Чтение онлайн

Даралас и в самом деле выглядел куда лучше, чем раньше — смущен, но уже не обдумывает способы самоубийства. Увидев, как он смотрит на любое оружие, только дурак не догадался бы, чего он жаждет. Потому Свамбо и не отходил от принца ни на шаг, что понял — нельзя оставлять парня в одиночестве, не то обязательно учинит что-нибудь над собой. И не только он это понял, отец Гремед тоже — он с явно заметным одобрением следил за действиями кенийца. То и дело мелькал поблизости, задумчиво поглядывая на Дараласа со Свамбо. Вот и сейчас священник стоял неподалеку и удовлетворенно улыбался. Заметил, что эльф выглядит получше.

— Как у вас все странно… — едва слышно сказал Даралас.

— Иначе, чем в Аллиане? — приподнял бровь Свамбо.

— Совсем иначе… — вздохнул эльф. — Девушки ваши хотя бы… У нас, чтобы внимания такой красавицы добиться, я бы несколько лет ухаживать должен был, да и то — кто его знает. Всю душу бы вымотала сперва, наиздевалась всласть, и это несмотря на мое положение, полюбить ведь не способна в принципе. Изредка случалось и по-другому, конечно, но это значило только, что леди с моей помощью хочет чего-то добиться от Друга Леса и платит за это своим телом. А здесь мало того, что сама пришла, так ей еще и ничего от меня, кроме ласки, не нужно было… Да и остальные девушки просто тепла хотят, я же вижу, не слепой.

— Обычаи другие, — улыбнулся кениец. — Всего лишь.

— Не только в обычаях дело, — закусил губу Даралас. — Тут что-то большее. Как-то у вас все по-доброму, что ли?.. Я ведь вчерашний враг, а принимают, как своего, как родного. В какой дом ни зайди — за стол усадят, здоровьем поинтересуются, накормят, напоят, спать уложат. Да и между собой. Помогают друг другу. Вон, как вчера молодым дом всем миром строили…

Вспомнив этот эпизод, Свамбо согласно кивнул — прав эльф, ох как прав. Незадолго до землянина в Пьяную Падь пришел молодой тог-охотник из Ярвага. С какой стати он перебрался в Урх-Даргад, да еще на самую границу с Тарнией, никто не знал. Изат, как звали парня, о своем прошлом не распространялся, а расспрашивать селяне не стали — захочет, сам расскажет. Ему приглянулась местная девушка, наполовину дварфа, наполовину альва, и тог посватался — естественно, у невесты был внебрачный ребенок, кажется, от гнома. Бездетные, как уже говорилось, замуж не выходили. Жила полудварфа у родителей. Сразу после свадьбы селяне собрались и выстроили молодым большой дом, поделились всем необходимым, помогли обустроиться — у охотника ничего не было, кроме нескольких золотых монет, но денег с него никто не взял. Случившееся говорило о многом, однако выводов делать Свамбо пока не решался. Надо сначала посмотреть, как живут в городах — там обычно все иначе, чем в деревнях.

— А у вас разве не помогают? — поинтересовался он.

— У нас?.. — горько усмехнулся Даралас. — Говорят, в дальних селениях тоже помогают, дружно живут, но я сам не видел, не могу судить. Только столицу знаю и дворец отца, хоть и бывал в лесу. А во дворце такой гадючник, что слов нет. Каждый сам за себя, каждый стремится подгадить ближнему. Мне еще повезло, что принц, передо мной только лебезили, поливая соперников грязью. Но это так противно…

— Не могу представить, — честно признался Свамбо.

— Повезло… — поежился эльф. — Я хотел бы жить так, как здесь живут. Пусть просто, зато с душой! Но…

Его плечи опустились, в глазах появилось отчаяние.

— Что?

— Как я могу после того, что сотворили наши?! — у Дараласа тряслись руки. — Как?!

Свамбо удивленно смотрел на него, и эльф понял молчаливый вопрос. Он опустил голову и тихим, срывающимся голосом начал рассказывать.

Уставший после боя наследник престола с удовольствием потянулся. Победа! Прорвали все-таки оборону темных, сработал его план! Отец может гордиться им! Да и гордится — по взгляду Друга Леса, обращенному на старшего сына, это было заметно. Неудивительно, уже много лет силы Светлого Совета не могли продвинуться дальше, увязнув перед стенами укреплений на границе Тарнии с Урх-Даргадом. Именно он, Даралас, придумал, как обойти их при помощи десяти этериэ, поставивших завесы невнимания в указанных принцем местах. В итоге несколько десятков рейнджеров перебрались через стены и уничтожили не ожидавший нападения гарнизон крепости, открыв ближайшие ворота. И эльфийские полки двинулись вперед, застав врага врасплох. Даже деревню какую-то захватили вместе со всем населением, что случалось крайне редко — обычно селения находили пустыми. Темные слишком хорошо знали, что с ними сделают сопровождающие войско отряды святой Инквизиции.

