Чтение онлайн

Зверь — шея и голова змеиные, а тело словно у крупного насекомого, шесть несколько раз сложенных многосуставчатых лап — протиснулся через портал. Повисший на нём Кройон изо всей мочи выламывал страшилищу шею, а следом за прорвавшимся монстром уже следовали новые — на сей раз вполне похожие на обитателей Мира Семи Зверей, высокие, на двух ногах и с двумя руками, вполне человеческими лицами, только глаз у них было три. Щёгольские зелёные одежды, разукрашенные золотом, мягкие локоны спускались до плеч. В облике причудливо сочетались мужские и женские черты, пришельцы держали наготове тонкие и длинные шпаги, по клинкам струились капли голубого пламени.

Первый из них легко соскочил с камня, что-то крикнул сородичам, непринуждённо и элегантно отсалютовал шпагой Тёрну и…

— К чему нам… — начал было дхусс.

Естественно, его не поняли. Быть может, волшебство и помогло бы пришельцам понять хозяев, желай гости этого хоть в малейшей степени. Тёрн едва успел отбить посохом направленный в грудь удар.

Крошечные крылатые создания ринулись на Нэисс и Стайни, тоже требуя своей доли боя, волей-неволей сидха и Гончая оказались сражающимися вместе, спина к спине. И ни та, ни другая с пришельцами не церемонились. Стражевая лоза рванулась из-под руки лесной жительницы, со свистом рубя направо и налево. Малышей в зелёном не спасали даже их быстрота и подвижность, а сидхе пришлось уворачиваться от колючих золотых молний, в изобилии устремившихся на неё. Кое-где у Нэисс загорелась одежда.

Стайни тоже показала, что Гончая — это нечто большее, нежели просто влитые в кровь магические эликсиры. Меч заплясал в её руке, разя без пощады.

— Тёрн! Пробивайся к нему, сидха, я тебя прикрою! — Гончая едва успела отбить стремительный выпад сияющей голубоватым шпаги.

Нэисс ничего не ответила, но во взгляде, брошенном на Гончую, впервые мелькнуло нечто вроде растерянности. Не отозвавшись, даже не кивнув, она бросилась на выручку дхуссу.

И вовремя — Тёрн с трудом сдерживал вражеский натиск. Пришелец атаковал с такой быстротой, что глаз не мог различить отдельные движения. Шпага ткала вокруг Дхусса паутину голубых пламенных росчерков. Тёрн отбивался посохом, закрывался, защищался, но даже не пытался атаковать.

Схватившаяся с демоном коричневая тварь наконец стряхнула его с себя, глухо взвыла, потянулась отвратительной пастью, мэтр Кройон метнулся в сторону, застыл в странной позе, скрестив над головой когтистые лапы, между пальцев что-то ярко сверкнуло, из ничего возник язык живого алого пламени. Демон с размаху швырнул огненное нечто, целясь в голову коричневого монстра, однако тот с поразительной ловкостью уклонился. Комок пламени пролетел мимо, ударился, словно о стену, в колышущуюся пелену портала и взорвался с негромким, на слух таким безвредным треском.

Все застыли. Бой прекратился, как по волшебству. Противники замерли, фехтовавший с дхуссом рапирист что-то выкрикнул, наверное, отдав команду, но поздно. Портал разлетелся облаком голубых хрустальных брызг, на лету они оборачивались короткими росчерками голубого пламени, сотни и тысячи огненных клинков вонзились в пришельцев, пронзая их насквозь, не замечая никакой брони.

Коричневое чудище издало тоскливый вой и рухнуло, чешуя его вспыхнула. Горели мелкие крылатые существа, напавшие на Нэисс, горел, катаясь по полу, и противник Тёрна. Портала больше не существовало, быстро расширяясь, ярко сияли трещины на зачарованном белом камне.

— Алтарь! — выкрикнул Тёрн, бросаясь к рассыпающемуся на глазах камню.

Грудь дхусса навылет пронзило несколько десятков призрачных клинков — безо всякого вреда. Рядом с Тёрном падали горящие тела пришельцев, шпаги брошены, руки простёрты в последней тщетной мольбе. Дхусс широко размахнулся посохом, что-то выкрикнул, ударил, будто ломом, под основание алтаря. Очевидно, Тёрн знал, куда и как ударить, — плита с потрескавшимся барельефом Феникса отскочила, открыв небольшое углубление.

С голубым пламенем смешался мягкий оранжевый свет, портал съёживался, истаивал, угасал, голубые стрелы уже не летели во все стороны, оранжевое зарево разгоралось, прогоняя тьму из самых дальних уголков подземного зала.

Откуда-то ужом вывернулся, возник Ксарбирус.

— Нет! Не трогай! Ты не умеешь его взять! Иначе тут всё взлетит на воздух!

— Самое время, дорогой доктор! — Тёрн тяжело дышал, его брови сошлись, шипы на шее, плечах и локтях грозно встопорщились. — Мне… всего этого… не удержать…

Ксарбирус на сей раз не отсчитывал капли — резко опрокинул какую-то склянку над тряпицей, обмотал ею ладонь, зашипел от боли — над тряпкой поднялся дым, резко завоняло чем-то жгуче-кислым и одновременно — палёным, склонился, сунул руку в нишу, резко выпрямился — и в тот же миг алтарь взорвался. Тёрна и Ксарбируса отшвырнуло, они оба повалились, впрочем, алхимик тотчас вскочил, в его правой руке спокойно и ровно сияло оранжевым светом небольшое перышко, на первый взгляд словно сделанное из раскалённой бронзы. Дхусс остался лежать неподвижно, уткнувшись лицом в сгиб локтя, левая его ладонь так и сжимала посох.

Сидхе летящие каменные осколки рассекли щёку, поранили руки и грудь, однако она удержалась на ногах, вместе с демоном и Стайни они на миг замерли, задрав головы: потолок с глухим гулом и треском проседал, заполненные мглой трещины стремительно расширялись, пошёл настоящий песочный ливень.

— Бежим! — взвизгнула сидха, бросаясь к лестнице.

— А он?! — рявкнул в ответ демон, одним движением оказываясь возле дхусса и подхватывая его на плечо. Ксарбирус, надо отдать ему должное, бежать вовсе не рвался, напротив, задержался, пошарил в сумке, извлёк одну из последних не вскрытых склянок.

— Уходите. Я постараюсь, чтобы потолок не рухнул на нас в ближайшие несколько мгновений, — он кривился, шипел и морщился, а над обёрнутой тряпицей рукой поднимался и поднимался едкий пар, смешанный с испарениями обгоревшей плоти.

Бесчувственный Тёрн не шевелился, но посох его, казалось, всё ещё играл неслышимую, но грозную, полную решимости дать отпор мелодию.

Алхимик Ксарбирус по-прежнему сжимал в левой руке бронзовое, мягко светящееся Перо.

Сидха затравленно озиралась.