Чтение онлайн

Пролетело полчаса. Град стрел приветствовал проплывавшую тучу, многочисленных несчастных летучих мышей и восходящую луну.

— Черт побери эту игру в солдатики. — в конце-концов сказал Валет. — Его так спугнут.

Сержант Двоеточие опустил копье. — Похоже на то. — признал он.

— Здесь становится жарковато. — сказал Морковка. Он вежливо толкнул Бодряка, который привалился к дымоходу, угрюмо уставившись в небо.

— Может имеет смысл спуститься вниз, сэр? — сказал он.

— Здесь слишком много людей.

— Гм-м? — сказал Бодряк, не повернув головы.

— Собирается идти дождь. — сказал Морковка.

Бодряк ничего не сказал. Несколько минут он рассматривал Башню Искусств, находившейся в центре Невиданного Университета и бывшей предположительно самым старым зданием в городе. Время, погода и посредственный ремонт придали ей сучковатый вид, как у дерева, повидавшего множество штормов. Он попытался вспомнить ее облик. Как в случае со многими вещами, которые слишком знакомы, на самом деле он давно уже не смотрел на нее. Но сейчас он пытался убедить себя в том, что лес из маленьких башенок и зубчатых стен на вершине выглядит точно так же, как его видели вчера.

Эта задача представила ему определенную трудность.

Не отрывая от нее глаз, он схватил сержанта Двоеточие за плечо и мягко направил его в нужном направлении.

Он сказал. — Вы ничего не замечаете странного на вершине башни?

Двоеточие вгляделся, а затем нервно засмеялся. — Да, похоже, что на крыше сидит дракон, верно?

— Да. Я тоже так подумал.

— Только, только если вы всмотритесь хорошенько, то увидите, что он состоит из теней, плетей плюща и тому подобного. Думаю, что если прикрыть наполовину один глаз, то можно разглядеть двух старых женщин и тачку.

Бодряк проделал это. — Не-ет. — сказал он. — Он по-прежнему выглядит как дракон. Огромный. Немного сгорбился и смотрит вниз. Погляди, ты можешь разглядеть его сложенные крылья.

— Простите, сэр. Это просто разбитая башенка дает такой эффект.

Они наблюдали еще миг. Затем Бодряк сказал. — Скажите мне, сержант — я спрашиваю из духа чистого любопытства — как вы думаете, что вызывает эффект пары огромных распущенных крыльев?

Двоеточие глотнул воздуху.

— Думаю, что его вызывает пара огромных крыльев, сэр.

— сказал он.

— Присмотритесь, сержант.

Дракон пал. Это не был стремительный полет. Он просто оторвался от вершины башни и наполовину упал, наполовину полетел прямо вниз, исчезнув из поля зрения за зданиями Университета.

Бодряк поймал себя на мысли, что он прислушивается, ожидая удара.

А затем дракон опять возник в поле зрения, двигаясь как стрела, двигаясь как выстреленная звезда, двигаясь как нечто, падающее со скоростью тридцать два фута в секунду в безостановочном полете. Он скользнул над крышами на высоте человеческого роста, наводя еще больший ужас своим звуком.

Звук был такой, как если бы небеса медленно и аккуратно разорвали пополам.

Дозорные бросились навзничь. Бодряк поймал мимолетный взгляд огромного, немного смахивающего на лошадь чудовища, пока оно не ускользнуло прочь.

— Чертовы задницы. — сказал Валет, откуда-то из-под водостока.

Бодряк изо всех сил ухватился за дымоход и выпрямился.

— Вы в форме, капрал Валет. — сказал он дрожащим вовсю голосом.

— Простите, капитан. Чертовы задницы, сэр.

— Где сержант Двоеточие?

— Подо мной, сэр. Держится за дренажную трубу, сэр.

— Ах, незадача. Помогите ему подняться, Морковка.

— Боже. — сказал Морковка. — Посмотрите, что творится.

Вы могли описать положение дракона по рою стрел, выпущенных в городе, и по крикам и стонам всех тех, кого поразили отлетевшие рикошетом и промазавшие стрелы.

— Он даже еще не взмахнул крыльями! — кричал Морковка, пытаясь встать на крышку дымохода. — Вы только посмотрите на его полет!

Он не должен быть таким большим, говорил сам себе Бодряк, наблюдая как огромный силуэт закрывает собой реку. Он был длиной с улицу!

Над доками вздымались языки пламени, и на миг чудовище очутилось в свете луны. Затем оно взмахнуло крыльями, со звуком, подобно тому как породистое стадо шлепается со скалы.

Он превратился в туго сжатый круг, рывками несколько раз сотряс воздух, набирая скорость, и удалился прочь.

Когда он пролетал на Домом Дозора, то выплюнул столб белого огня. Черепица на крыше не расплавилась, но плитки вспыхнули огненно-красными капельками. Дымоход взорвался и кирпичи дождем полетели на улицу.

Громадные крылья колотили по воздуху, в то время как чудовище парило над горящим зданием, пламя взлетало языками над обломками. Затем, когда от всего оставалась только груда расплавленных камней и щебенки, с потеками и пузырями, дракон поднялся ввысь, презрительно хлопнув крыльями, и взмыл все выше и выше, дальше и дальше, улетая прочь из города.

Леди Рэмкин опустила телескоп и медленно покачала головой.

— Это неправильно. — прошептала она. — Это вообще неправильно. Он не мог такого сделать, вообще ничего такого.

Она опять подняла телескоп и замерла, пытаясь разглядеть, что же горит. Внизу, в своих клетках. завыли маленькие дракончики.

Традиционно, после пробуждения от блаженного беспамятства без происшествий, вы спрашиваете: «Где я?» Возможно так отзывается расовое сознание или еще что-то.

Бодряк сказал это.

Традиция позволяет сделать выбор между лейтмотивом и вторыми голосами. Ключевым моментом в процессе выбора является ревизия увиденного, то есть чтобы тело обладало всеми битами, позволяющими вспомнить вчерашний день.