Чтение онлайн

– Не подведу! Заявление буду ждать с нетерпением.

– У меня есть чудное вино, дорогой граф.

– С радостью составлю вам компанию, князь…

VIII

На следующее утро Кей Смоленин подписал очень ловко составленное заявление, согласно которому адмирал Кегелен получал право арестовать капитана Арно Таноса. Но, чтобы не ссориться с сестрой Великого звездного, Кей Смоленин и Аркон Кегелен сговорились дождаться отлета принцессы Светомиры, и только после этого действовать.

Долго ждать им не пришлось. Два дня спустя линкор «Звёздоплаватель Энрикес» с группой кораблей сопровождения появился у звездной системы Петерион, подле которой стоял флот адмирала Кегелена в ожидании приказов командования. А приказа действовать все не было. Нападение рилов застало врасплох Адмиралтейство и Генштаб империи, руководители которых находились в явной растерянности. Как остановить наступление рилов, на какие направления двинуть имеющиеся резервы флота, в Адмиралтействе не знали, зато подхалимы из командования молниеносно выделили линкор и группу кораблей для возвращения из Петериона в Червоный Светомиры Печеры и ее группы.

Принцесса, которая получила категорический приказ брата при первой же возможности отбыть в столицу империи, охотно перешла на линкор «Звёздоплаватель Энрикес» для отбытия домой. Перед отлетом она тепло попрощалась с Арно Таносом, заверив последнего, что не забудет услугу капитана. Откуда ей было знать, что граф Кей Смоленин, который в силу своего звания и положения также получил место на линкоре, в последний момент подписал еще одно, «улучшенное», заявление, направленное против капитана Таноса. На основании этого заявления Танос был сразу же арестован и в кандалах отправлен на грузовой транспортник из числа сопровождения линкора, в специальную тюрьму, в которой летели для суда в Червоном особо «отличившиеся» преступники или высокопоставленные трусы и дезертиры из числа флотских и армейских чинов. Кей Смоленин особо настаивал, чтобы Таноса судили только в Червоном, в трибунале которого он имел своих людей. Ни графу, ни адмиралу не хотелось, чтобы местный или провинциальный трибунал оставил Таноса в живых, а то и вовсе вынес оправдательный приговор. Потому особо доверенные люди адмирала Кегелена арестовали Таноса и тайно доставили его в летающую тюрьму. Для прочих же офицеров флота Кегелена пустили слухи, что Арно Танос отбыл со специальным заданием. Куда? В армии и флоте во время войны подобным интересоваться не принято.

Принцесса Светомира Печера, которая с неплохим комфортом летела, окруженная на линкоре всеобщим вниманием, домой, и предположить не могла, что вместе с ней, но на другом звездолете, в кандалах, летит ее спаситель.

Жестоко переживавший гибель жены и сына, граф Кей Смоленин также не предполагал, что оплакиваемые ним родные, летят вместе с ним в Червоный на военно-грузовом транспорте в числе прочих спасенных с Леверинга выходцев из столицы и центральных миров империи.

Не столкнулись они и в космопорту в Червоном, куда прилетели ранним утром. Для принцессы Светомиры Печеры и для графа Кея Смоленина подали представительские машины. Красава и Раст уехали в дом матери Красавы на общественном транспорте. Арно Таноса увезли в военную тюрьму столицы в специальном, наглухо закрытом, тюремном летательном аппарате.

Великий звездный и его супруга выразили удовлетворение по счастливому спасению принцессы Светомиры. От мужа ей досталось по полной за «любовь к авантюрам» в «диких» и «опасных» мирах. Зато сын Любмир высказал откровенную зависть, что его мать побывала в столь опасной и интересной переделке, а вот он находится в Червоном и даром «протирает штаны в школе».

Министр межзвёздных отношений граф Ямбуар передал Кею Смоленину через князя Мислава Бреговича свои соболезнования в связи с несчастьем, постигшем графа Смоленина на Леверинге, и предоставил графу неделю отпуска для приведения в порядок личных дел.

В первый же день после возвращения в Червоный, особняк графа Смоленина посетили многочисленные друзья, сослуживцы, знакомые, родичи, выражая свое соболезнование Кею, в связи с трагической потерей жены и сына. В траурной одежде Кей Смоленин выглядел печальным, но полным достоинства и выдержки, как и полагалось вести себя в подобной ситуации аристократу его уровня.

