Чтение онлайн

– Да-а, – только и смог выдавить я, – красиво.

Впрочем, никто и не обещал проезжую трассу от Тына до…

Я вновь обернулся, с силой зажмурился и опять раскрыл глаза.

– Делли, а где же избушка?

– На месте, – как ни в чем не бывало заверила фея.

– А почему я ее не вижу? – окончательно расстроился я.

– Потому что не туда смотришь, – насмешливо бросила кудесница, и словно в подтверждение ее слов мелкая болотная пичуга, устав махать крыльями, зависла в воздухе, явно усевшись на воронец незримой крыши.

Путь через болота был долог. Часа полтора под нашими ногами появлялись новые и новые валуны, с характерным звуком исчезающие под водой, стоило нам лишь миновать их. Наконец впереди показался очередной холм, поросший плакучими ивами, свесившими над водой остролистые ветви. Чем был этот остров, берегом или же очередным местом стоянки, оставалось лишь гадать. Но тут из тинистых вод ни с того ни с сего показалась шишковатая башка немногословной проводницы. Нашарив взглядом подопечных, шишига помолчала и сообщила после длинной паузы:

– Пришли.

Мы в недоумении переглянулись. Как ни крути, пропустить такую выдающуюся местную достопримечательность, как Железный Тын, шагая по болотистой равнине, было весьма проблематично.

– Простите, куда пришли? – в недоумении спросил я.

– Куда надо. Отсюда потайной лаз на ту сторону, – сумрачно пояснила болотная тварь. – По нему и пойдете. А напоследок царь наш просил вас услужить да перенести в Затынье четыре короба с жабами.

– У-у-у! – выдохнул Вадюня, чуть не сорвавшись с валуна в болото, но на счастье пойманный бдительной феей.

– Неужели решили дань заплатить? – всплеснул руками я.

– Никакой дани! – гордо отчеканила шишига. – Жабы пойдут по главным городам Затынья, вспарывая себе животы, чтобы все, кто в дальних краях живет, своими глазами увидали, что нет там никакого золота! Нету! И быть не может!

Я молча кивнул, с почтением глядя на нелепое существо, торчащее из заплесневелой воды. Отчаянное намерение самоотверженных жаб можно было назвать бессмысленным, но все же подвигом.

– Так вы короба возьмите, – почти требовательно заявила шишига. – На ту сторону прыгать далеко, квакушки быстро утомятся. А на той стороне вас встретят.

– Ваши люди? – наивно спросил я, кивком изъявляя согласие тащить емкости, набитые самураями-камикадзе.

– Откуда ж люди?! – хмыкнула шишига, головой указывая направление нашего дальнейшего движения. – Встретят.

Шлюзовая камера, должно быть, построенная бобрами в те незапамятные времена, когда болота еще были озерами, уже пришла в ветхость и явно нуждалась в ремонте. На дне туннеля хлюпала жидкая грязь, от времени приобретшая плотность машинного масла. Мы шли, постоянно оскальзываясь и хватаясь то за стены, то друг за друга. За спиной во вместительных берестяных коробах удовлетворенно курлыкали жабы, обсуждая между собой столь вольготный метод транспортировки.

Я невольно радовался, что тьма скрывает от лишних взоров нашу экспедицию. Во-первых, сами мы сейчас представляли собой весьма безрадостное зрелище: не принцесса со свитой, а шайка бродяг. А во-вторых, я был избавлен от созерцания выражения лиц соратников, волокущих на себе самоотверженных представителей лягушачьего племени. С какого-то момента лаз начал подниматься вверх, грязь сменилась прошитой кореньями глиной, кое-где поддерживаемой деревянной крепью. Еще позже проход сузился так, что мы и вовсе были вынуждены ползти на животе, толкая перед собой короба. Должно быть, именно здесь над нами возвышался Великий Железный Тын во всем своем грозном великолепии. Наконец впереди, вселяя радость, забрезжили слабые, но вполне явственные лучики света, пробивающиеся сквозь дырчатую преграду, судя по колыханию пятен, возможно, густую листву.

– Ну, вот и дошли, – облегченно вздохнул я, ускоряя ход.

Пара белобрюхих сорок, обсуждавших последние новости, стрекоча, раскачивались на ветках густого куста, свесившегося над ямой неизвестного назначения, едва-едва видневшегося сквозь буйную зелень. Потревоженные нашим появлением, они взмыли в небо, спеша поделиться впечатлениями и об этом необычном происшествии: из-под земли, точно дождевые черви после ливня, выползли люди, да еще и с богатым уловом пучеглазых квакушек.

– Ну, в натуре, – могутный витязь Злой Бодун, ставший от пережитого еще злее, с плохо скрываемым ликованием поставил берестяной короб в траву и огляделся вокруг, – и где тут чисто те, кто нас встречает?

Вопрос был вполне резонный. Конечно, можно было удовлетвориться тем, что драконоглавые вершины, венчающие стены Железного Тына, маячат у нас за спиной, но все же жабий представитель обещал достойную встречу на этой стороне. Спрашивается, и где же она?

Я тоскливо оглянулся, пытаясь отыскать взором хоть что-нибудь отдаленно напоминающее если не группу встречающих, то хотя бы самого что ни на есть захудалого проводника. Никого. Лишь еж деловито протопал по опавшей прошлогодней листве да неугомонные сороки стрекотали во все горло, нагло демаскируя появление чужаков.

– Ничего-ничего, не заблудимся, – поспешил я успокоить утомленных подземным марш-броском друзей, чьи мрачные лица выражали явный упадок боевого духа.

Впрочем, похоже, заблудиться нам действительно не грозило. Я бы сказал, что на этот момент мы уже заблудились. Однако кто сражается, тот не побежден.

– Делли, как ты думаешь, где может находиться каменный чертог Повелительницы драконов?

– Не знаю, – удивленно распахивая глаза, произнесла фея. – Никогда у нее в гостях не была.

– Угу, хорошо-о. Давай подойдем к этому вопросу с другого конца. Насколько я понимаю, в отличие от дракона обыкновенного его мурлюкского собрата для сохранения контроля и поддержания в рабочей форме постоянно нужно подпитывать соком минеральных дров. Верно?

– Да, это так, – согласилась кудесница. – И что это нам дает?

– Сразу несколько вещей. – Я по профессорски поднял вверх указательный палец. – Первое: дальность лета мурлюкского дракона, так сказать, в автономном режиме меньше, чем у живого. Поэтому для рейдерных полетов на ту сторону Тына, если так можно высказаться» драконодромы нужно размещать в непосредственной близости от границы. Второе: разыскиваемая нами Повелительница – субъект, несомненно, реальный и могущественный, но в определенной мере и мифологический. Никто не может доподлинно сказать ни кто она, ни что она, ни где обитает. Следовательно, место ее постоянной прописки должно находиться в малообитаемом, а лучше вообще необитаемом и труднодоступном уголке.