Темноты
Шрифт:
Она моргнула, расстроенная.
И тогда Рас кое-что понял — Файне пользовалась обольщением, чтобы бороться с тревогой. Он криво усмехнулся. Значит, он не единственный, кто роняет своё достоинство в моменты слабости.
Дварф отдернул руку.
— В течение трёх дней, — произнёс он и указал ей на выход.
Если бы Файне сразу ушла, всё было бы хорошо, но вместо этого её взгляд быстро вцепился в него. Она небрежно потянулась к нему и схватила за руку. Девушка прижала её к своей щеке, обхватив губами большой палец. Рука задрожала; его ладонь казалось богохульственно тёмной на белой коже девушки.
После того, как она ушла, он еще долго ощущал её прикосновение.
Рас сложил пергамент, на котором была записана его мишень, и спрятал в недра своей черной рясы. Он поднёс бренди к дрожащим губам, но холодная жидкость на вкус была как пепел. Рас с шипением отбросил бутылку.
Даже выпивка сейчас не даст ему ничего. Файне все испортила.
Ему нужна была женщина, знал Рас, но не она. Не это безликое создание.
Острый взгляд дварфа упал на девушку-прислугу. У той была крохотная грудь — сойдет — и крепкий, округлый зад. Он не получит удовольствия, он знал, но выбора не было. Нельзя сказать, что он её хочет, но она определенно ему нужна.
Нужна, чтобы прогнать демонов. Чтобы забыть.
— Девчонка! — крикнул он через всю таверну. Та застыла. Он поднял почти пустую бутылку.
— Иди сюда. Выпей со мной.
Рас положил на стол золотой.
Глава 11
— Убийца-шадовар скрывается среди продажных торговцев! — кричал мальчишка-разносчик «Простой Удачи» на улице Шелков ближе к вечеру. — Стража все отрицает!
— Слухи про шадовара распускают идиоты! — кричала в ответ подстриженная под мальчика девчонка из «Друга Торговца». Она показала язык мальчишке. — В «Удаче» пишут чушь!
— Не чушь!
— Чушь!
Сердитый стражник отвесил обоим подзатыльники и разогнал по разным концам улицы. Они убежали от него, смеясь и держась за руки. Кален знал, что скорее всего они нырнут сейчас в ближайший переулок и будут целоваться, пока их никто не видит. Подростки. Мужчина покачал головой и печально улыбнулся.
— Клянусь богами, Кален, — сказал Борс. — Если ты так и будешь делать подарки этой проститутке, я буду звать её леди Дрен.
— Лелира любит читать, — ответил Кален, разглядывая книги в магазине.
— У каждого есть собственные прихоти, когда дело касается постели. Но такого я не понимаю, — ухмыльнулся Борс.
Кален закашлялся, прикрыв рот ладонью, хотя это и было по большей части притворством. Вчерашняя слабость прошла, но он до сих пор чувствовал онемение по всему телу. Как в любой иной день.
Они остановились на улице Шелков возле магазина под названием «Загадочное прошлое», в котором Кален был постоянным покупателем. Дело тут в течение века пошло в гору: в магазине продавали чудные вещи, антиквариат и книги с преданиями о старом мире. Под нервным взглядом продавца Кален пробежался глазами по названиям книг на столе.
У них с Борсом сегодня был выходной, и, как было заведено, Борс позвал Калена в его любимое заведение — «Улыбающуюся Сирену». Кален знал, что это, по большей части, являлось предлогом для того, чтобы выудить у него что-нибудь об Арэйзре. Кален не видел свою начальницу сегодня — с утра её на службе не было — но он не собирался давать понять, что как-то обеспокоен этим фактом.
Кален постарался выбросить мысли о ней из головы и перевёл взгляд на лежавшие перед ним книги.
