Чтение онлайн

– Мяу!
– жалостно завыл кот.

И тут я заговорил - впервые за все это время.

– Не бойся. Мы тебя не тронем, - я ласково гладил его и открыто улыбался.
– Ты ни в чем не виноват. Ты же не делал ничего специально, правда же? Ты всего лишь не смог контролировать свои силы. А кто бы на твоем месте смог? Не бойся нас. Ты хороший кот. Хороший артефакт.

– Мяу?
– испуганно спросил меня крохотный преобразованный кусочек сверхмассивной черной дыры, а я в ответ почесал ему шейку.

– Вот именно, - усмехнулся я.
– Ты совершенно прав. А теперь пойдемте отсюда. Вместе мы найдем другой способ все исправить. Я обещаю.

К затеянному мной разговору присоединился Антавир. И от его аккуратных прикосновений мнимый кот расслаблялся все больше.

– Ты ведь и сам знаешь, как все исправить, правда?
– ласково говорил профессор.
– Но только боишься. Думаешь, что всего случившегося уже не исправить. Так вот, все получится. Ты только попробуй, малыш. А мы поможем. Мы все в тебя верим. Видишь, мы уже все заранее тебя любим? Правильную материальную форму ты себе выбрал, дружище, стратегически выгодную для быстрого растапливания человеческих сердец, - усмехнулся он.
– Тебе никто не причинит вреда. А если и попробует, то я сам всех растерзаю. Даю тебе слово Антавира Элринга.

– Послушай дядюшку профессора, - весело добавил Рифард.
– Он плохого не посоветует. Я это уже проходил.

Разумный кот мурлыкал и ласкался. И я всем доступным мне волшебством ощущал, как от него исходит мистическое, совсем не горячее, но практически невозможное тепло.

А в следующую секунду нас ослепил очень яркий, слишком резкий и всеобъемлющий свет. Всех нас будто бы подхватил водоворот давно забытых событий, пропавших воспоминаний и далеких, чьих-то чужих мимолетных мыслей. Сначала мы утопали в нем, как в бездонной пучине, заполненных бушующей смесью всех возможных энергий, и тогда мы не могли не только хотя бы что-то чувствовать, но и верить в собственное существование.

Все появилось и исчезло настолько быстро, что мы не успели как следует испугаться.

Очнулись мы в старом Нортайле, и два солнца, желтый Клавар и красная Невесвайде, задорно светили прямо нам в глаза. А легкий, игривый, как будто живой, ветер ласково и благодарно ерошил нам волосы.

Не сговариваясь и никого не предупреждая, мы с найтом Рифардом обеспокоенно переглянулись, тут же, забыв про боль и усталость, вскочили на ноги и не медля перенеслись почти на тридцать тысяч лет назад - потому что оба в тот момент могли думать только об одном.

От увиденной пугающей сцены у нас на мгновение потемнело в глазах. Не только потратившая огромное количество магических сил, но и, возможно, испытавшая нечто гораздо более страшное, чем усталость, Сай лежала в белоснежном, только что выпавшем снегу - к нашему ужасу, без чувств. Опомнившись от потрясения, мы с Рифардом сразу же бросились в ней.

– В обмороке. Но жива, - с невероятным облегчением выдохнул он.

– В той реальности, которую помню я, ты принял решение уничтожить Артефакт, - чуть позже рассказывал мне Рифард.
– И пошло все, мягко говоря, не так, как мы надеялись.

Пожалуй, теперь, когда мы были абсолютно уверены, что имеем дело с безусловно живой, отдельной личностью, следовало именовать его исключительно так - с большой буквы. К тому же, существо столь большой силы определенно заслуживает уважения.

– Неужели я был таким извергом, что смог убить кота?
– искренне ужаснулся я.

– Видимо. Я, если ты уже забыл, при этом не присутствовал. Я стоял рядом с одним из разрывов, - съехидничал шеф.

– Кошмар, - заключил я, предприняв повторную попытку представить себя в роли серийного убийцы. Но вздрогнул и быстро откинул эту дурацкую идею, потому что пришедший в голову образ чувствительного меня вдохновил еще меньше, чем в первый рез: теперь там фигурировало животное.

Мы вдвоем сидели за столом его кабинета, а Сай, вымотанная продолжительным колдовством рядом с открытой брешью и мощным энергетическим ударом решившегося Артефакта, спала на всеобщем любимом диване, очаровательно укутавшись в одеяло. Уж ей-то мы уступили безоговорочно.

Влюбленная парочка небесных светил, как за руки держа друг друга за пестрые лучики, заходила за горизонт, украшая местные небеса будто бы срисованным с картины гениального художника красным закатом.

– Возможно, тогда у тебя не было выбора. То ли тебя не навестил наш общий знакомый Мирианделл, то ли ты не стал его слушать, кто теперь разберет. Но дело было сделано - и результат оказался...

Я устало покачал головой, даже не пытаясь представить такой исход. Потому что он был не просто самым плохим из всех возможных - одна лишь вероятность его осуществления и то разрывала меня на части. Всего лишь единственная мысль заставляла меня содрогаться от ужаса и невозможной всепоглощающей тоски.

Тогда, в созданной мной Предреальности, шеф говорил:

– В прошлый раз мы не смогли вытащить из-за бреши достаточное количество магической энергии. И сотни лет спустя, победив тысячи прорвавшихся в наш Мир озлобленных духов из других измерений ценой собственной жизни, мы были стерты из истории. Мы не просто умерли - мы были забыты. Но за несколько минут до смерти ты смог перенести меня в будущее, и в тот момент ты сказал мне одно: 'Найди нас всех. Мы можем все исправить. В другой жизни'.

– Артефакт был убит, и Сай умерла вместе с ним, - продолжал он.
– Таким оказалось условие уничтожения крохотного кусочка черной дыры, которое не смогли предсказать даже Древние драконы. Отважившийся на героический поступок Древний маг выполняет свою миссию, но погибает и сам. Ты приложил все возможные, а порой и невозможные усилия, но так и не смог это исправить. Потому что со смертью Артефакта брешь была закрыта полностью и навсегда. И даже время не властвовало здесь.

Казалось, прошли столетия, прежде чем я снова заговорил.

Я пообещал спасти Мир и не мог оставить все как есть. Нас всех подвели честность и ответственность - пожалуй, лучшие качества всего человечества. Но сейчас, в этот раз, по какой-то необъяснимой прихоти судьбы я все знаю заранее - и могу выбирать.

– Я этого не допущу.

Когда всплывающие перед глазами эпизоды подходящего к концу долгого дня все же растворились, вежливо уступая место чему-то намного более радостному и легкому, я ласково погладил любимую по темно-рыжим волосам, а она улыбнулась и что-то неразборчиво, но очень мило промурлыкала.