Тень Земли
Шрифт:
Саша постучал в дверь. Подозрительный голос Фрэнка спросил:
– Кто там?
– Свои.
Дверь открылась, пропуская их.
– Что у вас тут за балаган?– спросил Саша, переходя за порог.
– Не знаю, мы не выходили. Ну, что?– ответил Жан.
– Транспорт будет,– ответил Андрей, когда вошёл и закрыл за собой дверь. Тише не стало.– Завтра на рассвете отправляемся.
– Только бы выспаться…– ответил француз.
– Не думаю, что они смогут так долго,– указывая назад, сказал Булдаков и усмехнулся…
День двадцать восьмой.
О. Эртикноу, Хевимская Империя.
Утренний город был совсем иным, нежели тот, что встретил их вчера: он поражал своей тишиной и покоем. Морозный утренний воздух был прозрачен. Лиловые лучи просыпающейся звезды только-только загорались на горизонте, чтобы вскоре осветить спящий город. Пожалуй, нет ничего лучше, чем идти по тихим улицам и глядеть в небо, когда никакие заботы не отвлекают от красоты природы, и впереди лежит целый день. Саша не видел ни одного знакомого созвездия, но всё же что-то в душе шевельнулось, напомнив о детстве. Он вспомнил родной Новгород, его древний кремль и Софийский Собор, памятник тысячелетию Руси, как пришедшие в наше время весточки из прошлого. Здесь прошлое было вполне реально: редкие прохожие, облачённые в туники, крохотные грязные домишки.
Порт в контраст шумел. Не было вчерашней сутолоки, но всё же, то тут, то там проходили люди, звучали окрики, приказы. Ветер пригнал морской воздух, Александр поёжился: становилось слишком холодно. Они направились к причалу, где их должен был ждать транспорт.
Саша пожалел, что у него не фотоаппарата. При рассвете в корабле было что-то сказочное. Он словно сошёл со страниц книг и теперь величественно покачивается на волнах. Лучи играли, отражаясь от корпуса, и рисовали на нём мягкие линии отражённого света.
Саша слышал, как Андрей тихо произнёс:
– Красота…
Погрузка ещё не закончилась, но несколько мешков у трапа говорили, что она вот-вот будет завершена. Работали всего четыре раба, а два матроса присматривали за ними. Ещё один человек стоял на палубе и смотрел на город. Саша узнал в нём капитана. Тот глянул на четвёрку и крикнул:
– Проходите.
Они поднялись по трапу на борт. Капитан подождал, пока Андрей не подошёл к нему с мешочком.
– Здесь всё,– произнёс он, отдавая деньги.
– Отлично.
– Вы не будете проверять?
– Зачем? Я вам верю,– сказал капитан,– но плавание будет недолгим. Думаю, к вечеру мы будем в Эрении. Пойдёмте, я покажу, где можно устроиться.
Войдя в дверь в хвосте корабля, они спустились вниз. Хозяин лично проводил гостей в каюту.
Комната была небольшая, но довольно приличная. Здесь господствовала чистота, хотя и немного пахло рыбой и тиной. Запах был неотъемлемой частью интерьера.
– Уверен, вам здесь понравится,– улыбнулся капитан.– Если что-нибудь потребуется, меня можно найти на палубе…
Корабль отправился спустя час. Сперва почувствовалось, что судно слегка качнулось, сверху стали доноситься окрики, монотонно застучали барабаны, задавая темп гребцам. Саша думал, что раньше так поступали только на военных кораблях, но сравнивать всё же было некорректно.
Под скрип переборок Александр поднялся наверх. По бокам на вёсла налегали рабы, по центру, глядя за ними, ходил туда-сюда крепкий человек и бичом, похлёстывая им тех, кто осмелился нарушить темп. Капитана Саша заметил тут же. Тот стоял с другой стороны судна и переговаривался с матросом. Завидев гостя, он что-то сказал парню и подошёл.
– Не боитесь?
– Чего?
– Как чего? Море вокруг, и ни клочка суши…
Саша вспомнил, что люди этого мира не очень жалуют воду, особенно, если её много. Видимо, поэтому развитие судостроения шло очень медленными темпами.
– Нет, мы люди привыкшие.
– Что ж, я хотел предложить вам обед в моей компании. Вы не откажитесь?
– Отказываться от предложения хозяина – плохой тон,– искусственно улыбнулся Соколов.
– Если бы вы отказались, пришлось бы выбросить вас за борт,– пошутил капитан. Саша в ответ подумал: «Не сомневаюсь. Странный у вас юмор…»– Я пришлю за вами. Хорошо?
– Да.
Саша посмотрел на бесконечную морскую гладь. Солнце уже взошло достаточно высоко, но всё же было до сих пор морозно. Высокая влажность усугубляла ситуацию: воздух казался ещё холоднее. Он решил, что зря вышел и поспешил спуститься, но не только из-за холода. Саша чувствовал себя неуютно среди барабана и рабов. Претила такая жестокая эксплуатация и обращение к людям. Через всё это когда-то прошла и Земля, когда-нибудь и здесь заговорят о правах человека. Сейчас даже самые отъявленные мерзавцы были не такими как сто лет назад. Люди разительно изменились, но это не было революцией. Всё проистекало медленно и плавно. Попытаться изменить систему он был не в состоянии, да и не стремился. Его сейчас больше всего волновали день сегодняшний и успешное завершение плавания…
В каюте даже не было окон, и все откровенно придавались безделью, прислушиваясь к шагам на палубе и барабанному бою. Андрей закрыл глаза и старался ни о чём не думать. Может быть, половина Академии и действительно считала его ненормальным (что, конечно, являлось преувеличением). Да, ему порой тяжело смотреть на мир и постоянно думать о том, о чём все остальные вспоминают только в сложные моменты жизни или в беседе. Ну, какой нормальный человек в обычной жизни руководствуется философскими принципами и постоянно забивает их себе и другим в голову? Странно, но в детстве, он считал это в порядке вещей и очень удивился, когда узнал, что порою люди живут чем-то иным. С тех пор прошло немало времени, и Булдаков побывал в разных переделках, но он был таким и не собирался отказываться от себя. Можно сказать, что это сало принципом. Возможно…
– Андрей, у тебя нет никакого дежа вю?– неожиданно спросил Саша.
– Да вроде бы нет, а что?
– А у меня такое ощущение, что мы всё проходим по новой…
Андрей подумал: действительно, было какое-то сходство с тем, что они прошли, попав в этот мир, и, что самое интересное, Кэтрин снова оказалась отделённой от них водой…
В дверь постучали, прежде чем Андрей успел ответить, пришлось идти открывать. На пороге стоял мальчик, больше никого не было.
– Капитан зовёт вас в свою каюту,– сказал он.– Я отведу.