!

Только темнеет луна в небесах,

Только взрывает серебряный прах,

Грозно сойдясь — лезвием к лезвию —

Белая Конница в белом бою...

Проходит жизнь в томлении и страхе...

Безмерен путь...

И каждый миг, как шаг к угрюмой плахе,

Сжимает грудь...

Чем ярче день, тем сумрачнее смута

И глуше час...

И, как в былом, солжет, солжет минута

Не раз, не раз!

Мой дом, мой кров — безлюдная безбрежность

Земных полей,

Где с детским плачем сетует мятежность

Души моей,—

Где в лунный час, как ворон на кургане,

Чернею я,

И жду, прозревший в жизненном обмане,

Небытия!

Склонись с тоскою всякое чело —:

Пасется Мир в равнине Ватерло!

Где до небес рычал сраженный лев,

Стоят теперь корыто, ясли, хлев,

Шумит трава, и, в час иных забот,

Проходит плуг, и бродит мелкий скот...

Где грозно смерть гнала свою метель,

Теперь пастух поет в свою свирель...

Что в гордом сне замыслил Человек,

Смела гроза, суровый меч рассек!

Что ж, сердце, с болью мечешься в груди!

Тужи, но знай — Пустыня впереди...

Умолкнет в мире всякая молва...

На все прольет свой скорбный шум трава,

Склонив к покою каждое крыло —

Как этот мир в равнине Ватерло!

С. А. Полякову

Своенравным Зодчим сложен

Дом, в котором я живу,

Где мой краткий сон тревожен,

Где томлюсь я наяву...

Много в нем палат огромных,

Нищ пустынных и зеркал,

В чьих углах, в чьих безднах темных

Отблеск солнца не сверкал.

Много в нем — средь мрачных келий,—

Масок, каменных зверей,

Лестниц, мшистых подземелий,

Ложных окон и дверей...

Скорбен в доме день короткий...

Скорбно месяц, зыбля мглу,

Черный крест моей решетки

Чертит в полночь на полу...

Низки сумрачные своды

Над твердыней серых стен —

В замке, где и дни и годы

Я влачу свой долгий плен...

Аминь! Аминь! Закончен круг дневной,

Наш малый круг...

Почил и звон и гул борьбы земной,

И серп и плуг...

Скудеет в небе светлая лазурь,

Прошла волна!

Лишь в темном сердце отзвук дальних бурь

Не знает сна...

Далекий вихрь увел свой пестрый шум,

И блеск и цвет,

Оставив нам печаль бессильных дум

И звездный свет...

Раскрылась ночь с безмолвием своим,

В ее тени,

Толпа детей, без крова мы стоим,

Одни, одни!

Рабы одной галеры в блеске дня,

Уходим мы,

С отдельной болью жребий свой кляня,

В отдельность тьмы...

Как дымный вечер, скорбен я...

Как шорох ночи — речь моя!

Бессильный трепет грез во мне,

Что лунный блеск в морской волне...

Порядок вещих дум моих,

Что звездный свет, печально-тих...

Моих часов докучный бег —

Как в час затишья плавный снег...

Глухая боль в груди моей,

Как стужа северных полей...

В моем пути noer метель...

Моя душа — ее свирель!

Час полночный... Миг неясный...

Звездный сумрак... — Тишина...

Слабых крыльев взмах напрасный,

Мысль — как колос без зерна!

Весь свой век, как раб угрюмый

В опустелом руднике,

Пролагаю ходы, трюмы

С тяжким молотом в руке...

Много в мире нас стучало,

Вскинув горестный топор,—

Мы не знаем, где начало

В лабиринте наших нор...

Все-то знанье — что от века

Миллионы слабых рук,

Точно сердце человека,

Повторяли тот же стук...

Весь удел в тюрьме гранитной,

В сером храме древних скал: —

Чтобы молот стенобитный

Одиноко упадал...

Дни идут — пройдут их сотни —

Подземелью края нет...

Только смерть — наш День Субботний,

Бледность искры — весь наш свет!

Памяти М.А. Морозова

Венчальный час! Лучистая Зима

Хрустальные раскрыла терема...