Чтение онлайн

— Ну вы даете, — сказала я, обводя взглядом собравшихся. — А кто охраняет клуб? — поинтересовалась я у Винсента.

— Ральф, — ответил за него Бруно. — Я вызвал Большого Эда, чтобы он дежурил у двери. Так что все схвачено.

Винсент бросил на Бруно сердитый взгляд.

— А тебе разве не нужно на работу через несколько часов? — обратилась я к Пат.

— Завтра нет, — как-то поспешно ответила она. — Завтра пятница, а по пятницам я в море не выхожу. А здесь вопрос очень важный — твоя безопасность. Мы все переживаем за тебя, и я думала, что смогу помочь. Вот и все.

Так, ясно. Своими словами я ее обидела.

Единственной, кому нечем было объяснить свое присутствие, была Рейдин. Она осторожно похлопала меня по руке и одарила блаженно-влюбленным взглядом. Затем направление ее взгляда переменилось, она вся сосредоточилась.

— Убейте меня, — прошептала она, следя, как Винсент сдает карты. Радостно обведя глазами собравшихся, Рейдин воскликнула: — Ну, даст Бог, повезет.

Уж не знаю, то ли лекарство на нее подействовало, то ли она решила, что все мы пришельцы.

Мы играли до восхода солнца. Винсент ушел первым. Ему так не терпелось узнать ночную выручку, что около четырех он сбежал. Рейдин отключилась около шести часов утра, вскоре после этого Пат отправилась в свой трейлер, чтобы посмотреть утреннюю программу новостей. Остался один Бруно. Он сидел за столом и раскладывал пасьянс, изредка поглядывая в окно.

— Бруно, — наконец не выдержала я, — копы напустили туману, а на самом деле все прекрасно.

Бруно покачал головой и продолжил свое занятие. Он был не очень разговорчивым. Я решила приготовить кофе, чтобы не уснуть. Похоже, день предстоял длинный. Пока шла игра в карты, я разработала план, и Бруно никак в этот план не вписывался. Необходимо было избавиться от него. Чтобы найти Дениз, мне нужна свобода действий.

Если я правильно поняла, то полицейским до нее не было никакого дела. Фрэнки я больше не видела, поэтому решила, что он тоже не очень-то переживает. Значит, остаюсь только я, а Кьяра Лаватини в беде друзей не бросает. Если бывший муж Дениз решил ее вернуть или заставить заплатить за то, что она его бросила, кто-то должен вмешаться.

Я дождалась, пока закипит кофе, наполнила чашку и обратилась к Бруно. Он сидел, как ребенок, сосредоточенно склонившись над картами, от усердия высунув кончик языка, и ничего вокруг не замечал.

— Знаешь, Бруно, — сказала я, зевая, — пожалуй, я прилягу, пойду в спальню, отдохну.

Бруно в ответ только хмыкнул, и я удалилась.

Со своей подушечки Флафи внимательно смотрела, как я вошла в спальню и закрыла за собой дверь. Она поняла, что я что-то замышляю, и не собиралась ничего пропускать.

— Не беспокойся ты, — сказала я ей, — это пока еще только подготовка. — Я подтянула к себе телефон и набрала номер. — Давай позвоним твоему дяде Элу, он ведь не станет заговаривать нам зубы.

Флафи вздохнула и устроилась поудобнее на подушке.

— Знаю, знаю, — кивнула я, — буду молить Бога, чтобы его подружка уже ушла на работу.

Из моих четырех братьев Эл единственный, кто не станет задавать мне лишних вопросов. Ему двадцать три года, и он по уши влюблен. Благодаря этим двум обстоятельствам он слишком занят, чтобы интересоваться моими делами. Кроме того, Эл в отличие от других моих братьев не пошел по стопам отца и не стал пожарным. Он вбил себе в голову, что хочет работать копом. Братья с трудом пережили такое предательство, а Эл постоянно пытается доказать, что копы нужны не менее пожарных.

Наконец мой брат снял трубку.

— Алло!

— Ты что, прогуливаешь работу? — спросила я.

— Кьяра? — Голос был сонный, и я поняла, что разбудила брата. — Ты где?

— Все еще во Флориде.

Было слышно, как Эл потянулся и простонал в трубку:

— Который час?

— Господи, Эл, уже девять часов. Что с тобой?

— Девять? Только девять? — Он вздохнул. — Я работаю по ночам, поэтому и уснул. Как ты там?

Я почувствовала, что он окончательно проснулся.

— Отлично, Эл, у меня все отлично. Хочу узнать, как у тебя дела.

Я взглянула на Флафи, малышка явно улыбалась, она-то прекрасно знала, когда я говорю неправду.

— У нас все хорошо. — Эл зевнул. — У нас с Рози дела идут отлично. Знаешь, мне кажется, она та самая, единственная. Ты понимаешь, о чем я?

Господи Боже мой, конечно, я понимала. Он начал ухаживать за Рози еще в средней школе, но она не обращала на него внимания. Потом он стал одним из лучших полицейских, и тогда уже она не отставала от него. Знаю я таких. Лидер команды поддержки, ужасно популярная и всегда оглядывается: нет ли там кого получше? Но разве объяснишь это мужчине, если он твой брат? Приходилось просто спокойно, ничего не предпринимая, наблюдать и ждать, пока Рози не найдет кого-нибудь получше и не разобьет сердце Элу, а тогда уже будет делом семьи — собрать его по кусочкам.

Брат еще долго разглагольствовал, как прекрасно быть влюбленным, но наконец я почувствовала, что он остывает и я могу направить разговор в интересующее меня русло.

— Как там у вас, благодаря твоим усилиям стало безопаснее? — спросила я.

Последующие пять минут Эл рассуждал о политике городского начальства, о том, что никто не уважает копов, даже собственная семья, и так далее.

— Послушай, — перебила я его, — у вас когда-нибудь слышали о Леоне Корвазе?

— Почему вдруг тебя интересует этот негодяй? — насторожился Эл, а голос его зазвучал так, будто он плотнее прижал трубку. — Это не тот человек, с которым надо заводить знакомство, у него здесь целая организация, они занимаются наркотиками. — Последовала долгая пауза, словно Эл прокручивал в голове наихудшие варианты, которые возможны со мной. — Кьяра, я надеюсь, ты им не интересуешься?

Вот! Вот по этой самой причине я и жила во Флориде. Никто из моей семьи не мог достать меня здесь, чтобы читать нотации. Про танцовщиц всегда много всякого думают, и по большей части люди правы. Но я в отличие от других могу самостоятельно принимать решения.

— Конечно, нет! Не будь идиотом! Просто у меня есть подружка, которая его знает. — Не обязательно Элу все рассказывать.

— Тогда передай своей подружке, чтобы она держалась от него подальше. Скажи ей, чтобы она не зарилась на его деньги и внешность.