Чтение онлайн

Старуха вскинула руку, привлекая внимание парнишки. Он подбежал и выжидательно уставился на нее, мимоходом бросив взгляд на мои волосы.

Она сделала несколько жестов, обращаясь к мальчику, но я понял только тихо.

— Скажи тем, кто внутри, что я взяла этого человека прогуляться, чтобы он не стоял один на ветру. Скоро я его верну.

Она ткнула пальцем в мой футляр с лютней, в дорожную сумку и в меч у меня на боку.

— Отдай их мальчику, он отнесет их внутрь.

И, не дожидаясь моего ответа, потащила сумку у меня с плеча. Я не сумел придумать, как аккуратно отвязаться от нее, не показавшись чудовищно неучтивым. Все культуры разные, но одно верно для любой из них: нет лучшего способа оскорбить местных, чем отказаться от предложенного гостеприимства.

Парнишка утащил мои пожитки, а старуха взяла меня за руку и повела прочь. Я не без удовольствия повиновался ей. Мы шли молча, пока перед нами внезапно не открылась глубокая долина. Долина была зеленая, по дну бежал поток, а склоны защищали ее от непрерывно дующего ветра.

— Что ты скажешь на это? — спросила она, указывая на скрытую долину.

— Она похожа на Адемре.

Старуха ласково похлопала меня по руке.

— Ты обладаешь даром говорить, не говоря. Среди таких, как ты, это редкость.

Она принялась спускаться в долину, опираясь на мою руку и осторожно ступая по узкой каменистой тропе, вьющейся вниз по склону. Неподалеку я заметил юношу с отарой овец. Он помахал нам, но не окликнул.

Мы спустились на дно долины, где катился по камням белопенный поток. Поток образовывал прозрачные заводи, и в воде мелькали рыбки.

— Ты назовешь это прекрасным? — спросила она, когда мы вдоволь налюбовались пейзажем.

— Да.

— Почему?

Неуверенность.

— Наверно, потому, что все движется…

— А камни не двигались вовсе, однако ты и их назвал красивыми.

Вопрос.

— Камню от природы не свойственно двигаться. Быть может, красота в том, чтобы двигаться соответственно своей природе.

Она кивнула, как если бы ответ ей понравился. Мы продолжали смотреть на воду.

— Ты слышал о латанте? — спросила она.

— Нет, — сожаление. — Но, может быть, я просто не знаю этого слова.

Она повернулась, и мы пошли по дну долины, пока не вышли в более просторное место, которое имело ухоженный вид, как в саду. В центре возвышалось дерево, подобных которому я прежде не встречал.

Мы остановились на краю лужайки.

— Это меч-дерево, — сказала она и сделала незнакомый жест: коснулась щеки тыльной стороной кисти. — Латанта. Скажи, прекрасно ли оно?

Я мельком взглянул на нее. Любопытство.

— Я предпочел бы взглянуть на него поближе.

— Это не дозволено.

Подчеркнуто.

Я кивнул и принялся вглядываться в дерево, насколько мог на таком расстоянии. У него были высокие раскидистые сучья, как у дуба, но листья были широкие, плоские и на ветру описывали странные круги.

— Да, — ответил я некоторое время спустя.

— Почему тебе потребовалось так много времени, чтобы это решить?

— Я обдумывал причину, отчего оно прекрасно, — признался я.

— И?

— Я мог бы сказать, что оно одновременно двигается и не движется согласно своей природе и это делает его прекрасным. Но я думаю, что дело не в этом.

— А в чем?

Я долго смотрел на дерево.

— Не знаю. А как по-твоему, в чем причина?

— Оно просто есть, — сказала она. — Этого довольно.

Я кивнул, чувствуя себя довольно глупо из-за своих тщательно продуманных ответов.

— Тебе известно о кетане? — вдруг спросила она.

Я уже отчасти имел представление, как это важно для адемов. Поэтому я замялся, не желая отвечать прямо. Однако и лгать мне тоже не хотелось.

— Может быть.

Извинение.

Она кивнула.

— Ты осторожен.

— Да. Ты Шехин?

Шехин кивнула.

— Когда ты заподозрил, что я — это я?

— Когда ты спросила про кетан, — ответил я. — А когда ты заподозрила, что мне известно больше, чем следует знать варвару?

— Когда увидела, как ты ставишь ноги.

Снова пауза.

— Шехин, а почему ты не ходишь в красном, как остальные наемники?

Она сделала пару незнакомых жестов.

— Твой наставник не сказал тебе, почему они ходят в красном?

— Мне не пришло в голову спросить, — сказал я, не желая давать понять, будто Темпи пренебрег моим обучением.

— Тогда я спрашиваю у тебя.

Я немного поразмыслил.

— Чтобы враги не увидели их крови?

Одобрение.

— А почему тогда я хожу в белом?

От единственного ответа, который пришел мне в голову, сделалось не по себе.

— Потому что ты не проливаешь крови?

Она слегка кивнула.

— И еще потому, что, если враг прольет мою кровь, вид моей крови будет его законной наградой.

Меня охватила тревога, но я изо всех сил старался продемонстрировать подобающую адемскую сдержанность. После приличествующей случаю вежливой паузы я спросил: