Теща Дракулы
Шрифт:
— Странно, Е девочка облизала губы и уставилась на отца. — Разве ты бросишь матушку, если она обманет тебя? — спросила Иванна. С тревогой глядя на родителей. — И не простишь?
Настроение у Рацвана вдруг испортилось:
— Как и князь, я никому не спускаю и не спущу впредь измены и лжи. Ни тебе, ни жене своей. Никому.
— Я проголодалась, — Аргента, казалось, и не слышала барона. — Давайте заедем в трактир. Вон вроде приличный — «Хвост волка».
— В этот! — Иванна весело захлопала в ладоши. — Смотрите, рядом с ним представление! Какие куклы смешные! И циркачи с собачками! Я хочу посмотреть!
— Вот и посмотри в свое удовольствие, — решила Аргента. — Только не уходи никуда со двора. А мы с твоим отцом вина выпьем и поговорим.
«С твоим отцом», — почему-то эти слова задели Рацвана. Или для ее дочерей предполагался иной отец? В который раз засомневался в верности жены, поддавшись приступу ревности. Почему они все так смотрят на нее? Он по-хозяйски коснулся ее лица, отведя со щеки непокорный золотистый локон. Моя!
Аргента улыбнулась:
— Не стоит, Рацван! Все давно уже поняли, что я твоя жена. Никто не посягает на твою собственность.
В другой бы день он устыдился, но не сегодня:
— Пусть знают!
Масла в огонь подлил хозяин трактира, Микош, толстенький румяный человечек. Он суетился, пытаясь получше устроить дорогих гостей.
— Не часто бог одаряет такой красотой. А глаза! Никогда не видел таких зеленых глаз! Не смотрите на меня так, ваша милость, истинно говорю — от восхищения. С ней и света не надобно — сама как солнышко.
От неминуемой расправы Микоша спас вовремя накрытый стол — никаких излишеств: вино, мясная закуска, свежие овощи и фрукты.
— Что с тобой? — спросила Аргента, убедившись, что никто не обращает на них внимание. Ты никогда раньше так не говорил со мной, будто в чем-то меня обвиняешь.
— Ты стала чужой, — после пятой стопки решился Рацван. — Не узнаю тебя, Аргента. Когда обнимаю, ты стараешься увернуться. Когда целую, ты сжимаешь губы, словно я тебе противен. Когда хочу заняться с тобой любовью, ты притворяешься спящей. Что происходит? Кто живет в твоем сердце? Кто он?
— Никого, кроме тебя, в нем нет, любимый. Ты зря ревнуешь. Все дело во мне. Потерпи немного, все вернется и станет, как раньше. Вот выдадим Иванну замуж, и будем жить вдвоем. Я еще успею тебе надоесть.
— Зря ревную? — взорвался Рацван. — Как только мы вошли сюда, с тебя не сводят алчных глаз. Стоит мне отойти, и на тебя тут же набросятся. Ты тоскуешь, Аргента, по чему-то несбыточному, но очень желанному, и от этого все больше ненавидишь меня.
— По чему я могу тосковать, любимый?
— Дракула.
Имя легло между ними, разбив прежнюю жизнь на две неравные части — счастливую и покрытую пеленой неизвестности. Аргента вздрогнула, подивившись проницательности мужа. Как он мог догадаться?
— Как ты догадался?
— Твой голос то теплеет, то дрожит от гнева, когда ты говоришь о нем. Ты вдруг возненавидела Виорику, и ненависть эта — чувство несчастливой соперницы. То ездила в замок князя чуть ли не каждый день, то вдруг перестала. Не скрывай, скажи правду, Аргента — ты любишь мужа своей дочери!
— Как ты можешь говорить о ненависти к Виорике, когда я из-за нее всю ночь не спала…
— Любовница уступила матери. Но это ненадолго: как только ты увидишь князя, любовница одержит верх.
— Я ни разу не изменила тебе, Рацван.
— Это дело времени. Ты моложе меня, Аргента, я знаю свой срок.
— Ничего ты не знаешь, — прошептала Аргента. — Эй, трактирщик!
— К вашим услугам, госпожа…
— Я устала с дороги и хочу отдохнуть. Есть ли у тебя свободные комнаты?
— Опомнись, Аргента! Что ты делаешь?
— Не мешай, Рацван. Я чувствую, что так надо.
И легко побежала по лестнице.
Рацван едва поспевал за ней.
— Вот ваши комн… — перед лицом Микоша хлопнула дверь. Он услышал торопливый шорох одежды, приглушенный шепот и звук жадных поцелуев. На мгновение позавидовал барону: такая жена — источник мужского наслаждения. Другое дело, что удержать ее будет не так уж легко.
— Аргента, подожди! Мы не сказали Иванне, куда идем.
— Ты бы сказал ей, зачем мы идем. Представление продлится целый час… Не беспокойся. С ней все будет хорошо. А теперь сделай и мне хорошо.
— Аргента…
— М-м?
— Прости. Я — ревнивый дурак, и я тебя люблю.
— Я тоже тебя очень люблю…
— Твое величество? — Морана приподнялась на локте. — Что-то не так?
— Опять, — глухо простонал Дракула. — Два месяца перерыва, когда я точно знал, что он не прикасается к ней. Беречь себя для этого вечера, и вдруг сорваться в его объятия! Невыносимо!
— Не понимаю…
— А ты и не должна, — в уголках глаз князя сверкнули слезы ярости: — Знаешь, что именно он сейчас делает? А вот что! Проводит пальцами по полной груди. У тебя она такая маленькая… Вбирает губами розовый сосок, лаская его языком. Твой сосок черный и длинный, похожий на изюм. А ее, как спелая лесная земляника.
— Твое величество!
— Помолчи, Морана! Дай мне насладиться этой пыткой, чтобы знать, как ответить в нужный час. Черт! Его палец оцарапал шелковистый живот. Капельки крови… Как бы я хотел слизнуть их! Теперь он… ненавижу!
— Что теперь?
Вместо ответа Дракула рывком подмял Морану под себя, грубо раздвинул ноги и резко вошел, не встретив никакого сопротивления. В бешеном ритме он пытался догнать того, другого, чтобы вовремя перехватить любовную добычу. Стон Мораны слился с криком Аргенты. Черные влажные волосы переплелись с медовыми прядями. Он целовал распахнутый рот и не знал, кого сейчас целует: Морану или Аргенту.
— Сейчас, сейчас… А-а!
В победном крике было разочарование проигравшего. Только сейчас Дракула вдруг отчетливо понял, что Аргента ему изменила. И с кем? С мужем! Как это пошло!