Талисман

За окном был конец февраля. Холодный и беспросветный день вот-вот должен был прийти на смену бесконечно длинной и холодной ночи. Я проснулась в шесть утра от звука будильника в мобильном телефоне и долго не могла понять, зачем я его поставила на такое раннее время. До момента подъема на работу можно было спокойно поспать еще пару часов. И тут я вспомнила. Мысль пробила меня от макушки, пробежалась по всему позвоночнику и затрепыхалась где-то у кончиков пальцев ног. Я вспомнила, как накануне поклялась себе, что встану и начну писать книгу, замысел которой уже давно не давал мне покоя.

Я долго лежала в темной комнате и прислушивалась к пробуждающемуся холодному и жесткому мегаполису, к шороху остекленевших от мороза веток за окном, к своему дыханию. Балансируя на грани сна и бодрствования, я думала о тебе, мой читатель. Думала о том, что если я сейчас не соберусь и силой воли не вырву себя из теплой постели, то никогда не напишу о том, что живет в моих мыслях и моем сердце. Думала о том, что ты никогда не узнаешь от меня, как чувствует себя одинокий путник на полной опасностей дороге, без защиты, в неизвестном ему мире. Думала о том, что ты никогда не услышишь от меня, как важно иметь друзей и единомышленников, как долго их приходится искать, как нужно их беречь и как тяжело с ними расставаться.

Я встала. От холода и темноты, окружившей меня, в груди сжался ком, и тело покрылось мурашками. Я нащупала чапан, висевший рядом на стуле, и надела его. Взяла со стола свой ноутбук и пошла на кухню. Я пристроилась рядом с теплой батареей центрального отопления, включила компьютер. Старый ноутбук крякнул, шумно загудел и начал загружать операционную систему. От чапана и горячей батареи мне стало тепло и комфортно. Я расслабилась и, пока на экране монитора мелькали разные значки, решила поразмыслить, с чего же начать. За время существования человечества было уже сказано много слов и написано много книг. Все, что нас волнует, все, о чем мы думаем, что мы чувствуем, уже когда-то думали и переживали многие поколения людей, живших до нас. Но ведь каждый из нас проживает одну свою жизнь, непохожую на других, от начала и до конца; учась на собственном опыте и пожиная плоды своих поступков. И мои герои также стоят каждый в самом начале своей судьбы, не зная о том, что ждет их впереди.

Я снова подумала о тебе, мой читатель. Подумала о тысячах километров, которые нас разделяют. О границах, которые между нами существуют. О различных мирах, в которых мы проживаем наши жизни. Мне очень хотелось, чтобы моя книга принесла в твой мир больше радости, веры и надежды, что ты найдешь свое предназначение, твоя жизнь обретет смысл, и все мечты обязательно сбудутся. Честно признаюсь, что без тебя эта книга так бы и осталась лежать и пылиться в закоулках моей памяти. Без тебя я не испытала бы радость от творчества, на которое ты меня подвигнул.

Спасибо тебе за то, что ты есть у меня.

С любовью,

— Дильфуза, доченька, хватит гулять. Видишь — солнце садится, скоро наступит вечер. Тебе нужно поужинать и хотя бы сегодня постараться пораньше лечь спать, — в голосе матери начинали проявляться нотки нетерпения.

Мама Дильфузы, красивая молодая женщина, уже почти отчаялась уговорить свою четырехлетнюю дочь пойти домой.

— Давай еще немного поиграем в прятки! Мама, ну, пожалуйста, еще чуть-чуть, — весело прозвенел голос Дильфузы.

Ей совсем не хотелось уходить. Был теплый летний вечер. Площадку, на которой они с мамой играли, окружало плотное кольцо зеленой изгороди, создавая ощущение оторванности от внешнего мира, от дороги, по которой с шумом и грохотом проезжали машины, от пробегающих мимо людей, от кирпичных стен разноэтажных жилых домов, расположенных неподалеку.

— Теперь твоя очередь прятаться, — радостно сообщила Дильфуза.

— Хорошо, давай. В последний раз сыграем — и домой.

— Согласна! Я закрываю глаза и начинаю считать до десяти. Прячься, мама!

Девочка начала считать.

— Раз, два, три, четыре, пять… — ей вдруг показалось, что она теряет равновесие, что земля слегка покачнулась. «Это, наверное, оттого, что я слишком сильно прижала руки к глазам», — подумала Дильфуза, но рук не отвела, по-прежнему честно соблюдая правила игры: сложила свои ладошки так, чтобы к глазам не проникал свет и она не могла увидеть, куда на этот раз спрячется ее мама.

— Шесть, семь, восемь, девять, десять. Все! Я иду искать! — она убрала руки, открыла глаза и начала оглядываться по сторонам.

Что-то изменилось вокруг. Площадка для игр была все той же — округлой и обнесенной зеленой изгородью, но что-то было не так.

Дильфузе захотелось поскорее найти свою маму. Она посмотрела за скамейкой. Мамы там не было. Потом она стала искать вдоль изгороди и вдруг поняла, что же ее так удивило. Вокруг стояла абсолютная тишина, все звуки большого города разом исчезли. Не было шума проезжающих по дороге машин, никто не разговаривал, никто никого не звал, даже музыка из окна соседнего дома, которая играла целыми днями, внезапно смолкла.

«Может, окружающий мир тоже решил поиграть со мной в прятки, — подумала девочка. — Нужно найти маму, и все вернется на свои места».

Она знала, что если мамы нет за скамейкой, то спрятаться она могла за изгородью. Дильфуза пошла по кругу, заглядывая за кусты. Она прошла уже половину пути, но мамы нигде не было. Осталось искать совсем немного, и она прибавила шагу.

«Сейчас я тебя найду, мама», — подумала Дильфуза.

Она почти побежала, заглядывая за изгородь, и не заметила, как оказалась на том же месте, откуда начала свой поиск. Мамы нигде не было видно.

— Мама, ты где? — негромко спросила девочка. Свой голос показался ей оглушительно громким на фоне абсолютной тишины вокруг.

— Мама, выходи, я больше не хочу искать, — сказала она громче, разрывая тишину, которая начала уплотняться вокруг нее, сдавливая уши.

— Мама, мама! Где ты?! Ну выходи, пожалуйста! — слезы навернулись на глаза. Дильфуза больше не могла говорить, спазмы сдавили ей горло, голос пропал. Она стояла посреди круглой площадки и не могла сдвинуться с места от страха и отчаяния. Ее бросили, забыли, она осталась одна на всем свете и никогда не сможет найти дорогу домой.