Стрелок
Шрифт:
— Так ты видел?… Манман Бригитту и её спутника?
— Видел, матушка. Не знаю кто это, но они отпустили меня. Он передумал класть меня в могилу, а она меня вылечила.
— Ты ему нужен. Барон Самеди любит детей и сдаётся мне ты их никогда не забижал. Вот и за моего внука вступился. В этот раз его бы умучали, — Пыхнула клубком дыма, — И дом Господина Кладбища справно заполняешь новыми жильцами. Господин Смерти покровительствовал и другому с головой похожей на череп в очках и всегда с утра выпимшему. У того было заклятие от смерти от ножа, пули и руки. Ты обошёл это заклятие. Твой враг умер странной и жуткой смертью… Порчу наслал этот лысый…Сдаётся мне, что ты сам великий колдун вооду, хотя не знаешь об этом и можешь говорить с Хозяином без Легбы…Даже я не могу так…
— Если бы не ты, миссус, то я бы уже сдох как паршивый пёс. Ах, ты жирная тупая ниггерская сучка.
Луа даже поперхнулась дымом от обиды.
— Жентмуны, так не говорят, сар….
— А, если бы это тебе сказал какой-нибудь нигги, ты бы не решила, что над тобой надсмехаются, матушка? [5]
Она заулыбалась, захихикала и засмеялась, давясь от хохота, слёзы потекли из её глаз. Мягкой тёплой ладонью толкнула его в бок. — Ну, ты проказник, снежок. Снаружи белый, а внутрях чёрный, хитрый ниггер.
5
Секретничать чернокожие обитатели Америки начали еще тогда, когда появились на континенте: рабам надо было держать кое-что в секрете от хозяев — даже тогда, когда они говорят на одном языке. Сказать так, чтобы понял только тот, кому надо. Типичный способ — взять слово и употребить его в противоположном значении: stupid (тупой) — «хороший», оскорбительное nigga («ниггер») в общении между своими принимает значение «товарищ, брат, свой». Fat (жирный) — правда, его даже пишут как phat — крутой. You be phat! — Ты крутой! Death (смерть) в написании и произношении def означает то же самое, что и cool…
Краплёные карты
«Гнилая» холодная весна выдалась в этом году. То моросил мелкий противный дождик, то мохнатыми рождественскими хлопьями валил снег. Дороги раскисли от грязи и не думали подсыхать…
День медленно перевалил за полдень и медленно полз к вечеру.
Стрелок открыл дверь в конюшню и подошёл к стойлу. Жеребец не был похож на того замученного одра каким был совсем недавно. Бока округлись и снова лаково залоснились. Конь потянулся к карману, мелко двигая ноздрями и кося влажным глазом. Коротко всхрапнул. «Ну..He балуй… Надоело? Вторую неделю торчим тут.» Стрелок достал, завёрнутый в тряпицу солидный ломоть хлеба, густо обсыпанный крупной зернистой солью, и протянул на ладони своему любимцу. Осмотрел ноги вороного, покрытые струпьями, тонкой корочкой кожи, смутно мелькавшей по краям ссадин.
Заняться было нечем. Валяться на кровати и тупо смотреть в потолок гостиничного номера не хотелось. Все городские лавки были осмотрены и все покупки сделаны. Оставалось зайти в салун и послушать новости, а если повезёт, то и добыть газету.
Не смотря на то, время было не позднее, в зале «Розового слона «было многолюдно. Опилки на полу потеряли первоначальный цвет и стали грязно серыми от грязи, что принесли на ногах, и от табачного пепла… Около плевательниц они покрылись коричневой комковатой коркой. Стоящая посреди зала громадная чугунная, печь на рахитичных ножках изнемогала теплом. У стойки бара было тесновато, виднелись лица знакомых, но стоять не хотелось да и не мешало бы чего-нибудь пожевать.
Стрелок подошёл к столику, за которым сидели двое. «Разрешите?». Парочка испугано уставилась на него, молча и судорожно допила свой виски и ушла. «Вот так всегда…Стоит пристрелить ублюдка, как порядочные люди начинают шарахаться от тебя, думая, что они будут следующей жертвой».
