Чтение онлайн

Кроваво-красная дорожка уже была приготовлена. Она вела к парадной мраморной лестнице, где стояли нарядные рунаборгские гвардейцы. Или же снеговики, как называл их Дорий.

Здесь же неподалёку расположился оркестр.

Из внутренних ворот замка вышел строй агеноридских солдат в черно зеленых мундирах. Маршируя, они приняли построение по правой стороне ковровой дорожки.

— Равняйсь! — скомандовал Эйрингросс.

Он медленно прошел мимо них. Каждый отдал ему честь. Дорий заметил, что при его приближении солдаты странно морщатся.

— В чем дело солдаты? Что-то не так?

— Никак нет, господин главнокомандующий! — ответили все как один.

«А, должно быть дело в моем парадном мундире. Чертова тряпка!» — подумал Дорий.

И действительно, золотой мундир, отражал солнечные лучи не хуже зеркала.

На мосту, пуская дым из трубы, показался удивительный самоходный экипаж. Его сопровождало шестеро кавалеристов. Экипаж приблизился к дворцу. И лишь только он остановился, прогремели барабаны, загудели трубы. Эхо многократно отскочило от стен дворца и, исказившись, разнеслось по площади, придав церемонии странный, мистичный оттенок.

Лакеи изящно подкрались к дверям экипажа и попытались открыть их. Но у них это не получилось. Это их очень удивило. Внезапно дверь громко щелкнула и хаилин, что сидел внутри, сам вышел из экипажа. Представший всем собравшимся был не кем иным, как Бироном Бененгреем. Благородный серый волк средних лет. Он, как всегда, создавал впечатление успешного, уверенного в себе зверя.

По толпе придворных прокатился изумленный вздох и люди зашептались. Однако их прервали трубачи. Звуки труб вновь разнеслись эхом по площади. Лишь только оно стихло, грянул гром выстрелов. Это строй солдат стрелял в воздух, приветствуя гостя.

Затем оркестр начал играть. Двое гвардейцев вышли из строя и в их сопровождении, представитель под звуки марша проследовал к мраморной лестнице, где стоял наместник Истериан. Его белый фрак и голубой плащ светились в солнечных лучах.

— Мы рады приветствовать вас, во дворце, Бирон Бенегрей! — начал он. — И пусть вас не омрачает, что его величество Леопольд IV Конин Арде, не может присутствовать на этом приеме. Я уверен, что он был бы бесконечно рад лично встретить вас. Заверяю вас, мы представители «новой веры», сделаем все, чтобы в Агенориде вы чувствовали себя как дома.

— Благодарю, вас господин наместник и всех собравшихся. Это великая честь не только для меня, но и для моей страны.

Началась церемония поднятия флагов. В жарком южном ветре, под торжественную музыку развивалось два флага: черный флаг Осванны с изображением священного белого моста и бело-голубой флаг рунаборга. На нем был изображен парящий голубь мира, несущий в клюве пшеничный колос. Белая полоса значила снега севера, а голубая полоса сверху, безмятежное небо.

«Хотел бы я видеть на его месте совсем другой флаг — Агеноридский», — с грустью подумал Дорий.

Все проследовали во дворец. Там в зале с давно пустовавшим троном на столе лежала огромная книга. Она была заперта на кованый латунный замок.

Бирон Бененгрей торжественно вручил наместнику Истериану, как формальному главе государства верительные грамоты. Наместник Истериан же вручил представителю огромный золотой ключ — один из символов новой веры.

Дальше была церемония открытия книги — второго символа новой веры. Бирон Бенегрей вставил ключ в замок, повернул его и открыл книгу. Перед собравшимся предстали золотые страницы нового священного писания.

Наместник произнес еще одну торжественную речь с религиозным смыслом и пригласил всех собравшихся к столу, где сказал еще многое.

— Прекрасен тот факт, что ваше прибытие, совпало с проведением крупнейшего за всю совместную историю Рунаборга и Агенориды парада, — сказал он. — Надеюсь, что этот парад, также послужит ключом к открытию нового этапа отношений между Рунаборгом, Осванной и Агеноридой.

Хаилин ответил:

— Я уверен, что парад Рунаборгской теократии, послужит предзнаменованием, продолжительного и взаимовыгодного сотрудничества, между нашими странами. Надеюсь, что все разногласия и трудности, возникшие в последнее время, удастся разрешить взаимовыгодно.

Решению разногласий было отведено особое время. Настало три часа дня, наместник, представитель, главнокомандующий армией Агенориды, грегорбоннский бургомистр и еще несколько человек собрались в небольшой уединенной зале для переговоров.

Темный зал освещала огромная люстра с газовыми рожками. Стены украшали щиты с гербами всех Агеноридских владений, а в конце зала стояли выше человеческого роста часы с маятником. Центр комнаты занимал длинный, темный стол, окруженный десятью креслами. Когда-то здесь собирались бургомистры и князья Агенориды.

Наместник Истериан Пьескуиндор чуть отодвинул кресло с высокой спинкой, принадлежавшее императору и сел во главе стола. Позади него висел пустой щит. Когда-то на нем красовался герб империи Теллуров — золотое древо с пасущимися под ним животными. Старый герб спешно удалили, а новый — Рунаборгский, нарисовать еще не успели.

Бирон Бененгрей и Дорий Филипп Эйрингросс сели в кресла с противоположной стороны стола, в оппозиции. По правую руку от наместника сел бургомистр Грегорбонна — Джон Граег, а по левую село трое других людей. Про них Дорий знал только то, что все они были подменными дворянами. Два кресла остались пустыми.

— Господин, Эйрингросс, Господин Бененгрей и остальные присутствующие, объявляю первое заседание, чрезвычайной комиссии по решению Грегорбоннского инцидента открытым. И сразу передаю слово господину, Бирону Бенегрею, новому представителю Осваннской промышленности.

«Он, уже заведомо называет это аварией, — подумал Дорий. И будет пропихивать это Бененгею».

— Благодарю вас, наместник, — заговорил Бирон Бенегрей. — Прошло более 30 лет с момента появления первого осваннского предприятия на территории Агенориды. За это время было открыто 18 крупных фабрик и 9 заводов, добыто более 700 тысяч могм группинита и 900 тысяч могм траумарина, а число произведенных едениц продукции в потребительском сегменте исчисляется милионами экземпляров. Совместная агеноро-осваннская продукция, в Валлервене приобрела репутацию качественной и надежной. И это не может не радовать. Однако… — Бирон Бененгрей недоговорил фразы и взглянул на Джона Граега — бургомистра Грегорбонна. Его, видимо, больше интересовала не речь, а темная лакированная поверхность стола. Бургомистр методично водил по ней ногтями, отчего раздавался мерзкий скрипящий звук. Бургомистр поймал на себе взгляд волчих глаз и моментально вжался в спинку кресла.