Чтение онлайн

Чувствуя в животе болезненный спазм страха, переходящего в панический ужас, дракон протянул пальцы к рукояти. Если меч будет против - не сдобровать зарвавшемуся Повелителю. Факт. Трухой расспышься, идиот. Куда лезешь? Куда?

– Пожалуйста.

Ладонь зависла над рукоятью. Голос дрогнул.

– Я тебя очень прошу, Амэ-но охабари. Я даже не помню, просил ли кого-нибудь в своей жизни хоть раз. Тем более так. Пожалуйста. Ради Либерии.

Пальцы коснулись клинка.

– Привет!

Хранитель резко приподнялся, голова Либерии соскользнула с его коленей, ударилась о мраморную скамью. Девушка повалилась в траву, боком. Щека прижалась к жестким зеленым стеблям. Как странно смотреть на мир снизу. Небо кажется перевернутой синей чашей, накрывающей бесконечный ковер травы. Линия горизонта непривычно изогнута и высока. Перед глазами крупные, размытые от близости, изумрудные полоски - травка? Неподалеку, как занавес, закрывающий собой почти всю сцену, колышется золотой, с кровавым подбоем плащ Хранителя. А чуть в стороне - опущенный вниз серебряный клинок. С кончика лезвия сорвалась похожая на бенгальский огонь вспышка. Широко расставленные ноги воина, обутого в классические ромские сандалии. Голос искрится задором.

– Привет! Невежливый какой.

– Ты?

Хранитель был, в самом деле, очень удивлен.

– Откуда ты взялся? Как ты рискнул взять в руки ЭТОТ клинок?

Даниллин усмехнулся.

– А у меня был выбор?

– Как ты смог? Я утопил его в камне!

– Я вежливо попросил о помощи.

– Он ненавидит Повелителей. Он создан для того, чтобы убивать! Убивать вас!

– И вас тоже.

– Ты спятил. Этот меч твой враг. Твоя смерть.

– Да. Но так случилось, что Амэ-но охабари неравнодушен к этой девочке. Он согласился помочь не мне, а ей. Разницу улавливаешь? Я просто рука, которая его держит. Вот и все.

– Как ты достал его?

– Просто. Взял за рукоять и вытащил наружу. Свинья ты все-таки, так обращаться с небесным клинком! Не стыдно?!

Ноги врагов затанцевали по траве. Хранитель мгновенно сменил облик... В роли Минотавра он чувствовал себя удобнее? Черные копыта глубоко погружались в траву. Рыжие сандалии Даниллина скользили то приближаясь, то удаляясь от белой скамьи и ничком лежащей принцессы. Плащ Хранителя взметнулся, он прыгнул. Еще и еще раз. Исчезал и появлялся снова за спиной дракона. Ни капли не обескураженный этими маневрами Даниллин кружился по траве. Меч рисовал в воздухе силовые линии серебряной сети.

– Не боишься пораниться о свой меч, Повелитель?

– Есть немножко.

– Почему ты решил, что Амэ-но охабари может нанести вред мне? У твоей подружки ничего не вышло.

– Я не она.

Враги соприкоснулись. Вспышка. Хранитель зарычал. Голос его вибрировал, рвался наружу из запрокинутой головы, рвал небесную чашу. Вокруг потемнело. Темная кровь лилась на траву, сжигая ее.

– О, нет! Нет! Этого не может случиться со мной. Нет...

– Ты был создан, чтобы хранить доверенный тебе мир. Хранить, а не превращать в полигон. Вот и доигрался. Такие дела.

Даниллин опустил меч. Отошел на пару шагов, освобождая место для падения громадного тела. Подождал. С лезвия небесного клинка текли голубые потрескивающие искры. В воздухе пахло грозой.

– О, нет...

Данииллин не ответил. Просто ждал.

– Добей меня.

Взмолился Хранитель.

– Так больно... Прошу тебя.

Он медленно оседал на траву. Чудовищная грудная клетка с жадными торопливыми всхлипами глотала воздух.

– Добей. Добей меня, дракон.

Даниллин промолчал. Медленно проползали минуты. Тело Минотавра дергалось на выжженной посреди бесконечного травяного ковра круглой площадке. Земля под ним запеклась, став похожей на темное стекло. Плащ набряк, скомкался. Страшные копыта били по воздуху, скребли по сожженой поверхности. Вот, собравшись с силами Хранитель взмолился в последний раз.

– Добей. Добей меня! Ты же воин, помоги мне уйти. Прошу.

Молчание Даниллина было страшным. Хранитель провалился в него, как в яму. Завизжал тонко и жалобно. Через несколько мгновений все, наконец, кончилось. И тотчас хлынул ливень. Ледяной, мощный. Такие принцесса видела давным-давно в прошлой жизни - по телевизору. В "Клубе кинопутешественников". Мокрые сандалии (при каждом шаге вода лилась из них) прошлепали по траве.

– Здравствуй.

Опустился на колени, положил меч. Похлопал коротко по рукояти, жест был полон благодарности. Точно боевого коня приласкал. По лезвию прошла череда свивающихся узорами ртутно-белых полос. Ответ? Попробуй расшифруй.

Принцесса почувствовала, что ее поднимают, берут на руки. Вода лилась по волосам, лицу, текла за шиворот, разодранные рубашка и камзол прилипли к коже. Насквозь мокрый герой держал на коленях девушку, сухую, как оброненное в бассейн полотенце. Хоть выжимай обоих. Бери и скручивай. Принцесса не могла пошевелиться, даже взгляд на любимом лице сфокусировать не удавалось. Дракон изрек негромко, слова терялись за жестким ритмичным шорохом падающего с неба потока.

– Вот и я.

– ...

– Думаю полюбоваться красотой твоей груди отказался бы только слепой педераст. Какое зрелище! Фантастика. Ты уверена, что я не сплю?

Принцесса попыталась съязвить, но вышло неразборчивое сипение.

– Ладно, помолчи пока.

Велел невыносимый нахал. Начисто лишенный чувства такта крылатый негодяй. Как же принцесса обозвала его мысленно? Не важно. Ерунда какая. Прикосновение обжигающих губ к холодному лбу было мимолетным и нежным.

Принцесса вдруг дернулась. Обрела голос. Попыталась встать. Заметалась.

– О! Боже! Боже!

– Что, детка? Что такое?

– Золотые руки. Их же всех покрошат в капусту! Штурм. Я отдала приказ о штурме! Сколько времени прошло? Сколько?

Даниллин посмотрел на взъерошенную мокрую птичку: принцесса пыталась запахнуть разодранный Хранителем камзол. Сообщил спокойно.

– Ли! Мы можем вернуться в тот момент из которого ты исчезла.

– Правда? О, какое счастье!

Кинулась на шею, обняла, расцеловала в щеки. Даниллин вскинул бровь.

– Не понял, ты рада, что я спасу пол сотни идиотов?

– Да. Но и мои люди тоже могут погибнуть. Золотые руки, это воинская элита. Просто так их не сомнешь. Они продадут каждую жизнь впятеро дороже своей. Точно тебе говорю.