Чтение онлайн

Размахнувшись, он от души стегнул коня по мускулистому крупу. Злобно всхрапывая, извергая пламя, конь поскакал прочь, и долго еще дымились отпечатки его копыт.

Мистер Линден откашлялся и поправил галстук, посмотрел в сторону племянницы, пригладил растрепавшиеся волосы, которые в спешке забыл напомадить, снова взглянул на Агнесс и наконец ее увидел.

Его лицо, на котором даже во время борьбы не проступил румянец, вдруг исказила такая тревога, что Агнесс невольно оглянулась – не притаилось ли позади нее еще какое-то чудище? Вроде бы никого. Но в следующий миг мистер Линден отбросил кнут и бегом бросился к ней.

– Агнесс? Как ты себя чувствуешь? Ты очень напугана?

Он крепко стиснул ее руку, словно прощупывая пульс, и девушка помотала головой. Если что-то и напугало ее, то уж точно не призрак. Но не все ли равно? Магия смешалась с воздухом, просочилась в землю, оседая на древесных корнях, поднялась в небо и сверкала среди звезд, но самое главное, что Агнесс уже не чувствовала ее пугающую мощь.

Над ней склонился человек.

– Моему легкомыслию нет прощения, – попросил он, – но если найдешь в себе силы, постарайся меня простить. Если не сейчас, то когда-нибудь.

– Но, сэр, я на вас вовсе не сержусь.

– Этот дух был безопасен, Агнесс, совершенно безопасен! Сейчас он слишком слаб, да и в обычном своем состоянии скорее досаждает, чем причиняет зло. Но откуда тебе было это знать? Ты могла испугаться, у тебя мог случиться нервический припадок!

Агнесс постаралась изобразить хладнокровие, но, видимо, перестаралась, поджимая губы, потому что мистер Линден взволновался еще сильнее.

– Олух несчастный, о чем же я только думал?

– Дядюшка…

Она пододвинулась, освобождая ему место, и он присел на неровный камень.

– Пагубная зависимость – вот что это такое. Раз попробовав, уже невозможно остановиться. Так горький пропойца тянется к рюмке джина, так курильщик опиума мечтает о трубке с длинным тонким чубуком! Ломать свою жизнь – его законное право, для того Господь и дал ему свободную волю… Но рисковать благополучием своих близких…

Его голос дрогнул.

– Мистер Линден, я вас не осуждаю, – торопливо заговорила девушка. – Кроме того, откуда вам было знать, что я его увижу?

Как же она обрадовалась, когда его печаль сменилась столь же внезапным удивлением! Мистер Линден едва не вскочил.

– Все верно! Откуда мне было знать! Позволь мне попристальнее рассмотреть тебя, Агнесс.

Смеясь, она отодвинула локоны, обрамлявшие ее щеки.

– Только если вы пообещаете не щупать мою голову в поисках шишек почитания и осторожности. Боюсь, что мой череп разочарует вас, сэр. Он совсем гладкий.

– За исключением шишки упрямства, она у тебя развита необычайно, – проворчал мистер Линден, рассматривая ее так и эдак. – Неужели ты… нет! Я бы сразу почувствовал. Но в чем же тогда дело? Погоди, позволь мне самому догадаться. Ты не седьмая, а первая дочь своих родителей. Твой отец не скончался до твоего рождения, так что посмертным ребенком ты тоже быть не можешь. Среди твоих предков не было шотландских горцев… Значит… Ты родилась в полночь в Сочельник? – заключил он, довольный своей догадливостью.

– Именно так! Я всегда огорчалась, что вместо двух подарков в году я получала всего один – и на Рождество, и на день рождения… если вообще что-то получала.

– Стало быть, ты ясновидящая.

– Наверное.

Поскольку пастор не изъявлял желания потыкать в нее иголкой в поисках ведьминой отметины, Агнесс вновь позволила себе расслабиться. Одним страхом меньше.

– Давно ли ты заметила за собой такие способности? – допытывался мистер Линден.

– С раннего детства, сэр. Я всегда видела призраков и пыталась им помочь.

Воистину сегодня была ночь сюрпризов! Такой ласковой улыбкой он ее еще не одаривал. Может, все потому, что они оба и не по ту сторону, и не по эту, а так, застряли где-то посередке? Хотя ему, наверное, труднее балансировать на грани, раз уж его затягивает в волшебную круговерть. Того и гляди упадет, а где приземлится – уже другой вопрос.

– Помогать? – удивился мистер Линден, словно впервые услышал о таком способе взаимодействия с потусторонним. – Как же?

– Отрубленную руку из дупла достать…

– Узнаю мою племянницу! В то время как остальные девочки играют в куклы, она бродит по чащобе, собирая чужие конечности. Тебе следовало родиться тысячу лет назад.

– Еще чего! Меня сочли бы ведьмой и сожгли на костре.

– Нет, ты бы стала святой. Быть может, не великой, но уж точно местночтимой. Творила бы маленькие чудеса – вернуть заблудившегося ягненка, сделать так, чтобы пряжа никогда не путалась и чтобы всегда хорошо сбивалось масло. Но время святых миновало. Да и чудес, впрочем, тоже, – погрустнел он.

Агнесс почувствовала, что в ее груди что-то растаяло, но не вскипело, а растеклось теплом – приятным, умиротворяющим, домашним. Разве не об этом она мечтала с того самого момента, когда услышала о Линден-эбби, где живет ее семья? Ее семья. Агнесс нащупала руку мистера Линдена. Она была холодной и жесткой, как мрамор, но даже камень впитывает тепло, если долго его согревать.

«Еще немного, и я положу голову ему на плечо», – подумала Агнесс, так ей было уютно.

– А призрак мне даже понравился. Очень колоритный господин.

– Это сэр Илберт де Лэси, владевший здешними землями в начале XII века. Муж его люб… эм-м-м… его давний враг зарезал его прямо в церкви, и с тех пор он бродит по округе и пакостит по мелочам. Но во время полевых работ его невинные шалости перерастают в крупные неприятности. Помню, был один год, когда жнецы вообще опасались на поле выходить.

– А почему вы его тогда не упокоили?

– Мне тогда двенадцати не исполнилось. Зато на следующий год я за него всерьез взялся, – сказал мистер Линден не без самодовольства.