Судьба
Шрифт:
Ксантия осеклась. Впервые ее уверенность пошатнулась.
Элисса снисходительно покачала головой: «Давай я просвещу тебя. Мы находимся в месте, которое называется Пустота. Разве ты про него не слышала?»
Ксантия покорно покачала головой, хотя и не хотела этого делать.
«О-о, значит, это будет для тебя интригующе», — заявила Элисса.
«У меня нет времени на всю эту болтовню!» — сплюнула Ксантия.
«Есть… У тебя впереди бесконечность».
Ксантия рассмеялась, но смех окрашивался нервозностью.
«Где мы?» — закричала она.
«Я же сказала тебе: в Пустоте. Откуда нет возврата… для нас обеих», — Элисса с большим удовольствием произнесла последние слова.
«Ты врешь!»
«Больше нет необходимости врать. Попытайся вернуться, и поймешь, что не можешь этого сделать. Это место вечной смерти, Ксантия».
Образ ее врага заискрился и засиял. Элисса продолжала.
«Я уже попрощалась с теми, с кем хотела. Я не уверена, что у тебя была такая возможность, но это не играет для меня роли».
«Ты никогда не была сильна в темном Искусстве Силы, как я, Элисса. Именно ты пострадаешь», — Ксантия начала кружить.
Элисса оставалась неподвижной, несмотря на угрожающие движения Ксантии. Она только рассмеялась.
«Похоже, ты не понимаешь, — сказала она. — Ничто из этого теперь не играет роли. Ничто из происходившего и происходящего между нами больше не играет роли. Я уже уничтожила тебя, заманив сюда».
«А что с твоим мужем?» — ухмыльнулась Ксантия.
«Он победит».
Пришел черед Ксантии рассмеяться: «Доргрила он не победит. Это я тебе обещаю».
Элисса пошла на блеф: «Нет? Уже теперь, без тебя, Доргрил ослабел. Он сделал неправильный выбор — его ярость притупляет сознание, и он принимает глупые решения. Попомни мои слова… Это приведет его к краху».
Ксантия огрызнулась: «Что бы ты ни сделала со мной — оно никак не повлияет на то, что происходит в мире»
«Мы больше не принадлежим нашему миру, Ксантия. Доргрилу следовало тебя остановить, не пускать сюда. Вместо этого он решил принести моей дочери еще немного боли. Он заплатит самую высокую цену. Наслаждайся Пустотой, Ксантия. Тебе она подойдет идеально».
Терпение Ксантии лопнуло, и она направила ментальный щуп к тому месту, где, как знала, находится ее тело… и не почувствовала ничего. Из нее полились злость и ненависть, и женщина направила магию на врага. Она ожидала, что Элисса закричит в агонии после того, как первый сильный удар достиг цели. Но Ксантия не знала и не могла знать, что ее бывшая подруга владеет не слабой, невежественной магией, как она сама. Она не представляла, что дух перед ней являлся наполовину богиней, и обладает силой, о которой у других нет ни малейшего представления. Ей такое даже не показывали. Возможно, самым большим шоком в жизни Ксантии стало внезапное изменение цвета духа. Сияющая Элисса вдруг стала золотой.
«Это все, на что ты способна?» — спросила она суровым тоном.
Дух Ксантии бросился к женщине, которая насмехалась над ней. Ксантия кусала, царапала, рвала Элиссу снова и снова, но все ее действия не имели никакого значения. Она ничего не могла сделать женщине, которая сияла и светилась силой.
«Кто ты?» — прошептала Ксантия сквозь рыдания.
«Она — богиня», — произнес новый и наводящий ужас голос, но Ксантия, возбужденная прибытием союзника, не услышала предупреждения, и понеслась к красному, переливающемуся туману.
«Доргрил! Я знала, что ты придешь за мной».
У духа Элиссы опустилось сердце. Доргрил проигнорировал сжавшуюся Ксантию и прямо обратился к Элиссе: «Очень впечатляет. Я и не представлял, что у тебя в венах течет кровь богов».
Красный туман угрожающе двинулся к ней, и Элисса поняла, что проиграла схватку.
Она не выполнила своего предназначения.
Несколько теней украдкой выскользнули с причалов Кипреса. Хотя Джил придерживался другого мнения, он все-таки решил положиться на интуицию бывшего прайм-офицера и согласился, что во дворец пойдут только несколько человек.
Король был солдатом в душе и верил в количество и силу. Они обеспечивают безопасность. Но их было шестеро, двое — женщины, а один — молодой парень, который умел обращаться с мечом точно также, как летать. Правда, Джил быстро изменил свое мнение. Он не представлял, на что способен Рубин со своим волшебством. Тем не менее, смогут ли трое мужчин удержать город, если тот решит подняться против них? Он не позволил себе больше думать так. Нельзя ничего бояться. В конце этого путешествия его ждет Лаурин, и мысли Джила потекли по единственному руслу. Он ни на секунду не позволял себе гадать, жива ли она.
Тем временем, Херек позволял себе думать о самом ужасном. Его мысли ходили разными тропами. Хуже всего было то, что они с прайм-офицером — а он только так и думал о великолепном Ките Кайрусе — теперь защищают двух монархов, которые по собственной воле оказались в очень опасной ситуации. Он сам без вопросов отдаст жизнь за короля, но его жизни не хватит для спасения Джила, если дела пойдут плохо. Херек шел в тягостном молчании. В голове кружили мрачные мысли о том, как спасать монарха.
Рубин несколько часов пытался мысленно связаться с Лаурин и отправлял ментальные щупы. Он не знал ее отличительного следа, но использовал знакомый позывной Кайруса, надеясь, что кто-то из ее Паладинов, если и не она сама, услышит его и ответит. Но пока щупы уходили в пустоту. Никто не отвечал. Рубин решил, что Лаурин, скорее всего, закрылась щитом, но у него не было оснований считать, это сделают Джуно или Адонго.
Кайрус подбадривал его, Рубин продолжал попытки и, наконец, высказал предположение, что Орлак, скорее всего, каким-то образом отрезал канал связи с Паладинами Лаурин.
У них был простой, но смелый и дерзкий план. Хела с Кайрусом пойдут первыми, проверят путь и убедятся, что можно безопасно воспользоваться одним из тайных входов во дворец. Другие последуют за ними. Оказавшись во дворце, Джил, Рубин и Кайрус найдут Лаурин. Больше они ничего не задумывали. Перед ними стояла одна задача — найти девушку и доставить ее в целости и сохранности на поджидающий корабль. Если необходимо, корабль уйдет без остальных. Все с этим согласились.