Чтение онлайн

После гибели лошадей на четверых у нас остался один котелок, немного копченого мяса и три фляги воды. Ламберт ненадолго скрылся в лесу и, вернувшись, высыпал нам по жмене ежевики, так что опостылевшее мясо мы слегка подкислили лесными ягодами и двинулись дальше. Хотя дальше, это довольно расплывчатое понятие, потому что лес всюду был одинаковый. На мой взгляд. Те же деревья, кусты и трава, что и раньше. Да, вот это дерево покосилось сильнее остальных, да, эти кусты гуще, а эти реже, да, здесь трава выше, а здесь зеленее, но это были мелочи. Пейзаж не менялся и, останься я в лесу в одиночестве, заблудился бы в два счета. Кружил бы в трех соснах, пока не рухнул от усталости. Куда лучше я ориентировался в городе, где хотя бы улицы, проспекты и дома можно было запомнить, а не сравнивать дерево и дерево. Но Пауль уверенно вел нас через лес, находя дорогу по ему одному известным приметам.

Солнце перевалило за полдень, когда лес вокруг внезапно изменился. Когда я поднял голову, чтобы посмотреть наверх, то не смог увидеть, где кончаются кроны деревьев. Деревья в один момент стали выше, толще в обхвате, трава гуще и ярче, а далекое небо такого пронзительно-синего цвета, что перехватывало дыхание.

— Пришли, — объявил Пауль, касаясь рукой ствола гигантской сосны. На земле такие называют корабельными. Рядом росла лиственница в обхвате не намного уступающая этой сосне.

— Это и есть Зеленый Лес?

— Он самый, — кивнул Ламберт. — Никто не знает, почему он так разительно отличается, но есть легенды, что есть в этом лесу сила, которая заставляет деревья расти выше, а траву гуще.

— Хранительница?

— Возможно, а возможно кто-то еще более древний. Хранительница всего лишь следит за порядком в лесу, хотя никто не знает ее истинных возможностей.

— И что теперь? — вопросы сыпались из меня как из рога изобилия. Все утро меня била мелкая дрожь — Видящий Суть где-то в лесу и пусть шанс наткнуться на него не так уж и велик, боюсь, я не смогу себя сдерживать, если эта встреча произойдет.

— Теперь можно целенаправленно начать искать эльфов, — задумчиво сказал Пауль, изучая ползущую по коре божью коровку. — Но по-прежнему остается открытым вопрос, что мы можем им предложить взамен.

— Я предложу не сжигать их лес, — хищно усмехнулся я, потому что наконец-то понял, что жреца Драгора я найду рядом с остроухими ублюдками. Раз он так пытается стравить людей и эльфов, то нужно начать с тех, кто падок на лесть.

Найдя небольшую поляну, мы остановились передохнуть. Развели небольшой костер, и, нацепив на прутики остатки хлеба, принялись неторопливо его поджаривать. Над поляной поплыл вкусный запах.

— Пора двигаться, — пробормотал Пауль, когда с хлебом было покончено. — Что-то мы и так засиделись.

— Да, пора, — кивнул Ламберт.

Но никто не двинулся с места. Кира клевала носом, да и сам я почувствовал внезапную усталость. Шевелиться не хотелось абсолютно, руки и ноги стали словно ватные.

— Что происходит? — еле ворочая языком, проговорил шут. — Я не могу пошевелиться.

Я хотел ответить, что у меня такие же проблемы, но не смог. Веки мои закрылись, и я провалился в тяжелый, неприятный сон.

Проснулся я от чувства смертельной опасности. Очень вовремя раскрыл глаза, чтобы увидеть летящее мне в лицо лезвие топора. Резко откатившись в сторону, я вскочил на ноги. Топор ушел в почву и Пауль рывком выдернул его, разбрасывая по сторонам пучки травы.

— Ты чего, рыцарь? — удивленно спросил я, чувствуя, как в груди поднимается ледяная ярость. Решили убить меня спящим? Ну, вам это даром не пройдет.

— Ш-ш-ша, — размахнулся рыцарь из-за спины и вновь рубанул меня наискосок. Глаза его светились красным светом. — Я тебе, самозванец, кишки сейчас выпущу.

Отскочив от обезумевшего Пауля, я не стал вытаскивать нож. Вместо этого зажег на своих ладонях зеленое пламя и хищно улыбнулся. Справа послышался шорох, и я с удивлением увидел Киру, роющуюся в моих вещах. Чуть дальше с земли поднимался Ламберт, и сверкающая в его руках сабля не предвещала ничего хорошего.

— Ах так, — расхохотался я. — Ну сейчас вы все узнаете, на что способен некромант.

В моей руке вспыхнул Молот Забвения, и я уже намеревался опустить его на темя Киры, чтобы не трогала чужое добро, но меня вновь отвлек топор рыцаря. Размахивая своим грозным оружием, Пауль теснил меня с поляны, а я все никак не мог выгадать, чтобы ударить заклинанием.

Отшатнувшись в очередной раз от серебристого лезвия, я ударился спиной о древесный ствол и уже хотел рвануться вперед, чтобы контратаковать, как вдруг почувствовал, что дерево подо мной прогнулось и… сделало шаг назад. От изумления я едва не выронил Молот. Пинком оттолкнув Пауля назад и резко обернувшись, я увидел, как из ствола на меня пялится большой, с виниловую пластинку глаз. На меня накатила волна магии и злости, но я уже сообразил, что происходит и повесил свою любимую ширму.

Не раздумывая, я шарахнул по странному стволу Молотом Забвения и обернулся, чтобы парировать удар Ламберта, но удара не последовало. Едва странное дерево в мгновение ока засохло там же, где и стояло, шут так и замер с занесенным клинком. С глаз его словно сняли мутную пелену. Рыцарь стоял рядом на четвереньках, потирая затылок. На голове у него вспухала солидная шишка.

— Что это было? — удивленно спросил шут, опуская шпагу. — Я… Темный, богами клянусь, это был не я.

— Знаю, — я погасил магию. — Что-то заставило нас сражаться друг против друга. Кира, прекрати! Я знаю, что сейчас ты это специально делаешь.

— Извини, — воровка смущенно улыбнулась, делая вид, что продолжает копаться в моих вещах. — Хотела увидеть твою реакцию.

— Зараза, — выругался Пауль, поднимаясь на ноги. — Меня аж трясет всего. Темный, я же тебя чуть не угробил.

— Не угробил и ладно, — отмахнулся я. — Давайте уже уйдем с этой поляны. Похоже Зеленый Лес не слишком рад гостям.

Мы двинулись дальше, нарушая тишину леса лишь легким шорохом. Словно тени, мы скользили по лесным тропам на северо-восток, распугивая лесных жителей. Пара зайцев, правда, удирали не слишком быстро, за что и поплатились. И хотя мясо уже опостылело, запеченная зайчатина была великолепной и после обеда мы, полные сил, отправились дальше.

Рыцарь взял высокий темп, иногда и вовсе переходя на бег. Десять метров шагом, двадцать легким бегом. Таким образом, мы двигались значительно быстрее, при этом практически не тратя сил. Я отвлекся от созерцания лесной природы и вновь попытался смешать некротическую магию с любой другой, но снова ничего не получилось. Было такое ощущение, что я пытаюсь пройти сквозь бетонную стену. Хотя через бетон наверное было бы пройти проще. Вернусь на землю, обязательно попробую и сравню. Перед моими глазами был такой клубок разноцветных нитей, что рябило в глазах и выделить из него огонь или землю можно было только с помощью ножниц.