Вспомнив деревню, Даралас недовольно поморщился — все-таки слишком жестоко поступили инквизиторы с ее жителями. Всех людей, орков, дварфов, темных эльфов и полукровок загнали в большой дом, облили его нефтью и сожгли несчастных заживо, расстреливая из луков пытающихся вырваться из огня. Принц тяжело вздохнул — что ж, война дело жестокое. И если не уничтожать темных, то…

«Хоть самому себе не лги… — оборвал он свои мысли. — Сам знаешь, что темные никогда не нападают первыми, что они только обороняются!»

К чему тогда эта война? Да, эльфы должны стать старшим народом мира, но почему такой ценой? Почему не добиться уважения других добротой, мудростью и мастерством? Зачем обязательно нужны реки крови? Кому понадобились боль и ужас тысяч разумных? Свету? Сомнительно. Эти вопросы с детства не давали Дараласу покоя, но задавать их наставникам после нескольких попыток он уже не рисковал — был очень жестоко наказан, несмотря на то, что наследный принц Аллиана. С тех пор его высочество размышлял самостоятельно, не делясь ни с кем своими сомнениями. Учителя не могли нахвалиться на него, говоря Другу Леса, что из его старшего сына на глазах растет гениальный полководец — тактические находки Дараласа были настолько необычны, что опытные военачальники впадали от них в ступор. Не поверив, Керолас II устроил внеплановые учения, отдав принцу один полк из восьми. И тот с этим полком легко разбил остальные семь, хотя командовали ими лучшие из лучших. С этого дня Дараласа начали привлекать к разработке реальных военных операций против темных. Однако в битву Друг Леса отпустил наследника, только когда ему исполнилось двадцать пять — первое совершеннолетие для эльфа.

Вздохнув, Даралас направился к помосту, на котором установили походный трон отца. Тот говорил, что предстоит еще какое-то не слишком приятное дело. Но какое? Взрослых темных в деревне не осталось, только маленькие дети, даже подростков перебили. Друг Леса указал на низенький стульчик у трона, и принц послушно опустился на него. Керолас ласково потрепал сына по серебристым волосам и негромко сказал:

— Ты истинный перворожденный Дома Лунного Серебра. Это твоя победа, мальчик мой! Я горжусь тобой.

— Я старался! — расплылся в улыбке Даралас — похвала отца многого стоила.

— Сейчас нам нужно сделать еще кое-что, — по искусанным губам Друга Леса было ясно, что ему сильно не по себе. — Это страшно, но необходимо. Учись принимать тяжелые решения, сын мой. Повелителю иначе нельзя.

— А что будет?

— Увидишь, — буркнул Керолас, и махнул рукой кому-то. — Начинайте!

Переведя взгляд на деревенскую площадь, Даралас увидел две огромные ямы, заполненные облитыми нефтью дровами. Он растерянно замер, не понимая, что происходит. Зачем все это? Кто-то бросил в ямы факелы, и над ними взвилось пламя. А затем рейнджеры элитных эльфийских отрядов потащили из домов выживших детей. Принц задохнулся от ужаса, увидев, как капитан Эриланас, которого он до этого дня безмерно уважал, со смехом швырнул в огонь мальчика лет трех. Над площадью взвился отчаянный детский крик, но вскоре стих. А эльфы бросали и бросали в ямы ребятишек. Одного за другим.

— Отец… — простонал Даралас, вскакивая — Это же дети! Так же нельзя!!!

— Это не дети! — отрезал тот. — Это — темное отродье, не имеющее права на жизнь! Так должно, сын мой!

— Отец… — повторил принц, неверяще глядя на безжалостное лицо Кероласа, так похожее на его собственное.

— Сядь и смотри! Не строй из себя невинную девицу!

— Остановите это!

— Сядь, мальчишка! — рявкнул Друг Леса, гневно сверкнув глазами. — Вечером поговорим.

Когда Даралас понял, что отец не собирается останавливать кошмар, в его душе что-то оборвалось. Какая-то черная, промозглая пелена закрыла взор, дыхание перехватило — те, кого он любил и уважал, хладнокровно жгли заживо маленьких детей… Да как же это?.. Как они могут?! Всемогущий Свет! Принц захрипел, выхватил меч и рванулся по ступенькам вниз, надеясь спасти хоть кого-нибудь.