Заметив Стрелка, из-за стойки к нему метнулся бармен. «Что прикажите, сэр? Виски, бренди, бурбон?»
— Двойной бренди, стейк и газету.
За соседним столиком играли в карты и видно играли уже долго. Лежали засаленной кучкой банкноты, тускло отсвечивали серебром и золотом монеты, большие карманные часы поверх всего скорбно отсчитывали время. Двое из картёжников, судя по одежде были состоятельными фермерами, в третьем Стрелок узнал помощника управляющего местного банка, а вот четвёртый, сидящий к нему спиной, был не знаком и вероятнее всего был приезжим.
Газета оказалась недельной давности и содержала обычный набор стаей: кто-то в очередной попался на взятке, засилье китайских прачечных, подтасовка результатов выборов, туманные намёки на какие доходы живёт конгрессмен такой-то, судейский чиновник замечен в весёлом доме с сомнительными девицами… Реклама…
Разговор за соседним столиком привлёк внимание.
…Я выдвигал свою кандидатуру на пост президента… Я путешествую и изучаю нравы народонаселения. Месяц назад я вернулся из России…страна bojar…Ещё со слов великих путешественников мне было известно о рабской, лживой и скотской сущности русских…Едят тёртую редьку и запивают квасом. Квас? Это местный лимонад с мерзким запахом. Вы представляете какая вонь после этого?…Они работают только для того, чтобы купить водку…не моются в ванной, как цивилизованные люди….а вместо мочалки используют метёлки, которыми подметают полы…
Незнакомец, встряхивая роскошными седыми волосами до плеч, тасовал колоду. Скользнул тонкими наманикюренными пальцами по срезу колоды, и стал сдавать незаметно ощупывая рубашку каждой карты. Сдал, попутно отогнув углы каждого листа.
«Карточный шулер. Представление в провинции, проездом…», — подумал Стрелок.
…По улицам ходят медведи. Русские muzhik-и их ловят, обучают игре на babalaik-е, это такое русское банджо, водят по ярмаркам и показывают за деньги. А потом идут в kabak и пьют вместе с ними водку…Клянусь честью это так…
Заслушавшись, простаки не смотрели на его руки. «Вот оно». Стрелок напрягся. Прикрытые веером карт, пальцы седого медленно скользили к рукаву, что-то нащупали за манжетам рубашки и стали вытягивать. Показался край карты. Стрелок вскочил, отбрасывая стул, и прижал ладонь «путешественника» к столешнице.
— Вы шулер, сэр!
— Как вы смеете! Эту карту вы мне подкинули! Я барон Гольдберг!
— Вы не тот за кого себя выдаёте. Вы… Шайзенберг.
— Что?! Вот мои рекомендательные письма.
Рука его опустилась в карман, но достать её он не смог. Стрелок плотно обхватил запястье барона. Бумкнул китайской хлопушкой выстрел. Второй раз он выстрелить не успел. Растопыренной пятернёй Стрелок обхватил лицо шулера, приподнял и с силой толкнул от себя. И картёжник полетел вперёд спиной через весь зал, загребая воздух, как спятившая мельница, сметая стулья и посуду со столов, рассыпая, взметнувшейся стаей, карты из внутренних карманов сюртука и из рукавов. Парик воспарил птицей и улетел под ближайший стул. Блеснула голая как гриб голова. Не успел он встать, как на него был направлен ствол 45 калибра.
— Вставайте и медленно достаньте свой пистолет. Кидайте его на пол… «Рейд. Мой друг»? Не серьёзно…
Малый в латаной клетчатой рубахе в изумлении изрёк: «Да он и тут играет не по правилам». Поднял револьверчик. «Ух ты. И пострелять и кастет».
Вокруг барона собралась толпа…» В Техасе шулеров вешают!»… «Вздёрнуть его на ближайшем дереве!» …Добровольцы побежали искать верёвку…Здоровущий золотоискатель для начала зарядил шулеру оплеуху…
Стрелок встал на стул, звонко ударил по ушам выстрел. С потолка полетели щепки и какая-то труха.