Хотя все лежавшие перед ним книги в триста или даже больше страниц были любовными романами, но и они меж собой различались. Были те, которые заставляют читателя задуматься («Закованный Человек из Эрлказара [29] », «Кровавая Королева Кюрта [30] ») и исторические («Возвращение Шейдов», первые два тома серии «Теней»), пикантные («Нерассказанные личные истории: Смеющиеся Сестры [31] », «Блудливая Королева-Колдунья [32] ») и откровенно непристойные («Любовники Леди Алустры: Исповедь», «Семь Сестер на Семь Ночей», «Завоевания Торма»). В последней речь шла не о боге правосудия, а распутном авантюристе прошлого века.
29
Эрлказар— это небольшое королевство, расположенное на юго-западе Фаэруна. Днём там царит тишь, да гладь, да божья благодать, а по ночам на охоту выходят полчища вампиров. Жуткое местечко.
30
Лес Кюртдо Магической Чумы располагался в регионе Озера Пара. Различные Пограничные Королевства на протяжении уже нескольких веков бьются за контроль над этой местностью, в результате чего Лес Кюрт медленно превращается в пустыню.
31
Тут идёт отсылка на знаменитых Семь Сестёр — Избранных Мистры, богини магии, не превзойдённых по своему магическому мастерству.
32
« Королевой-Колдуньей» прозвали Симбул, одну из Семи Сестёр, правительницу Агларонда.
Кален, конечно же, увидел «Серебряного Лиса» за авторством Ариты вплоть до восьмого тома, «Лис в Анорохе [33] ». В литературных кругах уже на протяжении нескольких месяцев ходили слухи о грядущем девятом томе, «Лис и Голубой Огонь».
Кален выбрал одну книгу и заплатил торговцу пять серебряных. Положив книгу в сумку, мужчина поправил лямку у себя на плече. И он, и Борс были без брони, но в плащах Дозора Глубоководья — характерный знак на спине отбивал у продавцов желание обмануть их.
33
« Анорох» или Пустыня Анорохзанимает центр Фаэруна. По сути, Анорох списан с пустыни Сахары — пески, барханы и тому подобное. В небесах Анороха парит центр вернувшейся империи Нетерил, город Тултантар.
— Ну? Какое? — Борс подмигнул хихикнувшей дочери продавца.
— В смысле?
— Какое произведение литературного искусства Лелира будет читать этим вечером, парень? — спросил Борс. — Про пиратов, не? Я слышал, что девочки в последнее время балдеют от пиратов.
— Со всем уважением, сэр, — парировал Кален, — Вы читать-то хоть умеете?
— Ха! — Борс хлопнул его по спине. — Пойдём уже.
Пока они шли в «Сирену» ,духота на улице переросла в небольшой дождь, пролившийся на пыльные улицы. Погода не могла определиться, как себя вести, и было непонятно: то ли зима ещё не кончилась, то ли весна не спешит начинаться. С запада подул ветер.
— Вечером с моря пригонит туман, — рассудил Кален.
— Дурость! — ответил Борс и развёл руки. — Ты слышишь это, Глубоководье? Дурость!
Кален лишь улыбнулся и тихо кашлянул.
Был уже вечер, начался дождь — лавки потихоньку сворачивались. Уличные фонарщики — как правило, вышедшие в отставку дозорные — зажигали фонари, поднося подожжённые длинные шесты к пропитанным рыбьим жиром фитилям. Народ скоро заполонит улицы возле ворот, которые закроются на ночь.
— Мне непонятно, — сказал Борс, куснув яблоко, — почему ты ходишь по борделям, когда ты абсолютно бесплатно можешь отхватить такой лакомый кусочек, как Рэйз.
Кален не стал отвечать.
— Как Арэйзра с Таланной? — перевёл он тему.
— Ты про вчера? Ба, — Борс чиркнул огнивом и зажёг содержимое трубки. — Таланна снова упала, но сейчас на ней хотя бы было долбаное кольцо. Полежит несколько дней в храме Торма, выздоровеет, но с ней будет все в порядке — девчонка покрепче дракона будет, — мужчина выпустил длинную струю дыма. — Уверен, грёбаный «Менестрель» к утру уже успеет настрочить историю, где весь Дозор будет выглядеть сборищем дураков. А, пошло оно все.