Святослав

Перевод с украинского А. Дейча и И. Дорбы

Оформление Б. И. Харламова

Скляренко С. Д.

С 43 Святослав: Ист. роман / С. Д. Скляренко. — М.: «Издательство Астрель»: «Издательство ACT», 2002.
– 640 с: ил. — (Рюриковичи).

ISBN 5— 17-016100-Х (ООО «Издательство ACT») ISBN 5-271-05105-6 (ООО«Издательство Астрель»)

О жизни одного из самых прославленных героев Древней Руси, великого князя киевского Святослава (942-972) рассказывает роман известного писателя-историка С. Скляренко.

Сын знаменитых Ольги и Игоря, великий князь Киевский Святослав вошел в русскую историю как храбрый и честный полководец. Именно ему принадлежит крылатое выражение «Иду на Вы».

Из энциклопедического словаря. Изд. Брокгауза и Ефрона. Т. XXIX, Спб, 1900

СВЯТОСЛАВ ИГОРЕВИЧ — великий князь Киевский. Летопись относит рождение Святослава к 942 г.

В момент смерти отца Святослав был еще младенцем, и управление княжеством во время его малолетства было в руках его матери Ольги. Воспитателем Святослава был Асмуд, а воеводой — Свенельд. Как только Святослав возмужал, он обнаружил типичные черты князя-дружинника: дела земские его интересовали мало, его тянуло к военным предприятиям в отдаленных землях. Из славянских племен к востоку от Днепра только вятичи были в ту пору вне влияния киевских князей и платили дань хазарам. Из-за вятичей Святослав вступил в борьбу с хазарами и проник на Волгу и даже в Прикавказье, где столкнулся с ясами и касогами.

Затем Святослав направил свое внимание на юг — на Дунайскую Болгарию. Почин в этом предприятии Святослава шел со стороны византийского императора Никифора Фоки, который, желая оградить Византию от опасных соседей — болгар, послал к Святославу предложение напасть на Болгарию.

Святослав явился в Болгарию со своими союзниками — венграми, печенегами и др. в качестве друга Византии. Успех похода Святослава был огромный; он занял ряд болгарских городов и стал стремиться к полному обладанию Болгарией.

Греки скоро почувствовали, что приобрели в его лице еще более опасного соседа. Тогда Никифор направил печенегов в Киев, и Святослав должен был возвратиться в отечество, но уже в 971 году, посадив на Руси своих сыновей, снова явился в Болгарию.

Между тем преемник Никифора Фоки Иоанн Цимисхий помирился с болгарами, и Святославу пришлось иметь дело и с греками, и с болгарами; хотя в Болгарии была и русская партия, но движение против Святослава было сильное.

Чтобы сломить греков, Святослав двинулся на Балканы и сначала имел успех, но потом должен был заключить мир с греками и уйти из Болгарии.

Он пошел в лодках к днепровским порогам, но пороги были заняты печенегами. Святослав переждал до весны и снова попытался пройти пороги, но был убит в сражении с печенегами, которые, по преданию, сделали из его черепа чашу (972 г).

Выйдя на вал городища, Ант долго всматривался и прислушивался. Все предвещало хороший день: со стороны Днепра веял теплый низовой ветер, небо вдалеке было чистое, а звезды на нем ясные, месяц, словно серебряный серп, спускался к правому берегу, на травах лежала обильная роса, на Днепре и в заливах, просыпаясь, весело перекликались птицы.

Поэтому Ант решил, что ему незачем ждать, и сразу вернулся в жилище. Переступив в темноте несколько каменных ступеней вниз, он отворил тяжелую, набухшую дверь и очутился в хижине.

Там было очень тепло, душно. Посередине, в яме, выложенной камнями, тлел очаг, над которым, словно огромное конское ухо, свисал сплетенный из ивовых прутьев и обмазанный красной глиной широкий дымоход. Ант нашел в темноте сухие дрова, подбросил в огонь, и тот ожил, загудел, в дымоход тучей повалил густой дым.

Когда пламя разгорелось поярче, в жилище стало светлее, в отсветах красноватого, мигающего огня выступили очертания стен, на которых висели на колышках оружие и одежда, сложенный из жердей, подпертый кольями потолок, каменный пол, до блеска вытертый ногами, низкие двери в стене, ведущие в клети.

На палу, недалеко от очага, видна стала еще одна выложенная камнями яма — печь, в которой пекли хлеб, подле нее различная посуда — глиняные корчаги с узкими горлами и широковерхие горнцы, деревянные кадушки, корыта, миски.

Наконец пламя осветило и углы, в одном из них — за очагом — показалось глиняное возвышение, а на нем деревянные фигуры Перуна и Волоса и небольшое бронзовое, покрытое прозеленью изваяние Роженицы — голой женщины со сложенными на животе руками.

В другом углу хижины, справа от очага, на низком доща том помосте, укрывшись звериными шкурами, лежали несколько человек. Ант ходил по жилищу очень тихо, крадучись, и они, должно быть, не слышали его шагов: спали.

Ант снял со стены лук и тул, положил их около огня. Согнувшись в низких дверях, залез в клеть и долго что-то искал в темноте, а когда вернулся, в руках у него была целая охапка камыша и березовых прутьев, острые железца. Присев возле огня, он взял нож и принялся готовить стрелы: стругал прутья, на один конец каждого прутика насаживал острое желез-це с желобком, на другом делал насечку или же наставлял костяной зуб.

В это время на помосте под звериными шкурами кто-то зашевелился, и оттуда вылезли сначала сын Анта, Микула, а за ним его жена, Виста.

— Что, отче? — спросил Микула, протирая глаза. — На ловы собираешься?

— Слышал я ночью рев, — ответил Ант, — пойду поищу…

— Может, вместе пошли бы?

— Нет, Микула, — возраздл Ант, — на ловы иду один, ты и Виста ступайте лес выжигать.

— Добро, отче, — согласился Микула, — мы пойдем в лес. Виста уже зарыла в раскаленные уголья горнец с водой, набросала в него вяленой рыбы и соли, достала лепешки, поставила на камни перед очагом деревянную миску, положила ложки и метнулась к двери с деревянным ведром, чтобы принести воды. За нею вышел и Микула.