Суперпредатель
Шрифт:
— Давайте, — кивнул офицер. — Мне же будет спокойнее.
— Мы не в цирке, — нахмурившись, ответила Наташа.
— Так, господа, — с металлическими нотками в голосе сказал офицер. — Мы теряем время. И, похоже, вы не отдаете себе отчета в сложившейся ситуации. Если вы настаиваете на том, что римла принадлежит вам и должна находиться при вас, то я должен убедиться в том, что она послушна…
— Я поняла, поняла, — раздраженно кивнула Лескова и, повернув голову к римле, попросила: — Ляг, пожалуйста.
Желтый хищник послушно растянулся около ее ног.
— Сядь, пожалуйста.
Римла снова уселась. Берт с жалостью следил за ее движениями, полицейские же наблюдали с откровенным любопытством.
— Поздоровайся с господином офицером. Немного приподняв голову, римла кивнула. Офицер раздраженно поморщился, и Лесли уловила волну брезгливого опасения. Он расценивал присутствие зверя как досадную помеху.
Остальные полицейские переносили в грузовой винтолет останки погибших, упакованные в брезентовые мешки. Проводив один из таких свертков взглядом, офицер спросил у Наташи:
— Интересно, давая команду растерзать человека, вы тоже прибавляли «пожалуйста»?
— Я не давала такой команды и вообще не видела, что произошло. В тот момент мне на голову как раз падал потолок.
— Так-так, продолжим. Значит, вы утверждаете, что попали на полюс, желал ознакомиться с местными достопримечательностями, и какие-то злоумышленники сделали попытку убить вас? Не очень-то удачная версия… Инопланетные туристы — не слишком желанные гости на полюсе. В особенности когда после их визитов остаются трупы коренных жителей. Вы понимаете, во что это может вылиться?
Наташа пожала плечами, а Берт Смолс смотрел куда-то в сторону с таким видом, будто к чему-то прислушивался.
Он действительно слушал указания Лесли.
Затем, кашлянув, он обратился к старшему офицеру:
— Мы требуем адвоката и присутствия земной полиции, поскольку являемся гражданами планеты Земля. Мы считаем ваши действия противозаконными и отказываемся отвечать на дальнейшие вопросы.
Пока Наташа смотрела на него в замешательстве, Берт выслушал очередную порцию подсказок и добавил:
— Мы требуем встречи с командным составом земной полиции и… представителями Десанта.
Офицер прищурился:
— И вы думаете, что это вам поможет? Преступление было совершено на планете Хон, разрушено местное ритуальное сооружение, и погиб хонит. Будет вполне естественным, если и достанется вам по заслугам именно на планете Хон.
Тут Наташа и безо всяких указаний Лесли лениво процитировала:
— Существо, подозреваемое в совершении преступных действий и имеющее подданство планеты, занесенной в Звездный реестр, подлежит судебному разбирательству в рамках законодательства той планеты, подданство которой имеет… Мы требуем адвоката и представителей земных властей. Это наше последнее официальное заявление.
— Требуйте, пока можете, — буркнул офицер и сделал повелительный жест. — Препроводите в винтолет!
Наташа лихорадочно обхватила шею римлы:
— Позвольте взять с собой мою… киску!
— Это не киска, а римла, — одернул ее офицер, — и вы не у себя дома, а на чужой планете и под следствием.
— Она слушается только меня… и Берта, — возразила девушка. — И… может доставить вам массу неприятностей, если догадается, что ее собираются лишить хозяйки.
Лесли отчетливо поняла, что офицер не знает, как поступить, и одновременно припоминает растерзанное тело одного из погибших.
Коротко мотнув головой, он сказал:
— Ладно, забирайте ее с собой. Пусть ваше земное начальство разбирается с этим… домашним животным.
Таким образом, Лесли вместе с арестованными Бертом и Наташей оказалась в чреве полицейского винтолета.
Весь перелет до экваториального пояса они втроем вели бурное совещание, ни слова из которого никто посторонний, однако, не слышал. Берт Смолс, взбешенный действиями полиции, с трудом сохранял спокойствие. К тому же его очень интересовало, куда делся Тим Роч. Лесли пришлось потратить примерно половину времени полета на то, чтобы его успокоить. Успокаивать его, впрочем, было особо нечем, но импульсивный Берт мог еще сильнее ухудшить ситуацию.
Наташа, как выпускница колледжа Десанта, больше разбиралась в юридических тонкостях, и ее вопросы, адресованные Лесли, были гораздо сложнее.
«Но ведь на Земле за считанные минуты опознают и… твое тело, и Роу, и его сообщников. Ты представляешь, какая шумиха поднимется? «
«Представляю. На это и был сделан расчет».
«И кем же он был сделан? — глядя на лежащую римлу, девушка прищурилась. — Уж не Роч ли нас подставил? Похоже, он знал очень много…»
«Нет!» — Лесли возразила столь резко, что даже сама вздрогнула. — Это не Тим, то есть не Роч…»
Наташа покачала головой:
«Ты его слишком рьяно защищаешь. Что с тобой, Лесли? Ты купилась на его показную заботу? «
«Натуся, забудь о нем. Если я его защищаю, значит, у меня есть основания… Ведь я же тебя предупреждала: находиться рядом со мной очень опасно. Почему ты меня не послушалась? Хотела всему свету доказать, что ты — крутой офицер Десанта?!»
После этого Лесли почувствовала, что в Наташе зреет обида, но девушка вовремя справилась с собственными эмоциями.
«Лесли, я — взрослый человек и поступаю так, как считаю нужным. Я знала, на что иду… И вообще хватит об этом. Ты упомянула какие-то основания? Может, поделишься?»
«Делиться, Натусик, особенно нечем. У меня есть могущественный враг. Теперь он стал и вашим врагом. Готовься. Как только произойдет опознание моего тела… Фу, как нелепо звучит!.. На вас посыплется град вопросов. И тут особо делать нечего, кроме одного. Запомни: никому ничего не говорить, ни на какие вопросы не отвечать! Требуйте встречи с Макаровым».
«Ах, с Макаровым… Значит, все-таки он тебя прикрывал? Я ведь не ошиблась, Лесли?»
«Тебя это не касается. Мне надо добиться встречи с ним. Если мне удастся убедить генерала, что я — это я, то вы… может, и выберетесь из этой заварушки».