ТИЛЛИ
Шрифт:
– Ну же, Кэти, — мягко сказал Дэн, — все хорошо. Это всего лишь я. Ты в порядке. Ты здесь, в своей спальне. Все хорошо.
Кэти попыталась сдержать слезы. Она обвела взглядом комнату, желая удостовериться, что все вокруг действительно так реально, как кажется. Все было реально.
– Ну что ж… — наконец покорно признала она. — Полагаю, всем нам рано или поздно приходится просыпаться, верно?
– Почему ты плачешь?
Кэти до сих пор ощущала нестерпимую боль утраты в сердце. Боль была вполне реальной.
– Я видела сон. Вот и все.
– Ты проспала весь день. Вероятно, твой сон был весьма интересным.
– О… ничего особенного… — Но нет, теперь Кэти стала другой. И многое должно было измениться теперь. — Нет! Не совсем так! Дэн, я хочу рассказать тебе свой сон. Нам надо поговорить…
– Мы поговорим. Обязательно. Я обещаю.
– Нет. Прямо сейчас.
Дэн наклонился к ней и протянул руку, чтобы помочь встать с постели.
– У нас гостья. Она хочет увидеться с тобой.
Сама мысль о встрече с кем-то показалась Кэти дикой.
– Дэн, посмотри на меня! Я не могу ни с кем видеться!
Дэн только улыбнулся.
– Не спеши отказываться. Ты не пожалеешь, обещаю.
Глава 13
Когда они шли по коридору к гостиной, Дэн обнял Кэти и успел сказать ей лишь одну фразу:
– А после этого у нас будет время для разговора.
Кэти поверила мужу. Что-то изменилось, пока она спала.
Они вошли в гостиную, и на мгновение сон снова стал явью для Кэти. Она почувствовала, осознала, отчетливо вспомнила его.
Эта женщина, которая поднялась с дивана, чтобы поздороваться с ней. Наяву ли Кэти видит ее? Памятная встреча на кладбище была, вероятно, частью сна, но… нет. Вот перед ней стоит та женщина и протягивает ей руку, застенчиво улыбаясь.
– Миссис Росс?
Кэти взяла руку гостьи двумя руками и заглянула в темные испанские глаза. «Я знаю вас. Сон остался явью для меня. Он до сих пор со мной».
– Вы помните меня? — спросила Анита Мендоза.
Кэти крепко сжала ее руку.
– Почему… почему вы назвали ее… Тилли?
Анита смущенно улыбнулась.
– Ну… она… она просто выглядела как Тилли.
Был апрельский день. Все та же старая добрая весна.
Это могли бы быть еще одни похороны: небольшая группа людей одиноко стояла среди широкого зеленого пространства старого кладбища. Но это было воссоединение.
Там стоял Дэн, крепко прижимая к себе Кэти и чувствуя, что сейчас они близки, как никогда раньше. Там стоял Брюс; ничто на свете не заставило бы его пропустить такое событие. Эмми не могла сдержать слезы радости — наконец-то она снова видела свою настоящую мать. Томми понимал не все, но относился к происходящему с предельным вниманием; когда-нибудь это событие обретет для него подлинный смысл.
Была там и Анита, теперь ее время скорбного плача закончилось. Она проводила семью Россов к могиле и скоро, с прощальным поцелуем и благословением, оставит их одних.
И Кэти останется там надолго: она будет сидеть на мягкой траве, вспоминая огромные карие глаза, звонкий шаловливый смех и любящие маленькие ручки. Она будет думать о тех особых, неповторимых мгновениях, проведенных у весело журчащего ручья, и порой будет снова видеть высокие, раскидистые деревья, и легкое дуновение ветерка снова принесет к ней благоухание тех далеких пурпурных цветов.
И она будет тихо плакать — в этом апреле и всех последующих — о детях, у которых нет имен и нет родителей, но которые продолжают жить, хотя никогда не рождались на свет.
И более всего она будет плакать о маленькой дочери, которую никогда не знала, и шептать слова, которые всегда жили в ее сердце: «Тилли, я люблю тебя».
Но сейчас в душе Кэти царил покой — и покой тот она могла сохранить. Для этого ей нужно было просто помнить.
Просто помнить.