Тень спрута
Шрифт:
— Можно еще десант высадить, — усмехнулся Кевин. — По Сети.
Ахмед молча обнажил крупные белые зубы. Астархан только рукой махнул.
— Сейчас, — сказал Пак. — Сейчас он нас атакует.
— Кевин, — пробормотал Роберт. — На всякий случай… ладно?
— Всегда готов, — улыбнулся Кевин. — Да только я не думаю…
Закончить фразу ему уже не удалось. Рубку затопил ярчайший белый свет, а потом наступила полная темнота. Макаров попробовал было пошевелиться, но тут же понял, что шевелиться ему нечем. Ну вот, подумал он. Испытания закончены, Ах Таг сдержал свое обещание. Теперь надо будет заняться повышением шпионской квалификации.
— Что это было? — услышал Макаров слабый, но вполне отчетливый голос Астархана.
— Сверхсветовой газовый выброс, — ответил Роберт. — Сейчас мы в режиме декомпозиции.
— Это я заметил, — сказал Астархан. — А дальше что? Каждый раз на элементарные частицы разваливаться?
— Можно упреждающий удар попробовать, — предложил Роберт. — А так — никакая защита не выдержит. Шутка ли — газовое облако массой с Плутон!
— Хорошо, — сказал Астархан. — Попробуем упреждающий удар. Кевин, почему мы так долго?
— Помехи, — ответил Кевин. — Сейчас стабилизирую.
Почувствовав под собой стул, Макаров облегченно вздохнул. Все-таки находиться в собственном теле было куда приятнее, чем болтаться в пустоте в виде бесплотного духа. Качнув головой — надо же, опять цел! — Макаров уселся поудобнее и огляделся по сторонам.
Шестиугольная станция когаленцев все еще болталась в центре экрана. Окружавшую ее черноту по-прежнему пронизывали тонкие координатные линии — даже применив супермощную бомбу, когаленцы не спешили снимать блокировку пространства. А вот справа и слева, к немалому удивлению Макарова, появились еще два космических корабля — похожие друг на друга, как близнецы, они висели над головой, образовав вместе с «Рифеем» равносторонний треугольник.
— А это кто? — спросил Макаров.
— Черт, — вырвалось у Кевина. — Вроде бы все рассчитал!
— Пак, — сказал Астархан. — Это тоже мы?
— Так точно, — кивнул Пак. — Рифей-два и Рифей-три, как я их пока что назвал.
— Предполагаемое время жизни? — спросил Астархан.
— От шести до двадцати минут, — ответил Кевин. — Может быть, больше. Проклятые помехи!
Декомпозиция, догадался Макаров. Разбирали один «Рифей», а собрали обратно три. Вот только при чем здесь время жизни?!
— Петр, — негромко сказал Макаров, наклоняясь к Карацупе. — Время жизни — это у кого?
Карацупа повернулся к Макарову и растерянно пожал плечами:
— У виртуальных копий, конечно. Обычно их время жизни не превышает резонансного, десять минус в десятой… Чтобы несколько минут — это действительно должны быть очень сильные помехи!
— А как узнать, — спросил Макаров, — какая копия виртуальная, а какая — нет?
— Очень просто, — ответил Карацупа. — Та, которая останется, — настоящая.
3.
Ну вот, подумал Макаров. Теперь нам точно кранты. Всего один шанс из трех!
— А не может быть так, — спросил он, немного подумав, — что все три копии — виртуальные?
Карацупа покачал головой:
— Нет. Если три копии виртуальные, значит, должна быть четвертая. Настоящая!
— Понятно, — сказал Макаров. — Как ты думаешь, мы — настоящие?
— Да какая разница, — махнул рукой Карацупа. — Который «Рифей» останется, на том и полетим!
— Как же это мы на нем полетим, — Макаров ткнул пальцем в потолок, — если выяснится, что мы — виртуальные? Распадемся, а дальше другие полетят!
— Какие еще другие? — удивился Карацупа.
— Другие «мы», — пояснил Макаров. — Например, с «Рифея-два»!
— Да нет, — улыбнулся Карацупа. — Ты не так понял. Нет там никаких «других нас». Мы же и есть, просто в параллельных телах. Никогда не пробовал, что ли?
— Нет, — качнул головой Макаров. — Не пробовал.
Он отодвинулся от Карацупы и мрачно покосился на потолок. Надо же! Параллельные тела! Интересно, сколько их можно сделать? И как потом вспоминать, какое чем занималось?
— Астарханы! — услышал Макаров голос своего шефа. — Есть предложение считать меня главным!
— Кто успел, — ответил другой Астархан, появляясь по левую руку от настоящего в виде полупрозрачной голограммы, — тот и съел. Договорились!
— Я тоже вам компанию составлю, — заявил третий Астархан, чья голограмма зажглась буквально у Макарова перед носом, — экспериментаторы хреновы. Минут десять у нас точно есть, так что давайте совещаться!
— Прошу прощения, — вежливо заметил Пак, — но мне кажется, что бой еще не закончен. Обратите внимание на странное поведение наших противников. По всем параметрам выходит, что когаленская станция готовится к экстренному прыжку!
Действительно, изображение станции заметно расплылось и подрагивало, словно в сильном потоке перегретого воздуха. Макаров почесал в затылке и задал вопрос:
— За подмогой, что ли?
— За какой подмогой?! – возмущенно воскликнул Ахмед. — Как они эту подмогу обратно доставят?!
А ведь и верно, сообразил Макаров. Если станция уходит, то с ней и приемная часть телепорта теряется. Обратно когаленцам придется уже с разбросом прыгать, а Метро сюда пока что не провели. По всем правилам звездных войн — сдача системы!
— А может, они просто струсили? — предположил Роберт. — Супероружие применили, а у врага вместо одного корабля целых три оказалось?
— На провокацию похоже, — заметил Астархан-три. — Фактически, что теперь получается? Что мы эту систему захватили. Теперь без толку на частную собственность ссылаться — агрессия налицо!
— Чья агрессия? — забеспокоился Макаров. — Наша? Звездной России?!
— Наша, — усмехнулся Астархан-два. — Только не Звездной России, а мятежного корабля «Рифей», захваченного группой рипсовых наркоманов. Эскалационный сценарий, вариант «Баунти».