Сыщик для феи
Шрифт:
Дорога через лес была на редкость легкой, ни дать ни взять романтическая прогулка галантных кавалеров с прекрасными дамами под шелестящим зеленым сводом парка. Деревья предупредительно убирали корни, трава стелилась под ноги, даже жуки, и те облетали стороной, чтобы не потревожить «героев, отправляющихся на подвиг». Положительно, в прогулках с лешими по чащобам был немалый резон. Единственное, что смущало, это отнюдь не геройский вид, приобретенный экспедиционным корпусом за последние дни. Но, впрочем, что уж нам! То ли дело принцессе, лишенной привычных благ цивилизации и комфорта! Однако Маша держалась молодцом, и ее свите, уж во всяком случае, надо было быть не хуже, чтобы не ударить в грязь лицом.
– Здесь такое! – рассказывал между тем младший лешак, коротая болтовней долгий путь. – В остроге карга огромные силы копит. Всех под себя гребет, ничем не брезгует. И драконы там очумелые, и единороги опоенные, и псеголовцы, и невесть кто из чужих земель. Даже вон козерогов в здешних местах тем проклятым соком потчуют, дабы научить рогами корабельные борта расшибать. Да что там твари! Вон, дубы да вязы, которые буря изломала да выворотила так, что они земельку под корнями не чувствуют, и тех на службу поставила.
– Ну а мы, стало быть, к ним и прилепились, – вставил его старший товарищ, прокладывая дорогу.
– Прилепились, – подтвердил его слова древоногий говорун. – Коли мы к древу станем, так от него нас нипочем не отличить. С тем во вражье логово и попали. Наши там еще есть, – продолжал рассказ замшелый боец невидимого фронта. – Немногие держатся, но все же не мы одни. Сами увидите.
– А ты впоспех-то не гони! – не оборачиваясь, буркнул на него старший. – Все своим чередом. До поста дойдем, там уж решим, как избавителей в чертог провести.
Долго ли, коротко ли, лесная тропка, да и не тропка вовсе, так, направление, уткнулась в проезжий тракт, спускавшийся с холма в низину, затем вновь карабкавшийся на холм, поверх которого, закрывая горизонт, мрачно, как нож гильотины, высилась непреодолимая стена Великого Железного Тына.
«Там можно» – гласила надпись на указателе, установленном близ дороги.
– Знакомый пейзаж, – хмыкнул я, указывая на деловито заостренную стрелку. – Вадим, тебе ничего не напоминает?
– Корма в натуре больше нет, – пожал плечами Злой Бодун. – Только для попугайчиков, да и тот в рюкзаке на той стороне.
– А зачем для попугайчиков? – округлила глаза Маша.
– Ну а вдруг какие типа орлы нападут?
– Ну, так орлы же едят совсем другое! – изумилась королевна.
– Я че, в натуре типа дурак, да?! – оскорбился Вадюня. – Сам знаю, что они попугайчиков едят. Но корма для орлов у брата не нашлось.
Между тем движение наше застопорилось, и мы остановились в странного вида дубраве, резко контрастирующей с окружающими деревьями бурой листвой, множеством оголенных веток и отсутствием вершин.
– Вот они, дуболомы наши, – печально вздохнул один из леших, складывая дупло в кружок и выдыхая через него протяжное: – Ку-ку! Ку-ку!
– Ку-ку-ку! – вслед ему отозвалась дубрава.
– Кажется, все спокойно, – оборачиваясь к нам, прокомментировал старый лешак.
– Так что же, все ваши? – восхитился я, наскоро пытаясь сосчитать буролистые деревья.
– Лесовик там только один, – охладил мой пыл псеголовый бунтарь. – Остальные колдовским соком опоенные. Пока мы рядом, нам повинуются, а чуть в сторону, так и не дозовешься. Ладно, пошли, нас уже ждут.
Не заставляя себя упрашивать, мы двинулись к унылому дубняку, контролировавшему дорогу к Железному Тыну. Мне отчего-то вспомнилось, что в тот день, когда мы впервые увидели перед собой эту неприступную преграду, нам уже выпала возможность наблюдать такой же мрачный безжизненный пейзаж. Аккурат на развилке, по дороге к острогу, возведенному мурлюками поперек старого елдинского тракта, красовались подобные многорукие чудовища-дуболомы. На наше счастье, их хитроумная Повелительница еще не подозревала о той роли, которую предстояло сыграть безвестным путникам. Сейчас я с опаской поглядывал на темностволых молчаливых исполинов, весьма живо представляя, какой погром может произвести в конной лаве бесчувственное многотонное чудище, управляемое чужой волей. Бездушный таран, способный двигаться, даже сгорая, да еще и оплевывая боевые порядки противника желудевой картечью. Пока что все эти подвластные неведомому злому гению орудия убийства, широко раскинув ветви, стояли неподвижно. Их можно было принять за мертвецов, каким-то чудом удерживающихся на ногах, но я спиной ощущал бездушную холодную угрозу, таящуюся в сердцевине этих тяжеловесных монстров.
Похоже, все мои спутники, кроме, разумеется, леших, сейчас ощущали нечто подобное. Они были молчаливы и опасливо оглядывались по сторонам, словно выискивая спрятавшегося в подлеске врага. Даже жабы в коробах не издавали ни звука и почти не шевелились.
– Вот и пришли, – успокоил ведомых старший лешак И тут же мы увидели еще одну корявую фигуру, скользнувшую вниз по стволу ближайшего дерева.
– Все в порядке? – касаясь земли, взволнованно спросил оставленный в дозоре собрат наших проводников.
– Сам видишь, – кивнул на нас один из лесовиков. – А тут?
– Да пока тихо. Скоро должна быть проверка постов. Сорока из лагеря новости принесла.
– Понятно. А площадной еще не приезжал?
– Нет, – покачал щепастой головой новый знакомец – Хотя уж пора бы.
Честно говоря, я не совсем понимал, о чем идет речь. Одно было ясно: услышанный нами диалог явно имел прямое отношение к тайной деятельности местного подполья.
– Ладно, – вздохнул леший, оставленный на страже, – еще время есть. Давайте пока придумаем, как пришлых спрятать.
– А чего думать-то? – отозвался младшак, по всему видать, отличавшийся неслыханной для лесного народа сообразительностью. – Я уже все удумал. В двуобхватниках дупла вона какие, по самый верх желудями забитые. Так нечисть эту долой, дупла маленько притоптать, и схрон готов. Дуболомам всяко дела нет, что там у них внутри, так что с тем в острог и войдем. Проверять-то, поди, не будут!
– Разумно! – степенно кивнул сучковатой башкой старший леший. – Вот и займись покуда. И ты тоже. – Он глянул на второго своего подчиненного. – До проверки постов надо управиться.