Чтение онлайн

Рапсодия подняла руку с зажатым куском тряпки — кляпом, который ей дал Акмед, — показывая, что готова. Он кивнул в ответ.

Словно тень, Акмед метнулся к двум кроватям, стоящим справа. Около них лежал моток веревки, он быстро подхватил его с пола, разрезал на две части и одну бросил Рапсодии, затем принялся связывать спящих мальчиков.

Наклонившись над тем из них, у которого были светлые вьющиеся волосы, он прижал палец к артерии на его шее. Мальчишка открыл глаза, попытался сделать вдох, и Акмед тут же засунул ему в рот кляп. Прежде чем тот успел понять, что происходит, Акмед связал ему руки за спиной.

— Не вздумай шевелиться, — прошептал Акмед, обращаясь к другому ученику, которого разбудил непонятный шум.

Не переставая заниматься своими пленниками, Акмед слышал, что у Рапсодии возникли проблемы.

— Эй! Не дергайся, крысеныш… Ах, ты еще кусаться!

Акмед развернулся как раз в тот момент, когда Рапсодия, сражаясь с веревками, попыталась связать мальчишку. Он изо всех сил отбивался, и тогда она нанесла ему удар, который когда-то привел в восторг Грунтора, ставшего его жертвой. Эффект получился точно такой же. Акмед услышал отвратительный треск, и темноволосый ученик плюхнулся назад на кровать.

Рапсодия потирала руку.

— Если хочешь остаться при зубах, веди себя прилично, — прошипела она сердито.

Акмед взял Рапсодию за руку, стянул перчатку и принялся разглядывать следы зубов в неверном свете печей.

— Он тебя до крови укусил? — спросил он на болгише.

— Нет, а вот у него, кажется, кровь идет.

Они оба посмотрели на парня, который бросал на них злобные взгляды. У него была разбита губа.

— Особенно не горячись — мне она еще пригодится, — проговорил Акмед по-прежнему на болгише.

Рапсодия улыбнулась и снова надела перчатку. Парень попытался встать, и Рапсодия снова хорошенько ему врезала, затем уселась на него и начала связывать.

— Вяжи вот так, — велел Акмед, показывая на светловолосого ученика, щиколотки которого были крепко привязаны за спиной к кистям рук.

Рапсодия поморщилась.

— Ты уверен, что это необходимо? Мне кажется, ему больно.

— Совершенно необходимо. Они постоянно поглядывают на колокол, наверное, мечтают вызвать подкрепление.

— А что в алькове? — спросила Рапсодия, закончив связывать сына Ракшаса и стараясь не обращать внимания на злобный взгляд черных глаз.

Акмед приложил палец к шее другого ученика, который дрожал, точно осиновый лист.

— Что в алькове? — спросил он на орланданском языке.

Мальчишка хотел ответить, но не смог выдавить из себя ни звука. Он сглотнул и предпринял новую попытку.

— Туннель, — прошептал он.

— Куда он ведет?

— Я… не знаю. — Паренек побледнел, увидев выражение глаз Акмеда.

— Мне кажется, он говорит правду, — вмешалась Рапсодия, увидев, что Акмед сильнее нажал на артерию на шее паренька. — Я чувствую по тону его голоса. Дай я с ним поговорю, а ты отдохни.

Акмед с недовольным видом выпрямился, едва Рапсодия остановилась возле ученика с бритой головой. Затем он медленно подошел к темному алькову, пустому, если не считать огромного металлического диска, который стоял возле одной из стен, и заглянул в отверстие в полу.

Его глазам открылся выложенный плиткой спуск в шахту, похожий на колодец, глубиной примерно в два человеческих роста и узкий, вряд ли шире его вытянутой руки. Около самого дна он разглядел темное отверстие в южной стене, из которого тек маленький ручеек. На мокром полу валялись сломанные ведра и лопатки. Больше в тусклом свете печей ничего не было видно.

Рапсодия постаралась не слишком усердствовать со связыванием пареньку рук.

— Как тебя зовут?

— Омет.

— Кто придет, если ты позвонишь в колокол, Омет? — спросила Рапсодия.

Она на него посмотрела, и он немного расслабился, а потом заморгал.

— Старшие ученики, подмастерья. Они живут в другом крыле.

— Зачем в вашей мастерской туннель? — кивнув, спросила она.

— Там работают дети-рабы.

— Дети-рабы?

Он не успел ответить на ее вопрос, потому что Акмед вдруг повалился на пол.

— Что произошло? Ты в порядке?

Акмед нетерпеливо оттолкнул руку Рапсодии, заслонявшей ему мальчишку, в жилах которого текла кровь демона. Тот, продолжая бросать на них злобные взгляды, пытался вырваться из пут.

— Ни на секунду не выпускай его из виду, — прорычал Акмед.

Рапсодия обернула вокруг руки веревку и резко, словно хлыстом, ударила мальчишку по голой ноге. Тот взвыл от ярости и еще пару раз дернулся, пытаясь освободиться, но потом затих.

— Что случилось? — снова прошептала Рапсодия.

— Там, внизу, еще один.

— В колодце?

— Нет, очень глубоко. — Акмед вытер лоб, и в мечущемся свете печей Рапсодия увидела, что его лицо посерело. — Вертикальный колодец, перед которым ты сейчас стоишь, это вход. Дальше начинается длинный горизонтальный туннель, выложенный плитками, он уходит на северо-запад по меньшей мере на целую лигу. Что-то вроде катакомб.

Он выпустил на свободу свое второе зрение, и оно, подобно горящей стреле, пронзило мрак длинного, очень замкнутого туннеля. На мгновение Акмед почувствовал легкий приступ клаустрофобии, однако тут же про все забыл, когда увидел, что находилось в конце его пути.

— Успокойся, — приказала Рапсодия отпрыску ф’дора, который с сердитым шипением возобновил свои попытки вырваться. Не обращая на него внимания. Рапсодия подошла к краю колодца. — К чему вся эта таинственность? Что они там делают?

— Там, внизу, живые существа, наверное те самые дети-рабы. Один из них тот, кто нам нужен. Но мне трудно его выделить, они там все с головы до ног перемазаны грязью и копошатся в воде. Похоже, они копают туннель и по ходу выкладывают его дно плитками. — Он повернулся к светловолосому ученику, в глазах юноши застыл ужас. — Ну как? Я правильно догадался? — Паренек испуганно кивнул. — Как ты здорово нам помогаешь, приятель. Может быть, я даже оставлю тебя в живых.