В доме покойного капитана Мирослава Смелы, супруга покойного Алтена, выслушав рассказ дочери и внука о событиях на Леверинге, высказалась в адрес графа Кея Смоленина одним словом – «мразь», и порекомендовала дочери грамотного защитника, поднаторевшего на бракоразводных процессах среди знати, Арно Ля Роша. Тут же созвонились с ним. И уже к вечеру было составлено заявление, подписанное Красавой. В своем заявлении Красава просила Гражданский суд Червоного развести ее с мужем на основании трусости, проявленной графом на Леверинге. Красава отказывалась от какого-либо имущества, «совместно нажитого с супругом», но просила оставить ей сына, так как последний был брошен вместе с ней на Леверинге «сбежавшим отцом». Защитник Ля Рош обещал Красаве, что суд, учитывая причину развода, не станет тянуть и разведет Красаву с ее супругом в течение пяти дней.

Поздним вечером того же, хлопотного дня, Кей Смоленин принимал у себя двоюродного брата и друга князя Мислава Бреговича, которого задержал у себя, после отбытия всех гостей и визитёров.

– Мислав, – начал граф, удобно располагаясь в кресле, напротив сидящего князя, когда они, наконец, остались вдвоем, – ты должен мне помочь.

– К твоим услугам.

– Сегодня в военную тюрьму Червоного привезли одну скотину, отданную под трибунал. Не скрою, он арестован согласно моему заявлению. Зовут Арно Танос. Он капитан второго ранга. Мой бывший одноклассник. Когда-то мы соперничали с ним из-за Красавы. Но дело не в Красаве. Она предпочла меня этой скотине. Во время трагических для меня событий на Леверинге, Танос публично нанес мне смертельное оскорбление. А на транспорте, на котором я летел с Леверинга, он вторично опозорил меня. Более того, запер меня в кладовку повара, как какого-то преступника. Так же, он, в присутствии множества офицеров, нанес смертельное оскорбление адмиралу князю Аркону Кегелену. Адмирал родич князя Кондака с Целесты. Ты слышал о нем. Скажу откровенно. Мы, я и адмирал, сами б раздавили и растерли эту безродную вошь, но нам связала руки принцесса Светомира Печера. Скотине Таносу повезло вывезти принцессу с планеты Кобран и она считает его образцом добродетели. Поэтому я обращаюсь за помощью к тебе. Поговори со своим дядей Ратмиром. Я знаю, он выполнит любую твою просьбу. Попроси, чтобы он включил в состав трибунала, который будет судить Таноса, самых родовитых и чванливых офицеров, которые бы приговорили безродного наглеца Таноса к расстрелу только за то, что он посмел оскорбить двух представителей аристократии империи. Тех, кто не побоится давления со стороны принцессы Светомиры. Тех, кто находится в конфликте с ее супругом принцем Доблеславом Печерой. Я говорю об адмирале князе Менесе Сатанасе, и капитанах князе Кере Альгионе и князе Типуре Сканте.

– Думаешь, дядя Ратмир послушает меня, – усомнился князь Мислав.

– Князь Ратмир Брегович сделает все, о чем попросит его любимец Мислав! Это я знаю точно! – сухо заявил Кей, заподозрив брата, что тот, как дипломат, хочет увильнуть от возможной ссоры с принцессой Светомирой.

– А если нет…

– А если нет, то князь Ольг Брегович узнает, что у Мислава Бреговича есть тайная жена и трое детей от неё! – жестким тоном оборвал брата Кей Смоленин.

Мислав Брегович взлетел с кресла, как на пружинах, и подскочил к креслу брата со сжатыми кулаками.

– Ну, ты и подлец!

– Если б ты видел и слышал, как оскорблял меня скотина Танос, ты не называл бы меня сейчас подлецом! Или, может, тебе рассказать все подробности? Тебе любопытно? Хочешь узнать, что чувствует безоружный человек, которому в лицо суют пульсар и еще поносят при этом? Рассказать?

– Пожалуй, не надо, – остывая, проговорил Мислав. – Кажется, я начинаю тебя понимать. Хорошо, я уговорю дядю Ратмира, чтобы Таноса расстреляли.

– Спасибо, брат. Я всегда знал, что на тебя можно положиться.

Кей Смоленин вскочил и стал горячо пожимать руки Мислава.

– Спасибо!

– Пока не за что! – освободил свои руки из рук брата князь Мислав Бергович, и посмотрел снизу вверх в лицо высокого Кея. – Не будем откладывать. Я прямо сейчас еду к дяде. Думаю, что утром состав трибунала по делу Таноса будет определен. Я так понимаю: в этом деле тянуть нельзя. Чем быстрее Таноса осудят – тем лучше для всех. Нам только открытого конфликта с семьей Великого звездного не хватало.

– Твоя правда. Чем быстрей – тем лучше. Главное, успеть вынести приговор до того, как вмешается принцесса Светомира.